В плену МОНСТРА
Сегодня был понедельник и дел было немерено. Сняв с себя пальто, я убедилась, что оно чистое и не пострадало после дорожного происшествия. Сильно досталось сапогам, которые по колено были в грязи, но это дело поправимое и не криминальное, а пальто почистим. Как же я любила свою работу и за два выходных безумно соскучилась по огромным до потолка стеллажам с книгами. Для кого‑то, может быть, моя профессия покажется скучной и неинтересной, но я её обожала и трепетно относилась к каждой книге. Фонды были разбросаны по всему зданию, где большая часть литературы находилась не здесь, где выдавали книги, а внизу, в так называемом подвальном помещении, или просто в подвале, как мы с коллегами его называли. Оттуда книги наверх перемещали на специальном подъемнике, чтобы по лестнице не нести такие тяжести.
Раз в неделю я спускалась вниз в этот обширный фонд, который состоял из нескольких огромных комнат, заполненный учебниками и научной литературой до самого потолка, что нужно было брать стремянку, так высоко приходилось подниматься. Что я делала там? Не только заказы, но и обеспыливала каждую книжечку, стирая и с них скопившуюся пыль, и с полок, на которых стояли эти редкие издания. Что я чувствовала каждый раз в этот момент: трепет, восхищение и преклонение перед этим человеком, который написал это историческое полотно. Это прикосновение к истории и её таинствам делало мою жизнь интересной и я, бывало, даже зачитывалась каким‑либо изданием прям там на месте, а то и забирала домой, чтобы просветиться на ту или иную тему, которая меня заинтересовала, будь то психология, или история, неважно…
Эти странные смс‑ки как раз и застали меня в подвале на самом верху, где я лавировала, стоя на стремянке под потолком. Здесь было светло, но освещение было искусственным, только от ламп дневного света. Окон не было, ведь я находилась на два этажа внизу под землёй. Сейчас мне реально было жутко и страшно, что я непроизвольно обхватила себя руками и стала озираться по сторонам. Ощущение было такое, что за мной следят, хотя это бред сумасшедшей, этого человека здесь быть не может.
– Всё нормально, тут никого нет… – сказала я вслух, с трудом переборов свой страх.
Отбросив глупые мысли подальше, я приступила к работе, решив пока не смотреть в телефон. И только дрожь стала отступать, как он вновь брякнул. Меня затрясло с новой силой. Медленно протянула руку в карман халата и достала аппарат. Пальцы мои дрогнули, и я чуть не уронила его вниз, когда прочитала следующее:
– Я ВИЖУ ТЕБЯ… Я НАШЁЛ ТЕБЯ… – крупными буквами высвечивались эти слова на крошечном экране моего телефона.
В глазах поплыло…, страх сковал всё тело…, меня никогда ещё так не пугали в моей жизни… Так и стояла я на этой стремянке с ужасом на лице, не в силах пошевелиться.
– Не понимаю, что всё это значит…, – дрожали руки, отчего дрожал телефон, дрожали ноги, отчего стремянка уже шаталась из стороны в сторону, угрожая мне всем своим видом на уж точно не мягкое падение.
Если я сейчас же не сделаю попытку слезть, мне никакие мои бодрялочки уже не помогут, перекос шеи обеспечен с последующим летальным исходом в том числе.
– С тобой всё в порядке? – добила меня Оксана своим вопросом, выскочив из‑за стеллажа, как чёрт из табакерки, что я закричала и подпрыгнула на месте, не ожидая никого здесь увидеть, а услышать тем более.
Шаг… ещё шаг… и спасительный пол под моими ногами, которые теперь тряслись ещё сильнее.
– Оксан, ты с ума сошла?! Нельзя же так подкрадываться незаметно и пугать! – выдохнула я, приложив руку груди, пытаясь унять дрожь в сердце, которое билось сильно, эхом отзываясь в ушах и голове. Да что за день такой!
– С тобой всё в порядке, Ника? – снова повторила она свой вопрос, что я посмотрела на неё изучающе.
