Шёпот Колыбели. Кетаб третий

– Я так и знал! – Мантис вновь и вновь бил кулаком в стену, сдирая кожу. – Стоило императору объявить этого подонка наследником, как он решил немедля забрать себе трон! А столько лет прикидывался безразличным и сдержанным, говорил о преданности империи, отцу… Недоносок! Мерзкий ублюдок!

Принц оторвался от стены, снова принялся мерить комнату шагами, точно подраненный зверь охотничью клетку. Капли крови с ободранных костяшек слетали на пол и тонули в высоком ворсе ковра. Импер‑командор молча наблюдал за его метаниями, довольный произведённым эффектом. Отлично, пусть пацан побесится, чем громче и яростнее, тем лучше. Ругайся, накручивай себя, усиливай свою ненависть и злобу к брату.

Мантис резко остановился, сел на кровать, закрыл лицо руками.

– Как он мог? – послышался из‑под ладоней жалобный всхлип. – Это же наш отец…

Равистер приблизился, положил тяжёлую руку ему на плечо:

– Власть портит людей. Помни об этом, когда трон станет твоим.

Шагая по коридору в покои младшего принца, импер‑командор уже знал, что скажет Мантису. «Никто не ожидал от Стратуса такой подлости… Мне казалось, я знаю его… Я ошибся: едва примерив задницу к трону, он решил узурпировать власть и сместить отца. Мальчик мой, крепись: Хордрон мёртв. Он пал жертвой страшного предательства, и предал его именно Стратус. Тот всё правильно рассчитал: война с южанами – отличное прикрытие для внезапной смерти императора. В замке, где на каждом углу надёжная охрана, убить отца он не мог, потому и настоял, чтобы Хордрон отбыл в Нэскайлард».

Мантис продолжал всхлипывать, пряча лицо в ладонях. Равистер легонько хлопнул его по плечу, усмехнулся самым краем губ. Мальчишка не сможет проверить, настаивал ли старший принц на отплытии Хордрона Ликантора на Эструдейл – или наоборот, отговаривал отца, почуяв неладное опытным солдатским нюхом. На военном совете Мантис не присутствовал, как и на любой другой важной встрече. Да и не станет он ничего проверять – поверит на слово, что Стратус хитроумно подстроил покушение, что верные ему люди убили Хордрона и потопили императорские корабли далеко от берега.

«Как только я узнал об этом, – скорбно закончил Равистер свою речь, – сразу направил в покои Стратуса гвардейцев, чтобы арестовать его. Он убил моих людей, хладнокровно расправился с пятёркой лучших гвардейцев, а сам сбежал… Мантис, мы должны решить, что делать дальше: привлечь его к справедливому суду или…».

– Никакого справедливого суда! – Младший принц вскинул зарёванное лицо, сжал кулаки, сбитые в кровь. – Найдите мерзавца и убейте его! Я хочу, чтобы он сдох, как собака! За отца…

Лицо Мантиса вновь искривила гримаса боли.

– Успокойся, – произнёс импер‑командор как можно мягче. Мальчишка раздражал, к тому же на слёзы сейчас не было времени. – Конечно, мы найдём его, поисками тайно занимается вся разведка. Главное – не наделать глупостей.

– Глупостей? – Мантис широко раскрыл глаза. – О чём ты? В стране переворот! Надо найти предателя! Подключай всех: гвардию, армию! Расклей его мерзкую рожу на каждом столбе, пообещай вознаграждение!

Он попытался вскочить, но командор припечатал плечо принца и больно сжал, словно пытаясь выдавить из мальчишки остатки страдания.

– Не спеши. Стратус хитёр, он наверняка будет обвинять во всём тебя.

– Меня?!

