Венец из Белых лилий

– Вот и славно, – плюхнувшись на свою кровать, демон лениво потянулся. – Давай теперь хорошенько отдохнём перед возвращением домой?

Улыбнувшись, паладин кивнула, сев на край кровати и взглянула на окно. Мир временами груб, однако, в нем есть много хорошего, хоть сам парень этого не признаёт. Несмотря ни на что, жалеть о решении подружиться с ним не приходилось. Улыбка быстро сошла с лица Луны. Мрачный взгляд был устремлён в небо, где в дали проглядывали очертания парящей в небе Селестии. С этого дня на них будут сыпаться неприятности. Хорошо, если другие отряды окажут поддержку, но, если зло успело пустить корни, надеяться не на кого. Какой бы оптимистичной не пыталась быть, свою мрачную натуру скрывать сложнее. Она уже имела неосторожность выдать себя, когда услышала о Сёстрах Милосердия. Паладин должен быть смиренным и добрым, оказывать поддержку и давать надежду. Сейчас важно сохранять позитивный настрой. Упав на кровать, Луна закрыла глаза, избавляясь от плохих мыслей и медленно погружаясь в сон.

 

7

Воля тьмы. Обратная сторона рыцарства

 

Мелиодас хмуро изучал отчёт о задании в городе Йоль и более детальный разбор, написанный в отдельном анонимном письме. Динара, гордо стоя перед генеральским столом, убрала руки за спину, с серьёзностью в лице наблюдая за реакцией паладина. Доверять в таких вопросах она могла лишь ему. Мелиодас не был предан ни Императору, ни Правящим Династиям. Тот, кто вправе отдавать приказы столь сильному воину до сих пор ещё не пробудился, потому Мелиодас временно примкнул к Императору.

– Генерал, – прерывая напряжение, произнесла Динара. – Что думаете?

– Я стараюсь не говорить такие слова, – вздохнул мужчина. – Статус не позволяет.

– Всё настолько плохо?

– Сложно сказать. Больше таких случаев не было?

– В нашем отряде нет. Лихт и Найтвокер впервые вышли на серьёзное задание. В отчётах других команд нет даже намёка.

– Понятно. Ты в курсе об итогах исследования камня?

– Генерал Мортен не допускает меня к подобным исследованиям.

– В составе найдена кровь, не принадлежащая ни одному из народов, помимо всего прочего, – мужчина сцепил руки в замок, опираясь о стол и касаясь губ. – Там есть отголоски души. Слабые, однако, это крайне ужасная новость. Пока особенности камня неизвестны, это коротко о составе.

– Камень, вероятно, создали Скитальцы.

– Церковь Зверя? Да‑а, среди мирных граждан они обычные священнослужители, а ведь расследование по их делу собирались закрыть на днях..

– Что вы имеете ввиду? – Динара помрачнела. – Церковь Зверя уже попадалась Вам?

– Было дело. Достаточно давно. Лет десять назад.

– Значит, пока подозрения падают на Скитальцев. Это заговор?

– Как тебе сказать? Историю семьи хорошо знаешь?

– В общих чертах. Знаете ведь, что отцу важно другое. А что за дело, которое собирались закрыть?

– Подозреваемые в убийстве. Не подтвердилось. Слишком мало улик. Может, слышала, метеоры Белой Розы расследовали убийство графини Линур.

– Да, Альянс говорил, что ей собирались предъявить обвинение о государственной измене, но в ночь ареста графиню обнаружили распятой в собственном доме. Как с этим связаны Скитальцы?

– Она была прихожанкой в Церкви Зверя. Не пропускала ни одной службы. В наше время вера в божество – что‑то необычное. Народ не видит пользы в молитвах, а Линур ну очень часто взаимодействовала со Скитальцами. А позже свидетели указывали на конфликт между ней и «отцом» Церкви.

– Так понимаю, причины конфликта неизвестны.

– Верно, – кивнул генерал. – Слуг опрашивали, но те дали весьма расплывчатые показания на этот счёт. Однако, факт остаётся фактом – Линур занималась исследованиями, которые угрожают безопасности Тессерии, так же ей присудили кражу важного документы из засекреченного архива, – мужчина помрачнел. – Во время расследования была найдена секретная комната, где проводились опыты, но ни краденый документ, ни результаты исследований не найдено. Мы до сих пор не знаем, над чем именно шла работа, возможно, это было то самое изобретение, которое конфисковали у Сестёр.

Сдержать удивление было сложно. Динара дернула бровью и напряглась. Доступ в секретный архив есть лишь у метеоров высшего ранга, генералов и Императора. Чужой не сможет войти туда, как не старался. Это место заколдовано древними магами. Его местонахождение точно неизвестно, а дверь открывается лишь тем, у кого есть соответствующая метка в виде мотылька, на усиках которого изображены соединённые в одно целое солнце и полумесяц. Динара не имела успехов в знании заклинаний, но слышала от имперских магов, которые ставили ей такую, что эту метку нельзя подделать.

– Среди метеоров есть предатель, – сделала заключение капитан Цветущей Вишни.

– Император того же мнения. С этого момента он велел мне внимательно следить за активностью Скитальцев. А те, заметив это, стали намного осторожнее, если бы не дело Йоль, мы бы закрыли дело как нераскрытое. Сейчас занимаемся изучением той занятной находкой. Кстати, в отчёте нет ничего о конечной судьбе близнецов.

– Элизабет Эвюр умерла через несколько часов после поимки, – честно ответила Стигг. – К сожалению, её задержание было проблемным. У Найтвокера не было другого выбора. Её тело на вскрытии. Мелина Эвюр сейчас в Чёрной Комнате. Допрос ведёт Мист Фритхоф.

– Мист? – мужчина скорчил лицо. – Боюсь, как бы Эвюр не повторила судьбу сестры.

– Сомневаетесь в ученице отца? Мист работает аккуратно, – усмехнулась демон. – Если сможем получить информацию, и Эвюр, и её показания передам живой. Простите нашу жестокость, не уверена, что целой.

– Этого будет достаточно. Я обговорю с Императором этот вопрос. Как монарх, он крайне обеспокоен положением дел. Если вот это, – Мелиодас тряхнув конвертом с анонимным письмом. – Попадёт в его руки, на Скитальцев начнётся скрытая охота. Демонов исключили из Правящих Династий, но отделять из земли от империи приказа нет. Пока что. Всё же, это несправедливо к тем, кто не имеет отношения к заговору, потому, в случае необходимости, могут быть защищены.

– Я, к счастью, была рождена в Дорте, не знаю законов Хель, но уверена, что демоны куда благороднее, – женщина глубоко вдохнула. – Не хотелось поднимать этот вопрос, но что на счёт гримуаров? Со времён Великой Войны никто в Тессерии не знает об их местонахождении.

– Никто, – согласился паладин, подперев висок кулаком. – Почти никто. Как она, кстати?

– Лучше, чем предполагалось. Не хотите сами навестить?