Сопряжение. Чернильный маг. Книга 1

– Кончай прикалываться, пап.

 

Глава 5

 

– А это никак не терпит? – посерьезнел отец, выслушав мою историю.

По меркам города он зарабатывал неплохо, однако не настолько, чтобы вот так просто купить топовый смарт, поддерживающий хранение мистических сущностей и имеющее слот для инфокристалла из драгоценного камня.

– Никак, – помотал головой я и соврал. – Поэтому меня и отпустили пораньше с уроков.

– Придется брать кредит, – вцепившись узловатыми пальцами в дорогую оплетку руля, произнес он.

– Кредит? – делано удивился я. Ну не сообщать же ему, что полуправда о новом смартфоне нужна мне, чтобы и сбежать с уроков. – Нет, ничего не нужно. Академия имеет контракт с магазинами артефакторики. Мне нужно просто посетить их и получить актуальную модель.

– Типа бесплатно? – напрягся отец.

Уж он‑то за десяток лет работы в частной охранной компании прекрасно знал, что предлагаемое забесплатно в конечном итоге всегда выходит слишком дорого.

– Пап, откуда бесплатно? – удивился я искренности собственной лжи. – Официально смарт принадлежит академии, а я лишь пользователь. Но зарядка маной и покупка магем за свой счет.

– Тогда нормально, – расслабился он и вытащил из внутреннего кармана зажим для денег. – Пять тысяч на расходы хватит?

Увы, отец так и не принял реального мира, а потому не знал, что даже самая простенькая магема для смарта стоит от двадцати эксперов. А это, на секундочку, почти двенадцать тысяч. Стараясь приблизиться к игрокам и прикоснуться к магии, люди не жалели на это денег и, разумеется, нашлись и те, кто превратил это в прибыльный бизнес.

Уже спустя год после Сопряжения появились первые прототипы М‑смартов. Общее творение гениев инженерной мысли и светлых умов артефакторики создали симбиоз классического смартфона с волшебной палочкой, какой ее представляли фантасты.

Теперь, имея достаточно средств на хорошую модель, драгоценный камень, выступающий в роли излучателя, и заправку гаджета маной и эксперами, любой человек мог почувствовать себя магом. Да, слабеньким и узкоспециализированным, но магом!

Расстраивать его не хотелось, поэтому я с благодарностью принял деньги. Тем более что для осуществления моего плана обогащения они пригодятся.

– Да, спасибо, – поблагодарил я его.

– Извини, отвезти не могу, – кивнул он на главный корпус академии. – Шарапов отзвонился несколько минут назад, сказал, что скоро освободится. Извини сына, работа.

От услышанного мое настроение рухнуло вниз. Нет, я, конечно, знал, что отец охраняет кого‑то из учеников академии, но сука‑судьба решила и тут подставить подножку.

– Да все нормально, – похлопал я его по плечу. – На автобусе доеду. Только ты это… ворота открой.

Попрощавшись с отцом, я двинулся к медленно раскрывающимся воротам и, наконец, покинул территорию школы.

Мой смарт был настолько древним, что не поддерживал даже интеграцию магических кристаллов, но с функцией карт он справлялся. Поэтому, найдя в поисковике ближайший спецмагазин для художников, я вставил в ухо наушник и под любимую музыку двинулся в центр.

«Мастер Дали» находился в самом центре, поэтому пришлось воспользоваться автобусом. Конечно, можно было бы найти просто ближайший магазин с канцтоварами, но в моем деле нельзя отделаться простой шариковой ручкой.

Когда голосовой помощник радостно сообщил мне, что я на месте, у меня сперло дыхание. «Мастер Дали» оказался не просто маленьким магазинчиком в торговом центре, а представлял собой целое арт‑пространство! Двухэтажный магазин для любителей творчества предлагал не только широкий выбор товаров для скульпторов, художников, фотографов и писателей, но имел и собственное кафе с библиотекой! Поэтому первой мыслью, которая посетила меня после того, как я вошел в стеклянную дверь, была: «Я хочу здесь жить!».

Пришлось взять под контроль волнение, чтобы не заикаться, когда я подошел к прилавку, за которым стояла девушка с розовыми волосами.

– Чем могу помочь? – улыбнулась она так, точно встретила старого друга.

– Мне необходимо сусальное золото, – начал я и, немного задумавшись, добавил: – И если есть, тo платина и серебро.

Конечно, я знал, что это стоит недешево, но на моей карте были некоторые сбережения, да и отец подкинул деньжат. А если не хватит, так всегда можно отказаться от некоторых позиций.

Розоволосая девушка, на бейджике которой красовалась имя «Мила», не удивилась такому заказу, и через минуту на прилавке стояла целая стопка тончайших листов благородного металла и полтора десятка баночек.

– Вот все что есть.

Я с интересом начал изучать предложенные варианты, в то время как Мила внимательно следила за мной. Ну да, логично. Настоящее сусальное золото стоит недешево, и если я захочу сбежать, то девушка должна сообщить об этом охранникам, чтобы те не выпустили меня.

Впрочем, я не собирался воровать и полностью растворился в чтении этикеток. Чего здесь только не было! Дешевая имитация сусального золота из Турции, настоящая золотая фольга из Амурской области, золотой художественный воск, и даже золотая суспензия для работы по керамике!

– Вот, вот и вот, – указал я интересующие меня позиции.

Не знаю зачем, но я выбрал самые дорогие наименования с самым высоким содержанием драгметаллов. Да, такое удовольствие стоило недешево, поэтому пришлось взять всего по паре листов, но и это обошлось мне почти в шесть тысяч.

– Вам понадобится еще и клей, – подсказала розоволосая, и, сделав мину «ну разумеется», я приобрел еще и одноразовые перчатки.

– Сколько стоит билет в творческую зону? – поинтересовался я, решив, что лучше поработать здесь.

– В арт‑пространство? Первый час – пятьсот, дальше по сотне за час. Напитки входят в стоимость билета. А вы что, приобретаете это для собственной работы? – смутившись от собственной бестактности, девушка тут же поправилась. – Ну… Такие дорогостоящие расходники обычно приобретают профессионалы. Вот я и подумала…

Признаться, услышанное звучало хоть и логично, но несколько оскорбительно. Ну да, появляется какой‑то шкет младше ее лет на пять, и приобретает не ластик и шариковые ручки, а материалы для профи. Естественно, девушка решила, что я лишь мальчик на посылках и не могу быть тем самым профи.

Вот только такое отношение больно ранило мое эго, поэтому вместо семи тысяч, я протянул «десятку» и попросил проводить меня в творческую зону, особо отметив, что для работы мне нужна тишина.