Вампирский календарь
Эд, насколько только мог, равнодушно подыграл мне:
– М‑мы с в‑в‑вами, по‑моему, встре‑встречались в Бу‑бу‑буэнос‑Айресе л‑лет с‑семь на‑на‑назад! В‑вы то‑тогда выступили о пер‑перспективах эле‑электронных до‑до‑до‑кументов в ра‑ра‑раз‑развивающихся стра‑анах!
– Точно! Простите, Эд, я никак не могу вспомнить вашу фамилию… Вы мне, помнится, задавали несколько вопросов…
– Пе‑пельше… – О! Так вы – старые знакомые!
– Можно и так сказать, Игорь Семёныч! – за нас обоих ответил я, избавляя Эда от лишних усилий.
– Знаете, Эд… мне часто кажется, что не те страны называют развивающимися… В мире, фактически, одна страна развивается – Соединённые Штаты… – Я бы не ска‑сказал! Ки‑Китай…
– Китай – особая страна. Её даже можно не считать частью мира – они совсем уж особенные… Цех Земли! Считаться с Китаем приходится: они всех держат за горло… Но ничего! Скоро и мы им… – Игорь Семёнович оборвал свою речь, будто проговорился. – Мужики! Извините, мне нужно… – и тут же куда‑то торопливо ушёл.
– Эд… Пойдёмте‑ка, я покажу кое‑что.
Мы зашли в серверную. Делать мне там было, в общем‑то, нечего, но если кто‑то вдруг увидел, что мы зашли в неё вдвоём, у нас будет железное алиби: я знакомил нового сотрудника с расположением помещений.
Кстати, в серверной, занимающей чуть не целый этаж, серверов было всего два десятка. Для этого вовсе не обязательно было выделять столько места.
– Юр… Тут толь‑только се‑сервер… Где су‑су‑суперком‑пьютер?
– Да если б я знал!
Впрочем, поиск суперкомпьютера не оказался существенной проблемой – через десять минут мы были в «котельной», где не было ни одного котла – весь огромный зал этой «кочегарки», в которой можно поместить целый авианосец, занимали бесконечные ряды шкафов, набитых электроникой.
– Ого! Вот эт – это су‑су‑суперкомпьютер! Ряд‑рядом с ним – люб‑бой дру‑другой, да‑да‑даже «Титан» и‑и «Тиан‑ти‑ан хе» – про‑просто а‑ари‑арифмометры! Чтоб его за‑за‑запитать, ну‑ну‑жен я‑ядерный ре‑реактор!
– Тут места хватит, если реактор небольшой… Скажем, от подводной лодки. У этих упырей, сам знаешь, неограниченные возможности.
– Да‑да‑давай най‑найдём и ос‑ос‑тановим ре‑реактор!
– Эд! У нас совсем не осталось времени! Действовать придётся быстро! Сегодня в полночь они хотят запустить свой Проект на полную мощность! Сейчас их паспорта – это только удостоверение личности с привязкой к водительским и прочим удостоверениям. К банковской системе подключены, может, пару миллионов человек… Ночью они подключат остальных, а ещё через несколько секунд – привяжут и контроль за мыслями обладателей… Как только кто‑то лишь подумает или как‑то по‑другому проявит недовольство, то его счета будут обнулены… Понимаешь, чем это чревато?
– В‑все ста‑станут нищими! Кто ос‑останется до‑до‑доволен?
– Только те, кому достанутся украденные средства!
– Ясно! И скок‑скок‑сколько у нас времени?
– Смотря сколько тебе нужно! Тянуть вроде незачем, но и спешить нельзя! До полуночи они не должны разобраться с тем, что случилось…
– Пол‑полночь в ка‑ка‑каком ча‑часовом поясе?
– По Токио! Гринвич плюс девять!
– У нас ме‑ме‑мень‑меньше со‑со‑рока ми‑нут!
