Прокачаться до сотки 2

В любом случае, приятный подгон от системы. Которая, в связи с тем, что все ранее находящиеся на Эдеме Коршуны обладали навыком «Истинный десантник» прописала, это в классовый навык. Но не всем. А только тем, у кого голубой берет.

А вот девочки обломались, даже Валькирии. Как я не спорил, доказывая что они тоже десант, но увы. В её представлении они пехота. Ибо космодесант не прыгает с парашютами.

Так что вниз устремились только мужики, кроме Пьеро, который так и сидит на башне. Хотя нет, непоседливые девахи тоже ломанулись посмотреть, чего там Мальвина устроила. Даже Вера! Вот ведь никакого понятия о дисциплине. Хотя о чём это я? Приказа сидеть то на стене не было. Так что ладно, пусть посмотрят.

Мне кажется или Лиза всё‑таки понимает, что накосячила? Только мы организованной толпой сиганули вниз, как она полетела в нашу сторону. И приземлилась как раз там же, где и мы. Стоит, глазки потупила, ножкой шаркает, делает вид, что осознала. Чуть в сторонке приземляется Изи…

– Мальвина, вот какого, а? Ты чего устроила? Мы зачем тут показуху устраивали? – машу на неё руками.

– Простите, – прикрывается спереди своими стальными крыльями, и крюки на сгибе весьма внушительно выглядят. Хищная красота! – Я от неожиданности, а потом он в меня кинжалом метнул…

– Верю, – продолжаю руками махать, – делать то чего теперь? Вот всё дело запорола! Считай, что наряд ты уже заработала.

– Какой наряд? – хлопает глазками.

– Молот, – оборачиваюсь к другу. – Ты как её обычно за косяки наказывал?

– Ну‑у‑у… – Молот смущённо чешет затылок.

– Порол ремнём, – встревает Балагур, – по голой попе. Но судя по всему, ей это нравится, – ржёт, похлопывая себя по бёдрам.

Лиза непроизвольно схватилась руками за свою филейную часть и попыталась спрятать закрытое маской лицо за крыльями.

– Ой, да это было всего‑то пару раз, – отмахивается Молот.

– Странно, – тру подбородок, – как мне показалось, она нарывалась чаще, чём два раза?

– Так он всё обещал девушке, обещал, а она всё ждала‑ждала… Ай! – последний вскрик, это последствия подзатыльника, от насупленного Молота.

– Так, – чешу затылок, – вы свои постельные игрища давайте без меня, так что Мальвине потом что‑нибудь придумаю. А пока пошли к кустам, посмотрим на трупака.

Ой! Мать моя – майор госбезопасности и отец полковник! Не успели пройти и десяти метров, как из‑за ближайших кустов появился Пух. С добычей! Да! Он добыл нам бандита!

Представляете, пёсика, полтора метра в холке, который тащит за ногу, нашего разведчика‑неудачника… Кажется, тут не только Мальвина виновата. Не она бандита спугнула…

– Пушок, а ну брось каку! – ору на этого раздолбая охотника. – Я же сказал, лови зайцев!

Пёс тут же выпустил из огромной пасти пожёванную ногу и сев на толстый зад, толкнул лапой труп, удивлённо уставившись на меня. Дескать, как, это разве не заяц? А чего тогда в кустах сидел?

– Молот, ходи сюда, – тыкаю пальцем перед собой, – согни руку, напряги бицуху. Во нормально, твёрдая.

И стянув с головы берет, а то там кокарда, начинаю биться головой об каменную мышцу друга.

– За что? За что мне это всё?

– Рраф?

– Пушок! – перестав самоистязаться, подхожу к этому недоразумению и начинаю объяснять. – Это человек! Заяц он пушистый и у него уши, – прислоняю руки к голове и шевелю ими. – Понял? Длинные уши! А это нельзя. Без команды нельзя, а так конечно можно. Ы‑ы‑ы… – хлопаю себя ладонью по лбу. – Иди, лови зайцев. Уйди, не зли меня! – Пушок обиженно шевельнув ушами и понурив голову, побрёл в кусты.

– Ну чего ты прям на него так? – философски замечает Степаныч. – Откуда он может знать, кто такие зайцы? Он же их никогда не видел.

– И что надо было похвалить? – огрызаюсь.

– Нет, конечно, – присаживается возле трупа. – А Мальвина то, прям снайпер, смотри, как нашпиговала. А одно перо прямо в затылок влетело.

– Да уж, – усмехаюсь, – то ли хвалить за меткость, то ли ругать за срыв задачи.

– Ну так и похвали, за одно, накажи за другое, – усмехается прапор.

– Да? Хм… Так, Мальвина, пока ты мне не подчинённая, так что выносить благодарность не буду, однако отмечу, хорошо пульнула.

– Ага, как благодарность, так не подчинённая, – возмущается красотка, – а как наказывать так подчинённая. Наряды вон какие‑то…

– Это да, – кладу руку ей на плечо. – Наказать это всегда, пожалуйста. Но ты можешь отказаться, – и добро улыбаюсь.

– Ага, а ты меня Локи сплавишь, – смотрин на меня исподлобья.

– Ну что ты, что ты, – развожу руками. – Поверь, я парень добрый, всегда найду, как сделать гадость. Вон у нас Балагур, очень боится, что его две близняшки изнасилуют, а потом скажут, что он их обесчестил, и жениться заставят. Ведь так? Боишься, Вован, – подмигиваю ему.

На что любитель приколов тут же поддерживает:

– Да вообще спать не могу, двери стулом подпираю.

– Вот! – вздёргиваю палец вверх. – Надо думаю, к нему Молота подселить, чтоб отгонял, – и слегка повожу бровью, давая сигнал Балагуру.

– А что? Точно, – воодушевляется Вован. – Да и парень он у нас видный, глядишь, его совратят, – и начинает радостно ржать.

Молот едва заметно улыбается, при этом стараясь выглядеть серьёзным. И тут ещё масла в огонь подливает Степаныч, кажется понявший, что я делаю:

– Да сто пудово, как пить дать, соблазнят.

– Стойте, – Мальвина аж подпрыгивает на месте. – Причём тут Олег, если я виновата?

– Так ведь ты заговорила о правомочности нарядов, и ты права, конечно. Но отправить Молота, охранять целомудрие Балагура, это как раз в моей компетенции.

Твою дивизию, что я несу? И главное зачем? Да всё просто, я в растерянности. И под трёпом, прячу работу мысли. Вот только нету её. Мысли этой.

– Не надо Олега отправлять. Лучше наряд…

– На кухне куча котлов грязных, – сообщает подошедшая Пума. – По моему, вполне адекватно.

– Согласен, не хочу Балагура охранять, пусть женится, – Олежа обнимает свою красотку, – а то взял манию спасать девиц от падения, да на твёрдую землю. Спас жизнь женись. Вот, – и злорадно скалится.

– Да нельзя же в песочнице разбиться, – возмущается Вован.