– Да, именно тебя. Каждый знает, какие отношения были между вами. К тому же, твои претензии на трон ни для кого не секрет. Он же никогда не говорил о том, что хочет сменить отца у власти. Ему поверят, у него хорошие отношения со знатью, его уважают солдаты. Нет, пока обнародовать смерть императора нельзя. Сперва мы должны найти Стратуса, схватить его и наказать. Он ответит за смерть твоего отца и моего друга – Хордрона Ликантора Вестания, ответит перед тобой, мной и империей. Ты согласен?

Мантис уверенно кивнул.

– Я хочу, чтобы этот предатель сдох!

– Хорошо. Но тогда мы должны действовать мудрее. Нельзя обвинять Стратуса всенародно, для нашей мести достаточно, что правду знаем ты, я и разведка, которая его ищет, прочёсывая каждую подворотню. Когда же мы найдём его и отомстим, тогда и настанет время заявить о заговоре – но не Стратуса, а давних врагов империи, подлых лазутчиков, что безжалостно убили и императора, и наследного принца. Лишь тебе удалось спастись благодаря самоотверженности гвардейцев, которые подоспели вовремя, буквально в последний момент. Так твоя претензия на трон ни у кого не вызовет сомнений.

– Лазутчики? – Принц злобно оскалился. – Да, из Ронвейра или Дарфа! Они вечно недовольны там у себя на севере, вот и подослали убийц, чтобы ослабить империю, внести смуту! Или… может, из Нагарха? Тогда появится повод наконец прижать этих подонков и окончательно укрепиться в новом протекторате. А это мысль!

– Хм, не глупо, действительно, – кивнул Равистер, наконец убирая свою железную руку с плеча юноши. Оставалось лишь подвести его к последней мысли – той, что позволяла убить одним метким выстрелом двух лепусов сразу. – Новый протекторат, расширение границ Дафиаркама – это сделает тебя великим императором. Но подумай, зачем нам Нагарх, эта ледяная дыра? Она и так наша. Лазутчики могут быть и с юга. Непокорные южаки, которым объявили войну, используя «Казус Белли», южаки, потерявшие своего короля и решившие отомстить столь коварным образом…

– Нэскайлард?

– Да, Нэскайлард. Наш старый враг.

Мантис задумался, прошёлся по комнате.

– А ты ведь прав, – сказал он, оборачиваясь. – Это звучит вполне логично.

– Разумеется. Тем более, войска империи уже там. Не сегодня завтра они сломают южан и принесут тебе новые земли на блюдечке. Огромные, богатые земли. Если же что‑то пойдёт не так, мы объявим всеобщую мобилизацию и дожмём нэскайлардцев. Во имя мести за императора Хордрона оружие поднимет каждый, я не сомневаюсь. А ты… ты хочешь войти в историю как великий покоритель юга? Мантис Ликантор Хордрон, при котором империя вдвое увеличила свои границы.

Глаза принца загорелись. Юноша вновь пошёл по комнате от одной стены до другой.

– Но есть одна проблема, – продолжил импер‑командор, довольный своей речью. – Стратус пока жив. Он может вернуться и объявить главным заговорщиком тебя.

– Он не должен вернуться, Равистер! – пылко воскликнул Мантис.

– Не должен, – кивнул командор. – Не беспокойся, он не вернётся. Но пока мы не найдём его, всё должно оставаться в тайне.

Принц взглянул на свои руки и только сейчас заметил, что сбил костяшки о стену. Он сжал и разжал кулаки, потёр левую скулу. Синяки, полученные от брата, давно сошли, но зубы до сих пор ныли на горячее. Давно он не получал по лицу, очень давно. Проклятый учебный плац, проклятая Академия, проклятый Стратус!..

– Его могут хватиться, – сказал он после недолгой паузы. – Он же вечно торчит на плацу. Если Стратус не появится там несколько дней, это вызовет подозрения у его дружков. Да и здесь, при дворе вокруг него постоянно вьются министры, требуют то одно решение, то другое, с тех самых пор, как отец… – он осёкся, но справился с собой и продолжил, выравнивая слегка дрогнувший голос. – Что мы скажем, когда придворные и министры спохватятся?