Может, я сплю и мне снится сон? Оксана тоже какая‑то странная, на робота больше похожа, чем на человека: стоит, не двигается, задаёт одни и те же вопросы, только и делает, что ресницами хлопает и рот приоткрыла, как будто перед ней не я, а человек другой инопланетной расы, у которого вместо двух, три глаза нарисовалось.
– Оксан, это у тебя все в порядке? Отомри! Ты что застыла и рот открыла, у меня что за этот час, что мы не виделись, рога выросли или копыта? – немного отошла я от всего, что недавно со мной произошло.
– Ты белая, как эта стена за тобой, ты точно не заболела? – на полном серьёзе спрашивала она меня, что мне стало смешно.
– Оксана, ты точно сегодня сама здорова? Я всегда бледная, забыла? Тип кожи такой, я редко краснею, – напомнила я ей о своей особенности, на что она сразу стала собой и хмыкнула с наигранной обидой в голосе.
– Ну да, ну да, как же я забыла, у вас же, леди, аристократическая бледность, мне бы так, а то даже летом приду, а мне всегда с порога вопрос «Оксана, там что так холодно, у тебя щеки такие красные?» Да нет, блин, тип кожи такой! Так что не зазнавайся, я тоже хочу бледненькую кожу! – надула губы Оксана, вызвав только улыбку на моем лице.
Она была слегка полноватая, низкого роста с короткой стрижкой, с огненно‑рыжими прямыми волосами на голове и такими же яркими конопушками на переносице, особенно сейчас весной, где их заметно прибавилось. Я обожала её милую мордашку, особенно когда она надувала губки. Всё это вкупе создавало немного комичный образ, что вызывало всегда не просто улыбку на моём лице, а смех, но не потому что мне хотелось её обсмеять или обидеть, а наоборот, так сильно её любила и дорожила нашей дружбой. Вот кто ещё всегда поднимал мне настроение. Я дала ей прозвище «моё рыжее солнышко», ей нравилось, и Оксана совсем не была против, когда я её так называла, а я не могла удержаться от умиления, когда смотрела на неё.
– Ты вообще что здесь забыла? Кто тебя с выдачи выпустил? – удивилась я, если только Марина сама её сюда не отправила.
Марина Кривченко, старший наш библиотекарь, была очень строгая и следила за всеми в буквальном смысле этого слова. «Наша королева», как мы её окрестили, которая отличалась очень гордой осанкой. Она всегда не шла, а вышагивала с высоко поднятой головой, считая себя умнее и лучше всех вокруг.
– Пришла преподаватель с кафедры Отечественной истории и дала вот целый список научных книг, а у нас ты же знаешь все преподы в приоритете, сразу руки в ноги и бежать с улыбкой на лице, – бурчала Оксана, набирая нужны издания по списку. – Там Света и Марина сейчас, так что есть кому, не волнуйся, без книг твои любимые студенты не останутся, – уколола она меня, причём за дело.
Я всегда чуть ли не каждый заказ бегу делать, хотя многие, в том числе и сама Оксана, набирают стопочку, а потом в течение часа делают, а студенты ждут. Я так не могла, особенно если просят срочно. Отказать не в моем характере, тем более это моя работа, и я за это деньги получаю. По мне или работать на совесть, по справедливости отрабатывая свой хлеб, или не работать вообще.
– Не преувеличивай, не так уж я и расшибаюсь, просто делаю своё дело по совести….
– Ну‑ну, только получаем мы копейки и тебе за твой альтруизм доплачивать никто не будет. И вообще, – не дала мне она и рта больше раскрыть, – от работы кони дохнут, ты видела время, обед скоро, давай свои причиндалы в виде ведра и тряпки в руки, а руки в ноги и бегом наверх! Голодной опять не будешь ходить, пойдёшь со мной в столовую, и это не обсуждается!
Я только кивнула, соглашаясь с ней. Лучше не спорить в такие моменты, а согласиться молча, мне Оксану никогда не переговорить. Да и зачем, сама собиралась туда сегодня. Редко когда хожу в столовую, в основном с собой еду беру, йогурт или яблоко, а потом голодная весь день хожу, что шатает из стороны в сторону, в этом подруга попала в точку.