Покровительница отверженных. Академия при Храме всех богов

Даже не ложь. Я действительно вижу богов и души мёртвых. Только способность у меня эта от рождения, а не данная мне кем‑то свыше.

– Глас Хозяйки Туманного предела? – перефразировал вампир. – И что же мне уготовила моя богиня? – последние слова прозвучали едко, с привкусом обиды и горечи.

Драйк дёрнул рукой, но пошевелить не смог. Тогда он наклонил голову и потёрся щекой о плечо, стирая кровь. Тотчас натекла новая.

– Хозяйка Туманного предела, – странно говорить о себе в третьем лице, – тобой довольна. Ты всё верно говорил, исключая один единственный момент. Главное условие договора никогда не нарушалось: души умерших вампиров встречают туманницы и провожают. Вампиры не блуждают в Тумане, как вы решили. Я пришла об этом сказать.

Драйк свистяще выдохнул.

– Значит, мой отец в порядке? Он не один в сплошном белом молоке. Да?

– Уверена, что нет, но специально для тебя, я уточню у туманниц.

Драйк резко отвернулся. Минуту он молчал, беря эмоции под контроль.

– Благодарю, – он сглотнул. – А мы думали, нас бросили.

– Слухи об обречённых душах распустили, чтобы ослабить богиню.

Драйк кивнул, и вывод сделал совершенно извращённый:

– Значит, они правы. Это я предал Хозяйку, а не богиня меня.

– Ты хотел как лучше. Ты запутался, ты защищал родных и близких. Богиня тебя не осуждает и принимает.

– Я должен заплатить за содеянное, – его взгляд метнулся к алтарю.

Ещё один самоубийца на мою голову. Наверное, сказывается, что покровительница у вампиров богиня смерти, а сами они от рождения частично мертвы: с тридцати лет они не стареют и условно бессмертны. Убить их хоть и не просто, но можно.

– Должен, – согласилась я. – Ты придумал замечательный способ обойти договор, значит, мозги есть. В тебе чувствуется лидер, готовый вести за собой. Твой приговор – отработай свои заблуждения. Думаю, ты и без меня знаешь о грядущей войне.

– Это воля богини или твои слова?

На самом деле это одно и то же.

– Воля богини, разумеется.

Не представляю, что сейчас на площади творится. Храм открылся, поглотил отступника и закрылся вновь. Пора осуществить задуманное. Я толкнула створку и вышла к толпе.

 

Глава 4

 

Выйти‑то я вышла. Хоть решение и было принято заранее, двери я распахивала на одних эмоциях, буквально, вывалилась наружу и оказалась совершенно не готова к тому, что на меня уставятся тысячи пар глаз. До меня медленно доходило, что на площади собрались мужчины и женщины, младшим из которых больше трёх сотен лет. Это их я собралась спасать? Им указывать? Однако вампиры были иного мнения. Как они на меня смотрели… Неверие пополам с отчаянной надеждой, обожание. Бестолочь я. Им не нужна правительница, им нужен живой талисман, символ, что у их расы есть будущее.

– Я пришла сказать, что вы напрасно поверили чужим россказням. Никто из тех, кто умер, не бродит в Тумане. Душу каждого вампира встречает туманница и провожает. Так было, так есть и так будет и впредь. Вы не забыты. Никто не забыт.

Минута абсолютной тишины, и первым на одно колено опустился вампир в короне. Его примеру последовали остальные. Вампиры словно вздохнули в унисона. Я старалась стоять ровно, не переступать с ноги на ногу, не опускать взгляд. Здесь и сейчас я не имею права стесняться.

– Славься, Хозяйка Туманного предела, – запел‑закричал князь, остальные подхватили, а меня вдруг захлестнуло волной силы. Наверное, так должен чувствовать себя человек, попавший на шлюпке в шторм. На меня обрушился мощнейший поток чистой энергии. Вампиры благодарили меня от души, взахлёб, а я хватала воздух ртом и никак не могла вырваться из водоворота.

Я пришла в себя, лежащей на площадке перед храмом. Под спиной ощущалось что‑то тёплое. Я пошевелила пальцами и нащупала плотную, наподобие суконной, ткань.

– Леди, вы нас напугали.

Я моргнула:

– Всё хорошо.

Потом поняла, как мой обморок выглядел со стороны. Вампиры вполне могли решить, что падение Посланницы замертво в тот самый момент, когда они запели хвалебный гимн – очень дурной знак.

Я медленно села и повторила гораздо громче:

– Богиня помнит о вас. Всё будет в порядке.

Князь выдохнул от облегчения, и я заметила, что он стоит в одной белоснежной рубашке, свой камзол он постелил для меня. Я помассировала за ушами. Самой себе я казалась воздушным шариком, который до предела накачали воздухом. Ещё немного – и лопну. Не поэтому ли ба закрыла храмы? Чтобы защитить меня от переизбытка силы.

– Госпожа, как вы себя чувствуете? – спрашивала Лойда. Я привыкла видеть некромантку полупрозрачной, но сейчас она была чертовски материальной.

– Сносно.

Лойда протянула руку и помогла мне подняться. Князь же подобрал с пола камзол и накинул мне на плечи:

– Холодно, леди.

– Сносно, – повторила я и повернулась лицом к толпе. – Ложь о том, что богиня от вас отвернулась, распространял Мастер‑Чудодей, – громко объявила я.

Несмотря на лёгкость и бурлящую в теле магическую энергию, я чувствовала физическое и моральное истощение. Будем считать, что на сегодня с меня хватит. Я хотела уйти обратно в храм, но Лойда не позволила, напомнив, ради чего я всё затеяла. Прежде чем прятаться, следовало объявить приговор Драйку, а то ведь уйду и зарежут на радостях.

– Развяжите! – приказала я. – Драйк Занеси действовал из благих намерений, и он оправдан. Его слова о богине останутся между ним и Хозяйкой.

Драйк моментально был освобождён, но счастливым не выглядел. Ну да, наказание, которое я ему придумала в чём‑то гораздо тяжелее: не гордо умереть бунтарём и героем, а отслужить и искупить.

– Пока храм снова будет временно закрыт, – продолжила вещать я.

– Моя богиня, – князь обращался мысленно, – позвольте храму остаться открытым хоть недолго. Позвольте нам хотя бы постоять на пороге.

Я посмотрела ему в глаза: