Рубрикатор

– Отлично! Теперь посмотрим на полученного нами пузырчатого монстра не со стороны, а с первоначальной поверхности шарика. Что мы увидим над головой? Нечто плетённое‑переплетённое, – Марк запустил на компьютере вращение сложной геометрической фигуры. – А сейчас вернёмся к гипотезе Пуанкаре и отметим, что это плетённое‑переплетённое многообразие гомеоморфно шару. То есть, по сути, им и является. Именно это и доказал Перельман, сколько бы мерным шар не был, – глаза Марка горели. – Теперь внимание! Взятый нами шарик не просто шарик, это центр вселенной, а вытянутые из него и переплетённые складочки‑пузыри – галактики. Пространство замкнутое, однако нам всегда казалось, что мириады звёзд несутся в никуда. Ни в коем случае. Звёздный хаос является поверхностью трёхмерного шара, пусть и ухабистой, – парень перевёл дух. – Чтоб удостовериться в этом, вернусь к воздушному шарику и напомню, что концы натянутых складочек мы закрепляли. Теперь отпустим их. Отстрелив, складки расправятся, и шарик снова станет гладким. То же произойдёт, если отпустить гравитационные растяжки. Звёздные скопления схлопнутся в точку, из которой и произошёл Большой Взрыв. Взрыв этот идентичен тому, что мы делали щипчиками, но в отличие от нас он будет растягивать и вращать космос ещё миллиарды лет. Заканчиваю выводом: вселенная не бесконечна, как мы думали до недавнего времени, а ограничена пространством трёхмерного шара, за пределы которого нам не выйти никогда, – Марк замолчал и посмотрел на Глорис. – Поняла?

– Нет.

– Почему?

– Я потеряла нить, но не стала тебя перебивать.

– В каком месте потеряла?

– Не помню.

– А память куда делась?

– Осталась при мне.

– В чём же дело?

– Сказать честно?

– Скажи.

– Я хочу тебя.

– Что?! – парень, оторопев, вжался в кресло.

– Где твоя инициатива?! Нет. Пришлось брать всю ответственность на себя, – девушка механически поправила волосы.

– Разве ты.., – Марк подбирал слово, – не лесбиянка?

Глорис расхохоталась.

– Мужчин я люблю больше, – развернувшись с креслом, она коснулась смущённого парня коленом.

Марк отодвинулся.

– Я не мужчина.

– Гей?! – Глорис изменилась в лице.

– Нет… Девственник.

Девушка опять засмеялась, но теперь смехом самокритичным.

– Извини, забыла уже, что на свете бывают взрослые мальчики.

– Видишь, не перевелись.

Глорис взяла парня за руку.

– Разреши быть твоей первой учительницей.

– Не надо.

– Почему?

– Секс – тот же наркотик. Привяжешься – всё.

– Не всё. Во‑первых, за один раз наркоманами не становятся, во‑вторых, привязанность к сексу никак не отражается на здоровье. Наоборот, секс делает мужчину румяненьким и счастливым.

Парень высвободил руку.

– Пострадает математика.

– Вот ты о чём? Но разве секс занимает много времени?

– Он расстроит мысли.

– С чего ты взял?

– Это знали ещё древние. Философы бежали от гетер, как от огня.

– Ты веришь сказкам? Не смеши.

– Это не сказки.

– Хорошо, сидел в бочке один импотент, но с него ли брать пример?

– Не уговаривай.

– Я уговариваю?! – Глорис резко встала. – Оставайся доить свою священную корову! – схватив сумочку, девушка поспешила к выходу.

– Подожди, – Марк вскочил.

Но Глорис уже миновала проём. Парень догнал девушку в коридоре.

– Извини, если обидел.

– Очень обидел.

Вбежав в прихожую, униженная и оскорблённая сбросила тапочки и, сунув ноги в туфли, встала на каблуки.

– Открой дверь!

– Полетишь со мной в Голландию?

– Чтобы спать спиной друг к другу?!

Марк, замявшись, промямлил.

– Я просто боюсь тебя.

– Меня?! Боишься?! – девушка изумилась. – Почему?

– Ты мне нравишься, и если я влюблюсь, то захочу жениться, а жениться я вообще не намерен, – сказав на одном дыхании, Марк опустил глаза.

Глорис приблизилась к потенциальному жениху и чмокнула его в лоб.

– Я полечу с тобой в Голландию, до завтра.

Парень засиял.

– Скажи номер телефона? Я позвоню, когда закажу билеты.

– Говори свой, у меня будет другая сим‑карта.

– Запомнишь?

– Ещё сомневаешься?

– Извини, – парень назвал номер.

Девушка надела на плечо сумочку.

– Сменю «симку», позвоню.