Сопряжение. Чернильный маг. Книга 1

С кратким запозданием я тоже выпустил свой снаряд. Целя в грудь, я вложил в него всю энергию ганта и собственного источника. Понимал ли я тогда, что могу просто убить Шарапова? О, да! Вот только сожаление и осознание того, что я мог не только раскрыть себя, но и оборвать человеческую жизнь, накрыли меня позже. А в тот момент я боролся за свою жизнь и не видел другого выхода.

Наши диски разминулись на моей половине арены. Его каменные снаряды двигались медленнее, но их было больше, в то время как мой шел с неуловимой и необратимой скоростью. Шарапов не увернется, это просто не в силах человека. Да и я, с основным атрибутом интеллекта и хилой «двоечкой» в ловкости, тоже не способен на это. Поэтому, прикрыв грудь и лицо руками, я просто ждал удара.

 

Глава 4

 

Но его не последовало. Вместо яркой боли от переломов рук, меня выгнуло дугой, лишая Контроля над собственным телом. А вместо глухого звука удара камня о защиту, по ушам резанул громкий треск рвущейся мокрой ткани.

Уже потом Антон рассказывал мне, что на самом деле это была молния. Едва купол силового щита развеялся, как любимый аспект Деметры сорвался с ее ганта и ударил в наши каменные диски, взрывая их. Именно молния, змеей повернувшая в слишком близко стоящего меня, парализовала мое тело. И в этот момент, вместе с беспомощностью, меня накрыло осознание того, что я только что едва не убил человека.

Хотя и был уверен, что Шарапов намеревался сделать то же самое. И если бы у него получилось… Для остальных я вроде как обычный магл. Вот бы они удивились если бы через несколько минут на глазах одноклассников мое остывающее тело превратилось бы в прах.

Да, я бы не умер, а лишь возродился возле своего Тотема. Потрепанная, полуисписанная тетрадь в клеточку, в которой я когда‑то рисовал своих первых персонажей, стала моим Тотемом.

Что такое Тотем? Все просто и сложно одновременно. Во время инициации душа игрока привязывается к какому‑то материальному предмету, который служат для души одаренного чем‑то вроде якоря.

Именно поэтому никто из игроков не станет делиться с кем бы то ни было какой из предметов является его тотемом, ведь стоит его разрушить и… Не важно как высоко ты поднялся в уровнях, и каким бы крутым магом ни был, при разрушении Тотема ты теряешь свое условное бессмертие.

И если бы я сегодня погиб, а на следующий день пришел бы в академию как ни в чем не бывало, не нужно быть гением, чтобы понять – моей сказочке тут же пришел бы конец.

Когда контроль над собственным телом частично вернулся, я поднял голову. Деметра уже находилось рядом с Шараповым и непедагогичными методами внушала страйкеру команды по ганту, что его ждет за нарушение правил.

Эта с виду хрупкая женщина, наплевав на защиту, в три удара «сложила» Семёна, и теперь тот тоже лежал на арене, прикрываясь от тумаков наставницы.

– Атаковать! До! Сигнала! – делая долгие перерывы между словами, чтобы нанести очередной удар, кричала она. – Это! Пожизненная! Дисквалификация! Шарапов! Намеренная… атака… в голову… это… тоже… дисквалификация! И… это… за… месяц… до… осенних… игр?! Да я сама тебя убью, гаденыш!!!

Семён, к его чести, стойко переносил побои, но преподавательница нашла, чем его пронять. Едва Деметра пригрозила рассказать о произошедшем Шарапову‑старшему, как Сёма тут же раскрылся, умоляя не сообщать об инциденте отцу.

И если у меня такая сцена вызвала лишь усмешку, то остальные смотрели на Семёна с сочувствием. Откуда такое раболепное преклонение? Это ведь отец! Семён его кровь от крови, и влиятельный магнат за подобное обращение со своим сыном, по идее, должен был сгноить преподавателя‑деспота! Но наблюдая за тем, как Шарапов стойко переносит побои и просит не докладывать о произошедшем отцу, я явно чего‑то не понимал.

Наконец силы покинули Деметру, и она рухнула на задницу рядом со свернувшимся в позу эмбриона Семёном. Тяжело дыша, осмотревшись, она, наконец, заметила очнувшегося меня.

– Новичок, ты как? Встать можешь? – участливо поинтересовалась она, но тут же припечатала. – Никуда не уходи, сейчас я отдышусь, и настанет твоя очередь.

Кстати да, в этот раз чуйка меня не подвела и при помощи хорошо поставленной «двоечки» Деметра донесла до меня, что за подобные выкрутасы в следующий раз она лично сломает мне руки.

А вообще, мне досталось сильно меньше, нежели Шарапову. Не знаю, было ли тут дело в окровавленной физиономии или в моем статусе новичка, но сорвав с меня гант, лысая фурия, отвесив пинок, направила меня в лазарет. Кстати, такой же пинок достался и Антону, который был назначен мне в проводники и, по мнению преподавательницы, двигался недостаточно быстро.

– Давай, Рико, – припечатала она. – Проводи новичка в лазарет. Если будут спрашивать подробности, то никакой дуэли не было. Понятно?

Парень кивнул и, схватив меня под локоть, быстро повел прочь.

– Слушай, Антоха, – произнес я, едва мы вышли из двери спортзала. – Какого хрена вообще происходит?

– Ты про отношение Деметры? – невесело усмехнулся он. – Я же говорил тебе, что не боец. Вот она и срывается…

– Я не об этом, – успокоил я его. Очевидно, для парня его неспособность показать себя как игрока была больной мозолью. – Объясни, какого хрена здесь вообще происходит? Физрук требует называть себя по прозвищу, ставит учеников в дуэли, не стесняется бить клановых учеников, а в довершение те умоляют не рассказывать об этом родителям!

Наконец, добравшись до раздевалки, я сбросил с себя шлем и первым делом решил смыть с лица кровь и каменную пыль. Прохладная, даже ледяная вода приятно освежила лицо.

– Ты вообще знаешь, кто такая Деметра? – с подозрением спросил он и, получив отрицательный ответ, выдохнул. – Да ты гонишь… Это же Деметра!!! Страйкер «Черных Львов» и единственная женщина, которую допустили участвовать в мужской Лиге по ганту! Она легенда!

– И очевидно ей настолько отбили голову на арене, что она требует называть себя по псевдониму, – хмыкнул я.

– Ты главное при ней такое не ляпни, – серьезно предупредил он. – По поводу дуэли, все просто: гант – это практическая дисциплина. Ее нельзя сдать, выучив учебник, тут важны только практические навыки и закалка тела. Понимаешь? На спаррингах ничего подобного не происходит. Синяки дело обычное, но вы ведь реально хотели убить друг друга! Вот Деметра и вспылила. Обычно она ограничивается лишь подзатыльниками, но ведь вполне могла просто отчислить вас обоих!

Умывания оказалось недостаточно, от каменной пыли волосы были словно припудренные, да и синяки под броней требовали прохлады, поэтому, сбросив одежду, я забрался в душ.

– Ну отчислили бы, и что? Уверен, Шарапов может позволить себе и дистанционное обучение.

– Ты дурак? – произнес Антоха, смотря на меня как на идиота. – Семён номинальный преемник отца и лицо клана!

– Номинальный? – уцепился я за это слово.

– Да, у него еще семнадцать братьев и сестер, двое из которых являются игроками. Но по старшинству он преемник, хоть и не игрок. Вот поэтому парень и рвет жилы, стараясь доказать, что он достоин.