Сезон туманов

– Видишь? Давай туда. Но если что не так, сразу назад.

– Если что не так, то меня там сразу и положат, – позволил себе немного иронии Диван. – А если и успею отойти, то когда вернусь, вас всех спалю. Так что…

– Закрой пасть и пошел, – приказал Артур, отпуская друга на разведку.

А сам выглянул из‑за угла, пристально всматриваясь вдоль улицы. Если он что‑нибудь заметит, то успеет предупредить друга об опасности.

За его спиной нервно перешёптывались остальные, те, кто до конца не понимал, что это делают Артур с Диваном. В их простом видении мира быстро добраться до места означало встать и бежать. А если надо было скрытно, то тогда, возможно, надо будет и пригнуться. Они элементарно не понимали того факта, что на них идет охота. И поэтому искренне удивлялись тому, что им сказали «надо уходить», а теперь они стоят и ждут непонятно чего.

С противоположной стороны улицы замахал рукой Диван. Переулок, по крайней мере на первый взгляд, был безопасен. У Артура не было оснований для недоверия другу. В конце концов, Диван что, маленький? В армейке так же, как и Артур, оттарабанил по полной программе и должен понимать, что да как. Может, он и не семи пядей во лбу, но вот тупым его точно не назовёшь.

Артур подозвал к себе ближайшего из «пассажиров» и, указав ему на проулок, в котором стоял Диван, скомандовал «пошел». Парень весьма испуганно и загнанно начал перебегать улицу. Видимо, он успел на что‑то насмотреться, потому что так озираться может только тот, кто боится за свою жизнь. И боится чего‑то конкретного. Но Артур не исключал и того, что от незнания ситуации парню передалось его, Артура, напряжение. Ведь это часть природы человека. Та его часть, которую не вывести генетическим программированием. Когда человек попадает в экстремальную для себя ситуацию и видит, что кто‑то может в этом хаосе ориентироваться, он автоматически и неосознанно начинает подражать тому, кто его ведет. Именно поэтому такую высокую роль играют офицеры в армии. Все смотрят на командира, а значит, он не может себе позволить слабости или малодушия. Конечно, бывают и исключения, но это уже касается только тех, кто считает себя умнее других и, самое главное, не может довериться никому, кроме себя. Что, кстати, часто бывает в системе современного общественного воспитания. И именно это сейчас и поломало всю конспирацию, которую развел Артур в процессе передвижения.

– А чего это мы тут стоим, ждем. Нам идти надо! – выдала фразу женщина уважаемых лет и, наплевав на Артура, вышла из переулка. – Пойдемте, участок сам к нам не придет.

Артур попытался было что‑то сказать, но из проулка уже повалил поток людей. Все они просто шли за бесстрашной теткой. Толпа вышла на дорогу и прошла до следующего переулка.

Единственным, кто остался с Артуром, была девушка, которая еще недавно с плачем пыталась кому‑то дозвониться. И теперь она просто стояла, уперев в Артура свои большие и заплаканные голубые глаза, в которых читался только один немой вопрос: «Идем?».

И Артур просто кивнул, указывая на переулок за дорогой. Если их заметили, но не стреляют, то изменить что‑либо у них уже никак не получится. Надо продолжать движение и надеяться, что пронесет.

Следующий переулок они прошли почти спокойно. Людей там не было, по крайней мере живых. Через несколько метров от входа они зашли за угол и наткнулись на тело. Мужчина лежал на животе, головой к стене, руки за спиной были связаны, а в спине кровоточили следы очереди из автомата. Человека завели сюда и, поставив к стенке, расстреляли.

Увиденное изрядно подкосило уверенность особо бойких членов отряда. Женщина, которая повела всех через дорогу, побледнела и, облокотившись на стену, уперла взгляд в сторону от тела.

Артур шел следом за всеми. Поняв причину остановки, он снял с себя глянцевый плащ и накрыл им тело.

Как только вид мертвого мужчины перестал бить по глазам людей, они наконец смогли прийти в себя. Да, вот так просто. Накрыл тело чем‑то, и никто больше не нервничает. Ведь что в данном случае выводит человека из себя? Вид мертвого напоминает людям о том, что и они сами смертные. А если тело чем‑то накрыто, то всем понятно, что там лежит, но подсознание его уже не видит. И чтобы задуматься о бренности бытия, придется напрячь фантазию. А это проблематично, когда рядом труп лежит.

– Все в порядке? – спросил Артур, критически осматривая людей. – Надо идти дальше. Пойдемте.

И с каждым шагом дальше от покойника людям становилось все лучше. Гадкое чувство обреченности постепенно покидало их истерзанные событиями умы.

Артур же не чувствовал ничего, кроме острого напряжения и чувства опасности. В армии он участвовал в сотнях различных тренировок и полностью реалистичных симуляциях. А особенности системы нейронного контроля позволяли ему сохранять самообладание даже в такой ситуации. Ведь когда в тебя заливают информацию извне, мозг это все воспринимает как правду. И именно поэтому армейские симуляции и славились, как те, которые закаляют характер. Или превращают человека в контуженного овоща. Как повезет.

Добравшись до конца проулка, Артур снова остановил группу. Впереди стоял окруженный низенькими домами двор. Четырехэтажные, стоящие буквой «Г» дома огибали площадку двора с обеих сторон, открывая только два прохода. Напротив одного из них сейчас и находилась группа. И этот маршрут Артуру очень не нравился. Между домами и дорогой были только узкие пешеходные дорожки, все остальное было густо засажено плотным и аккуратно подстриженным квадратным кустарником. Такое же обилие растительности было и во дворе, но только под окнами. И сам факт того, что там легко может кто‑то спрятаться, заставлял Артура искать другой маршрут.

Это свое опасение он тихо объяснил Дивану и, оставив его возле угла наблюдателем, открыл скаченную карту города и начал искать пути отхода. Но что странно, на карте не было этого двора…

– Эм. Ребят, там кто‑то идет, – подала голос заплаканная девушка в хвосте группы.

Артур даже не успел ничего сделать. Один из его спутников, мужчина представительного вида, резко обернулся в сторону проулка.

Ту‑дух!!!

Шмяк.

Громом в проулке ударил выстрел, а в следующую секунду на асфальт упало обмякшее тело несчастного.

Все. Их нашли.

– Все бегом! – закричал Артур, резко стартуя в сторону двора.

Перебегая дорогу, он еле увернулся от большого, высокого авто, которое, по‑видимому, пыталось его сбить. Сзади гремели выстрелы и режущие слух визги. Но Артура от большинства группы уже отделял ряд машин, вставших перед входом во двор.

Диван бежал первым, за ним Артур, следом бежал еще кто‑то, но этого он не успел понять. На границе двора, из‑за угла вынырнула массивная фигура в бледно‑желтой броне и схватила бегущего за Артуром человека. Послышался сдавленный девичий крик, и довольный голос объявил: «Иди сюда!».

Диван резко остановился. Противоположный выход со двора был заблокирован двумя машинами. Но он не растерялся и рванул в сторону подъезда. Дверь была открыта, и друзья смогли туда вбежать. Только у самой двери их догнал крик: «Куда! Стоять, суки!». Стоило им скрыться в подъезде, как в дверь ударила автоматная очередь.

Счет шел на секунды. Диван сходу впечатал ногой в дверь с надеждой, что та вылетит, и они смогут уйти через окно. Но дверь оказалась крепкой. Артур ударил плечом другую, но результат был тот же.