Сезон туманов
Вот такая она, жизнь на болотах.
Друзья прошли до конца изогнутой узкой улочки и оказались на главном проспекте, который в народе называли «Артерия».
По дороге в обе стороны медленно брели автомобили, орошая пешеходов потоками грязи из‑под колес. Даже сквозь туман фары слепили глаза. Но все так и должно быть. Водители авто, согласно неписаным правилам, обязаны включать дальний свет, чтобы предупредить пешеходов о своем приближении.
В глаза снова ударил свет, и Артур предупредил задумавшегося друга возгласом «атас!». Оба резко подняли широкие рукава к лицу. Машина пронеслась мимо, с ног до головы облив прохожих жидкой грязью.
Друзья переждали бурю и, отряхнувшись, пошли дальше, продолжая свою ненавязчивую беседу. Артур не отставал от друга.
– Ну признайся, Диванушка, прав я был или нет?
Диван не хотел отвечать. Как и всем людям, ему было трудно признавать свою неправоту. Но Артур его и правда выручил.
– Ладно, Арти. С меня бутылка. Но не за то, что ты мне помог.
– А за что тогда?
Артур не понял юмора. Но ответить Димон не успел.
Громкий, басистый вой гортанной сиреной огласил их фамилии на ближайшие четыре улицы: «Димитриеф, Вибигоров! Стоять!». Громогласный голос принадлежал «Управсеку» их района, Маргарите Максимовне Вигиналовой.
– Все, Диван. Она здесь. Нам всем именно «она».
– Сейчас опять докапываться будет.
Теперь друзья просто стояли и смотрели, как на них прямым ходом со средней крейсерской скоростью надвигается монументальная тетка каменного телосложения и таким же выражением лица.
Оказавшись наконец перед ребятами, Вигиналова начала свой отчеканенный и прямой монолог.
– Я коротко. В пятом секторе прохудилось дорожное покрытие. Сами знаете, что будет после разрыва. Так что всем скинуться на починку дороги. Кто сколько может. По две сотни.
Диван удивился такой наглости.
– А каким боком к нам пятый сектор? Он же хрен знает где!
Он был прав. Но у Вигиналовой был свой аргумент.
– А кто не будет скидываться, отключу Вай‑Фай!
Признавая свое поражение, друзья вытянули вперед левые руки. Вигиналова показала обоим число «200» на планшете и прикоснулась по очереди к их ладоням. Каждый получил сообщение о списании 250 рублей.
– Комиссия, – громко объявила Вигиналова и, пресекая любые протесты, резко развернулась, чтобы уйти. Но Артуру не хотелось ее так просто отпускать.
– Атас!
Вигиналова дернулась к стене, прикрывая лицо рукавами плаща. Так она и простояла около минуты в ожидании машины.
Ох уж это сладкое слово – «месть».
Не желая оставаться на месте, друзья рванули вдоль Артерии. Остановка была уже недалеко.
Ну, это местные ее так называли – «остановка». На самом же деле это была маленькая такая станция монорельсовой дороги. Расположившись на высоких бетонных сваях, она возвышалась над всем жилым сектором, на десяток метров обгоняя его в росте.
Взбегая по широкой лестнице, друзья снова прикрыли лица рукавами. Но теперь они боялись не грязи. Со всех сторон по лестнице работали обрызгиватели, смывающие грязь с пользователей станции.
Людей было немного. Но и их было достаточно, чтобы создать небольшую толпу возле терминала платформы.
С легкой ноткой зависти Артур смотрел, как его друг отходит в дальний край платформы, где останавливается вагон для льготного проезда. А ему приходилось стоять в очереди и ждать, пока он сможет оплатить проезд и, наконец, попасть на перрон.
Удобно Диван устроился со своей «тушенкой»: за проезд не платит, да и место ему всегда найдут. А еще выпендривался.
Вверху замигал красным фонарь. Значит, поезд близко. Еще минута, и Артур может опоздать на поезд. Но, к счастью, в толпе не оказалось любителей поспорить с автоматом станции, и очередь ожидаемо быстро рассасывалась, плавно перетекая аморфной массой на перрон.
С высоты казалось, что широкое железное полотно дороги монорельса накрывает собой весь окружающий жилой район. Перекрывает вид и доступ к нему. Именно за это Артур и не любил это место. Ему почему‑то казалось, что было бы лучше, если бы в ожидании поезда можно было посмотреть вниз, чтобы увидеть рваное полотно тумана, через который угадывались бы силуэты домов и улиц, окаймленные светом желтых фонарей и белым потоком света от фар автомобилей. В таком виде его жилой район казался ему особенно красивым и уютным, так как теперь в нем была тайна. Ведь кто знает, что происходит на этих узких улочках.
Где‑то внизу громко взвизгнули тормоза. А затем последовал удар металла об металл. Спустя несколько секунд дерзкий как понос голос завопил на всю округу: «Ты куда попер, дитя пробирки?». А после короткой паузы вновь взвизгнул еще более громкой тирадой: «Какой главная? Ты что с моей машиной сделал? Да мой кит в твой рот скучал! Вася, ты попал!».
Конечно, было интересно, что там произошло. Но приближающийся поезд не позволил людям на платформе зазеваться.
Хотя на что там было смотреть. Все и так ясно. Столкнулись два авто, и тот, кто был в этом виноват, сейчас орал на всю округу в надежде испугать свою жертву и заставить ее на волне страха договориться по‑мирному. Но если тот, кто не виноват, не поведется на эту уловку, то у него есть шанс получить гораздо больше. Стоит только вызвать Службу Охраны Общественного Порядка. И тогда он может при желании сдоить с наглеца чуть было не новую машину.
Но это уже их дела. Там и без Артура точно было полно зевак и еще больше советчиков. Так что можно было смело выкинуть эту ситуацию из головы. Поезд уже близко. А его друга рядом нет.
«Придется самому», подумал Артур и приготовился к приезду поезда.
Глава 2
Поезд приближался.
«Сейчас начнется», думал Артур, перебирая глазами своих оппонентов и выискивая возможных союзников среди вероятных противников.