– Реактор должны обслуживать люди! Дежурная смена, там… Охрана…
– Пре‑предлагаешь ус‑устроить Че‑че‑чернобыль? И‑или Фу‑фуку‑симу?
– Хоть Хиросиму! Сам понимаешь, времени нет! Они, конечно, отстроят всё потом…
– Н‑не! Нек‑некому будет! Они в‑всех спе‑специалистов из‑извели!
– Новых выучат! Хорошо бы их самих…
– Е‑если я п‑пра‑правильно по‑понимаю, они все у‑уже здесь!
– Охрана? – Не‑не п‑подойдёшь!
– Эх, жаль… А давай шарахнем? Ты в реакторах разбираешься? – Ра‑разберусь! Ток‑тока ре‑реактор тоже ох‑охраняется! – Охрану я сам сделаю! – То‑тогда, че‑чего м‑мы ждём?
– Господа! – обратился к нам непонятно откуда прозвучавший голос. – Прошу вас вернуться!
– Да‑да, конечно! – крикнул я, изображая заблудившегося. – А можно нас проводить? Я не помню дорогу!
– Не валяйте дурака, Юрий Михалыч! – Голос мне не показался сколько‑нибудь знакомым. – Поднимите руки… Вы оба! Поднимите руки… Мы послушно подняли руки и остановились. – Куда нам идти?
– Ладно, вас проводит наш сотрудник!
Я не сразу понял, что рядом с нами уже находится охранник.
– Пройдёмте, господа! – Здоровенный парень в тёмно‑серой форме охранника довольно грубо подтолкнул нас к двери в караулку, которую мы сразу и не заметили.
– Зд‑здрав‑здравствуйте! – промямлил Леонидыч. – М‑мы, ка‑кажется, заблудились…
– Не валяйте дурака, гос… – Договорить охранник не успел. С недостижимой для человека скоростью, Герман оказался за его спиной и надавил на точку, известную лишь немногим бойцам спецслужб да специалистам акупунктуры. Охранник мгновенно потерял сознание, но не упал, а остался стоять с потухшими глазами, подобно манекену.
Старший смены, сидевший чуть вдали, за креслом охранника, следящего за десятком огромных мониторов, потянулся за пистолетом. Его пришлось остановить мне, швырнув в голову горшок с небольшим кактусом. Полетели осколки керамики, комья земли и ошмётки колючего растения. Старший смены охнул и отключился.
Тяжёлый «Стечкин» громко ударился об пол. Охранник, следящий за мониторами, молча поднял руки. Герман выключил его, как и первого охранника, а потом ещё и что‑то буркнул, видимо, извинился.
– Н‑ну что, Ю‑Юра, давай, что‑что‑ли, ре‑реактор и‑искать?
Я ткнул в висящую на стене «Схему эвакуации при пожаре» – обязательный атрибут каждой караулки. На ней русским по белому был нарисован план всего этажа с указанием всех коморок и закоулочков.
– Есть! Гляди сюда! – Я ткнул пальцем в угол схемы. – Видишь?
– Х‑хо‑хорошо! Д‑да‑давай бегом туда.
Не прошло и минуты, и мы уже были в огромном зале, в центре которого стоял, как я понимаю, ядерный реактор. Ещё б знать, как им управлять…
– Так, Ю‑Юра… На‑надо оставить ре‑ак‑тор без охлаждения… Вы‑ве‑ве‑дем стержни и… Чернобыль!
– Давай!
– А зна‑знаешь, жа‑жаль, что с на‑нами нет Пет‑ро‑вича! Пом‑помнишь, как он о‑от‑отбрыкивался, что‑что он бо‑бо‑больше не кн‑князь? Мы б е‑его отправили в ре‑реактор…
– И он бы не отвертелся, что он «Ваше сиятельство»! После реактора он бы сиял, конечно, но не долго… От такой дозы и вампирская регенерация не спасёт! Радиация там знаешь какая? Жизни останется на пару минут, да и то за них только все свои потроха и успеешь выплюнуть! Все клетки распадаются! Добрый ты…
