Терра неизведанная
– Что бы тебя любил мужчина. Понимаешь? Любил. По‑настоящему. Раз и навсегда! Тебе хотелось бы? (Такой, как ты?! Ты?! Да, о да! Да, хотелось, всегда… – больше всего хочу сказать я). Но вместо этого резко отворачиваюсь, чтобы успеть скрыть слезы, хлынувшее сразу очень сильно. Какая‑то струна ещё раз больно лопнула в душе, отчего смена моего облика происходит произвольно, на эмоциях.
В следующую минуту к Вишну поворачивает голову не Гелион, а заплаканная рыжая женщина.
– Послушай, зачем эти разговоры? Я видела сегодня сотни прекрасных гурий твоего сераля! Они так прекрасны, что заставят забыть и собственное имя!
– Поначалу девушки меня развлекали, вздохнул Лорд Вишну, – Со временем стало казаться, что передо мной танцует одна и та же красавица… а теперь я их просто не замечаю: есть они или нет, сколько и какие на них украшения – всё равно. Изо дня в день одно и то же. Те же звёзды, те же луны, и те же самые красивые девушки. Я пробовал отвлечься созиданием, потом развлечься войной… Что бы я не делал: охотился, музицировал, занимался другими искусствами… ничто не приносило удовлетворения. Некому оценить результат! Ведь в моей бесконечно совершенной жизни не было того, что придаёт смысл творчеству и приносит удовольствие от создания чего‑то нового – не было Любви.
– Но ведь для того, чтобы создать целый мир из чечевичного зерна, нужен Замысел. А чтобы он удался нужна энергия… Любовь, – говорю я.
– Что может выйти из чечевичного зерна, сама подумай? Только простой плоский мир! С двумя сторонами света: Лучезарным Востоком и Прекрасным Западом. Море… и песок пустыни. С редкими оазисами, которые получились, когда настроение было чуть‑чуть получше.
– Ты же играл на флейте…
– Да, играл на своей золотой флейте всего один раз. И снова хочу взять её в руки… Сейчас.
Слышно, как Лорд Вишну набирает в грудь больше воздуха для первой музыкальной фразы. Мелодия как‑то сразу вырывается из пасти миниатюрного золотого дракона на конце флейты, заполняет собой всё пространство, и проходит сквозь меня, подобно радиации.
Какое вдохновенное лицо!
Прикрытые ресницы трепещут как крылья бабочки. Дыхание становится звуком, формулой и формой, золотыми цветами, звёздами в небесах, музыкой созидания и разрушения, единой волной целого моря, цунами, которое, обрушившись на барханы и отхлынув, теперь превратит пустыню в благоухающий сад:
«Ты наконец со мной, Лакшми! Я ждал тебя тысячи лет!
Ты всегда была в моей груди, о, роза моего сердца, Лакшми!
Я дождался! Мне ничего не надо – только смотри на меня!
Пророчество исполнено. И умирать не страшно. И жизнь прекрасна.
Лакшми! Прожитые годы перестали казаться дурным сном, когда ты пришла за мной!
Музыка вновь рождается в моей душе, и флейта снова обрела свой голос, потому что рядом ты – птица Сирин на краю чаши фонтана в моем саду. Как же радостно видеть тебя, слышать тебя. Сейчас взмахнёшь крыльями – и улетишь, Любовь моя!
Даже если звезды прольются на землю огненным дождём, и мой мир погибнет, даже в конце времён, я буду благословлять тебя, моя Лакшми!
Потому что в завершении пути я заглянул в твои глаза, Гел!»
– Гел! Я на связи! – раздаётся в гарнитуре.
– Слушаю тебя… – шмыгая носом.
– Почему в нос говоришь, а?! Аллергия на благовония, что ли?
– На щербет!
– Если будешь ещё там есть, пить и это… короче, дисквалифицируют! И снова будешь дома сидеть, ужин мне готовить! Поняла?! Слушай, детка, ничего не вышло. Старый проект не берут. Новый заказывают. Сворачивайся. Finis mundi набираешь, как обычно.
– Ок. Герман!
– Да.
– А ты уверен… уверен, что они не настоящие, Стражи твои?! Вдруг будет как тогда с Драконом? Тебе же потом и было очень нехорошо, когда мир закрыли.
– Не уверен! Я знаю! Это всего лишь проекция – срез личности Демиурга на момент создания il mondo… мне что, вводный курс построения миров заново читать тебе сейчас?!
Делай дело, и домой! Я уже освободился. В Оперу, хотя бы, ко второму акту успеем.
– Хорошо, – всхлипываю я.
– Эмоционируешь! В женщину перекинулась, поди? Я так и предвидел. Закругляйся, давай.
– О, Совершенный! Покажи мне своё сокровище, как обещал, – собравшись силами, произношу я стандартную фразу завершения. Общую для всех старых миров.
Сквозь слёзы вижу: нежная улыбка Вишну в форме полумесяца сразу же погасла.
– Все‑таки хочешь увидеть Сердце Востока? Что же, пойдём.
Высокие арочные окна сокровищницы обращены в сторону моря, плещущегося о берег далеко внизу. Две Луны этого мира – одна подобна кошачьему глазу, вторая классическая, – встают над побережьем, озаряя воду и песок пустыни неверным двойным светом…
– Вот ларец, смотри, – буднично говорит Лорд, – я подарю его тебе, если понравится…
Эта заученная формула подтверждения доступа к панели управления окончательно отрезвляет меня. Теперь можно сделать то, зачем я здесь. Я открываю крышку ящичка, инкрустированную золотом и слоновой костью. Внутри – красный пластиковый мини‑ноутбук очень старой модели. То, что нужно.
Клавиатура с полустёртыми кнопками… доступ подтверждён… как бы не промахнуться.
Finis mundi. Пароль введён. Готово. Я захлопываю крышку.
– Спасибо, дарить не нужно! Мне только хотелось посмотреть на него и всё.
– Finis mundi, – тихо повторяет он, прижимая руки к груди.
В следующее мгновение сильный порыв ветра заставляет оглянуться. Море с безумной яростью обрушивается на берег.
– Пророчество исполнено. Лакшми вернулась, но не приняла в дар величайшее сокровище, предложенное ей – Сердце Востока, – пауза, – и моё сердце! Теперь она уйдёт, – хрипло выговаривает Страж Вишну. – Должна уйти обратно. И мир погибнет, лишённый Любви.
Собственно, так и было задумано. Просто посмотрела. И всё!
Я в смятении поднимаю на него глаза.
Герман собственной персоной, как всегда элегантен, в приталенном костюме стального цвета. С золотой розой в петлице.
– Дорогой! – я не верю своим глазам.
