Угнетатель аристократов 3
Усатый слуга полосовал рапирой с огромной скоростью, нанося немалый вред, мистер‑булава делал тоже самое, колошматя без остановки каменную спину. Виталий же каждую секунду вылетал из портала с занесённым за спину мечом и бил им по зелёной черепушке. Василий пробивал пресс. А Владислав всё это время старался поддерживать тягучесть и крепость созданного желе.
Со стороны это походило на жестокое избиение. Избиение стаей наглых бойцов толстяка в школе. Толстяк нехило огребал, рыча от злобы и невозможности сделать хоть что‑нибудь в ответ.
– ПОЛУЧАЙ! ПОЛУЧАЙ! – Доносилось с улицы.
– УБЛЮДОК КАМЕННЫЙ!
Видимо, зря я здесь восстанавливаю энергию, так как Долгорукие и сами неплохо справляются. Кажется, пройдёт ещё минута, и инфернал будет повержен. Уж довольно беспощадно его бьют. Сто процентов не устоит…
– ААААААФФФФРРРРГГГГ! – Заверещал вдруг инфернал. Так громко, что затрясся дом и в соседней комнате что‑то упало.
– Вы мне дадите спокойно фильм досмотреть? – Негодовал я.
Жижа порвалась под натиском горящих рук, и даже покрытый по́том Владислав не смог этого изменить. Инфернал освободился от пут. Мощным ударом он оттолкнул от себя мучавших его слуг, и Василия. Виталий же успел телепортироваться в безопасное место.
Вдруг порталы стали материализовываться возле каждого из Долгоруких, забирая их. По итогу все союзники оказались в одном месте. Примерно в десяти метрах от инфернала, возле разрушенного забора.
– Ты не уйдёшь отсюда живым! – Заорал Василий и вскинул вперёд руку, давая знак остальным, что нужно гнать в атаку. И снова чета Долгоруких побежала на врага. Но не успели противники сблизиться, и обменяться хоть парой ударов, как инфернал, отчего‑то выросший ещё на полметра и покрывшийся более ярким огнём, ударил кулаками по земле.
Резко образовавшаяся в толще под ногами зелёная трещина въехала в стройный ряд Долгоруких и заставила их разлететься в разные стороны. Инфернал поднял голову кверху, выкрикнул что‑то на инфернальском (или на иврите), и мелкие, но очень быстрые зелёные струйки, вылетевшие из его глаз, полетели в противников.
– А‑А‑А‑А! СУКА! СУКА! СУКА!
– Я ГОРЮ, ГОРЮ‑Ю‑Ю‑Ю!
– ЧТО ЗА ЧЁРТ!
– БОЖЕ! БО‑О‑ЖЕ!
Кричали Долгорукие. Пламя хаоса охватило их с ног до головы, доставляя адские мучения. Должно быть, боль от осквернённого огня в разы острее, чем от обычного. Я ведь прекрасно ощущал эту энергию, её тлетворную, разъедающую силу. А если она в чистом виде касается голой кожи… что тогда?
Что за чёрт. Как не бились благородные Долгорукие, у них ничего не получилось. Долбаный инфернал, непрошибаемая скотина, – его не берёт ничего. Даже скооперировавшись и разработав прекрасный план, они в конце концов всё равно потерпели поражение. Как так происходит?
Что же это за чудовище такое…?
И что будет с Долгорукими, если пройдёт ещё хотя бы немного времени, на протяжении которого они будут продолжать гореть?
Твою мать! Снова придётся разруливать ситуацию самому. А я ведь даже не досмотрел Шрека до конца… Всего лишь две трети хронометража!
А, впрочем, не важно. Мне хватит и этого.
Я встал с кресла и поставил воспроизведение на паузу. Приподнял над собой пульт от телевизора и швырнул его в сторону окна. Когда стекло разлетелось вдребезги и путь был свободен, я с разбегу вылетел из дома прямо на улицу.
– Ледяной дождь! – Выкрикнул громко, и с неба посыпался, словно вылитый из божественного чана, полудождь, полуснег, покрывающий всё вокруг своей влагой.
Послышались облегчённые голоса Долгоруких.
– А теперь иди сюда, выблядок каменный. Я тебе покажу, чья зелёная энергия мощнее… – Оскалившись, рявкнул я и бросился на инфернала.
Глава 4
– Господи… спасибо…
– Думал сдохну…
– Чё щас было?
Спасённые от адских страданий, причитали Долгорукие. Да, понимаю их. Должно быть, приятное чувство, когда охлаждаешься после инфернального пламени. Вот только благодарить им нужно не Господа, а меня… но семейство покамест ничего не осознавало, и валялось на земле без сил.
Мой "Ледяной дождь", хлынувший сверху, задел, естественно, и инфернала. При попадании супер‑холодной жидкости на его тело, тот вскрикнул каким‑то неестественно мягким для него голосом. Словно девичьим.
"Ага, значит, не любишь, когда тебя…мочат?"
Произнеся свою злобную фразу, ринулся в атаку на инфернала. Он, возбуждённый после освежающего душа, хотел превратить меня в ничто. И я ему предоставлю такой шанс. Вот только без успешного исхода.
– АААРРРГГХХХ! – Традиционно рычал он.
– Да заткнись уже, стоунхендж ходячий! – Выругался я, и метко запустил снежок ему в глаз. Чудовище остановилось, ослеплённое на одну сторону, и, хоть и с трудом (пальцев то нет!) вытерло лицо. Тут же запустил ещё один снаряд. А потом ещё. И ещё. Ещё. Ещё. Ещё. Ещё.
– АААААААААААААААААААААААААРРРРРРРРРРРРГГГГГХХХХХ! – Заколебался вытирать он лицо от снега и кинулся на меня с полузалепленной харей. Из‑за этого, махая руками и перевшись на пролом, в итоге он оказался не возле меня, а в огромном сугробе. Ну, как сугробе…
Приём "Зыбучий снег" я придумал буквально на ходу, секунду тому назад. Он идеально подходил для инфернала. Для его вечно горящего и неповоротливого тела. Суть состояла в том, чтобы загнать махину в толщу непроходимого снежного месива, в котором она и застрянет.
Из‑за частичной слепоты инфернал не заметил того, куда бежит, и угодил точно в цель. Тот снег, на который он ступал, из‑за пламени, тут же таял и превращался в воду. В этой воде тяжёлые зелёные ноги тут же оскальзывались и тонули. Я материализовывал ещё и ещё снега, который тоже растапливался и таким образом тварь не могла вырваться.
– Ну что, Кинг‑Конг сопливый? – Издеваясь, создал ледяной штык и с размаху всадил его в глаз инферналу.
Хрусть!
Моё оружие мгновенно переломилось пополам, а инферналу не было нанесено никакого урона. Ладно, не страшно. Должно быть, ему сейчас и так непросто. Он ведь воду не особо жалует.
