Угнетатель аристократов 2

– Ты чего это задумал? – Недоумевал Коловрат.

– В общем, как очнётся, дайте мне слово. Хорошо? – Не переставал улыбаться Серёга. – Я покажу вам мастер класс по проведению допросов.

Серёга метнулся к выключателю и щелкнул им. В кабинете погас свет, и теперь его освещало лишь тусклое, просачиваемое сквозь жалюзи, солнце. Сразу закрыли и их, чтобы добиться почти полной темноты.

– Господа, раз у вас тут такая пляска намечается, то я пока что отлучусь. – Произнёс Павел Геннадьевич и вышел за дверь. Наверное, ему не особо понравилось бы наблюдать за тем, как издеваются над его возможным учеником, поэтому и решил пройтись.

Хотя и ничего криминального в последующие десять минут, в принципе, не происходило.

– Саня, – обратился ко мне предвкушающий веселье Серёга, – скажи мне несколько вещей. В какой школе ты учишься, как зовут вашу математичку, и как физрука.

– Эм… – Задумался я. – В тридцать седьмой. Анжелика Герасимовна. И… Владимир Владимирович Пу… не, просто Владимир Владимирович. А тебе зачем вся эта информация? – Интересовался я.

– Хи‑хи‑хи. Через минуту поймёшь. – Улыбался Серёга.

И вот, Стас сходил в уборную, набрал там воды из‑под крана в небольшой тазик, принёс сюда. Серёга отправил нас в тёмную часть комнаты, там, где нельзя было ничего разглядеть, а сам подошёл к сопящему телу.

Поднял с дивана красное полотенце, и окунул его в тазик. Крепко отжал, и занёс за спину. С оттягом хлестанул им пацана по ноге, потом резко положил на лицо. От удара тело резко очнулось, и попыталось было вскочить, но Серёга вжал его полотенцем обратно. Прорычал металлическим голосом:

– Не рыпайся, а то убью нахрен!

Пацан испугался и в тот же момент перестал двигаться. Сейчас внутри него бушевали целые волны эмоций. В основном – страх и непонимание, обрамлённые шоком.

– Значит так. – Продолжил давить Серёга. – Слушай меня внимательно, малец. Ты перешёл дорогу не тем людям, т…

– Я…я…я…ничего не… – Защебетал сквозь полотенце пацан.

– Молчать! – Будто железной кувалдой, словом вдарил Серёга. – Пока не спрошу, говорить запрещается. Уяснил?

Молчание послужило согласием.

– Так вот. Ты, щенок, конкретно попал! Я ведь всё про тебя знаю. Знаю, что учишься в тридцать седьмой школе, знаю, где ты живёшь, да я даже знаю, как ты, подонок, пинаешь волейбольные мячи на уроках Владимира Владимировича. Да и про то, что каждый раз пялишься на сиськи Анжелики Герасимовны, и то знаю! Все твои грязные мыслишки для меня не тайна…!

Судя по тому, что количество удивления у парня выросло втройне, Серёга попал в точку.

– К чему это я? – Продолжал он. – Так вот к тому, щегол, что если ты не расскажешь мне всё, что касается Костяна и его секретов, то я… я… – Задумался Серёга. – В общем, ты сам, наверное, понимаешь, что я способен сотворить, используя все свои знания и свою власть. Так что…

Парень молчал.

– Говори!

– Агмхв… – Замычал парень. Серёга, поняв, что немного перестарался с надавливанием полотенца, ослабил нажим. – Я… расскажу всё, что знаю… – Разбитым, запыхавшимся голосом сообщал пацан.

– Жду!

– Костян… Костян… эм… он под угрозой избиения заставлял меня и моих друзей следить за Саней Новиковым.

– Так. Поподробнее давай.

– Ну… – Продолжал сознаваться парень. – Мы постоянно менялись. Нам было сказано не упускать его из виду ни на секунду. Поэтому… шпионили посменно. Сначала я восемь часов, потом другой, потом третий. А сегодня, как раз, должен был быть я… Костян… говорил нам присылать фотки и сообщать обо всём, что Новиков делает… Вот…

– Всё по этому вопросу?

– Эм… ну… вчера была не моя очередь, но друзья рассказали, что когда Костян услышал о том, что Новиков пришёл к его родовой библиотеке, то он взбесился и… явился туда сам. Теперь, вроде, всё…

– Так вроде, или всё?!

– Да…да…всё.

– Хорошо, пацан. Что ещё?

– Ещё… ещё Костян должен сегодня с кем‑то драться, и… и, насколько я знаю, он готовит для этого какую‑то махинацию.

– Что ещё за махинацию?! Говори конкретнее! – Гремел голосом Серёга.

– Честно вам говорю. Я не знаю конкретнее… всё, что я слышал, это какие‑то полунамёки в разговоре Костяна с его другом.

– С каким другом?

– Н…ну…жирный такой. Игорь, кажется.

– И какого рода были эти намёки?

– Э.м… – Мычал парень, не зная, как сформулировать свою мысль. – Правда, не могу сказать. Ну… он говорил, что‑то типа – "Они охренеют, они за всё заплатят, они такое получат, что…"

– Ладно, пацан. Я тебя понял. Вернее, понял, что ты ничего путнего не сможешь об этом рассказать. Может, о чём‑то ещё интересном слышал?

Парень помолчал некоторое время и ответил:

– По поводу Костяна это точно всё, что знаю. А… вы меня отпустите, дяденька…? – Жалобно спрашивал пацан.

– Тебя?! Отпустить?! – Нарочито возмущённым голосом спрашивал Серёга.

– П…пожалуйста… я же ничего плох…

– Да ладно тебе! – Даже слегка усмехнулся Серёга. – Не ной. Отпущу, отпущу. Не бойся. Чего я с тобой, малолеткой глупой, делать‑то буду? Ты мне не нужен совсем… – Он убрал полотенце с глаз пацана, который, тем не менее, так и не решался их открывать.

– Спасибо…

– В общем. Напоследок вот что тебе скажу. – Хрустел пальцами Серёга. – Во‑первых, если ещё хоть раз увижу, как ты следишь за Новиковым – убью. Если узнаю, что продолжаешь выполнять поручения Костяна – убью. Если… а, собственно, просто будь отныне хорошим мальчиком и не совершай глупостей. Хорошо?

– Хорошо… – Проблеял пацан.

– А теперь… – Серёга подошёл к двери и открыл её. В кабинет проник кислотный свет. – … теперь марш отсюда! И чтобы не останавливался, пока на километр отсюда не удалишься. Вперёд!

Пацан, кидая напоследок слезливое "хорошо…", убежал прочь.

Серёга нажал на включатель, и лампа снова загорелась. Мы с остальными вышли из сумрака.