Вильмонтейльн и зомби
– Так вы злые ведьмы? – спросил Макарошка, нервно заряжая винтовку, только что мирно болтавшуюся у него за плечом, серебряными пулями.
– Я ангел, честно слово! Просто на метле быстрее, – ослепительно улыбнулась Макарошке рыжеволосая ведьма, тут же снискав его полное и безоговорочное доверие, ведь красивые и дружелюбные женщины не могут быть злыми и коварными ведьмами – это каждый знает.
– А я ангел на 98%, но… ох, уж эти 2%! – не отставала от подруги крошечная Батис, которую больше беспокоила серебреная колотушка в руках болтливой блондинки, чем толпа живых мертвецов, медленно и верно ползущих к ним из чащи леса.
– Чушь! Рядом с бабулей даже дьявол читает молитву, а Батис вообще не подарок, – мрачно заверила присутствующих Шильда, но ей никто не поверил.
– Но и праздник не каждый день! – звонко воскликнула Котлетка и звонко рассмеялась, и вдруг Пюрешка перезарядил свой диковинный револьвер и выстрелил в Батис, точнее выше ее головы, угодив во что‑то, сразу же превратившееся в кровавое месиво.
Макарошку, стоявшего ближе всего к зомби, обдало фонтаном красных брызг, которые заляпали плащ, шляпу и даже лицо. Посмаковав их во рту, он заверил присутствующих, что это не итальянский соус, а наитухлейшая из всех мертвечин.
Котлетка припрыжку бросилась во тьму, играючи размахивая из стороны в сторону огромной колотушкой.
– N'attendez pas un miracle, miracle vous‑même[1], – пролопотал Пюрешка и с жаром присоединился к подруге.
Макарошка проредил изгородь из живых мертвецов серией громких выстрелов, которые должны были привлечь к ним всех зомби в радиусе мили, о чем с гордостью и сообщил.
Мультик и Хуз с открытыми от удивления ртами наблюдали за тем, как быстро эта троица превращает толпу живых мертвецов в блюда некротической кухни.
Котлетка одним мощным ударом колотушки превращала мертвецов в ровные круглые лепешки. Пюрешка, ловко перезаряжая револьвер, перекрасил Ржавый лес в кровавый цвет. Макарошка стрелял дробью, разрывая тела нежити на сотни кусочков.
– Я слышал, что они чокнутые, но не знал, что настолько, – прошептал Мультику Хуз.
– Мальчики, для вас тоже работа найдется, – властно произнесла Джилиана Ван Де Блейк, – надо расчистить путь к королевскому дворцу, иначе Вильмонтейльна сожрет какой‑нибудь неупокоенный родственник.
– Наип тоже здесь? – спросил Хуз с глупой улыбкой.
Лучник питал к светлому эльфу сложную смесь неприязни и восхищения в зависимости от сложившихся обстоятельств, и в данный момент был очень ему рад.
– Да, тупица! Он король Волшебной страны! – снова по привычке набросилась на Хуза Шильда, забыв, что теперь она обычная смертная девушка, а не толстокожий гном, но лучник пропустил эту грубость мимо ушей, ведь к ним подбиралась толпа живых мертвецов, которую тот сосредоточенно расстреливал из лука.
Мультик с ревом бросился в лес, размахивая демоническим мечом и разрубая все, что встречалось у него на пути, живое и неживое.
– Будьте осторожны, мальчики и девочки! – напутствовала бойцов Джилиана, стараясь перекричать шум сражения. – Не торопитесь! В аду принимают круглосуточно! Если умрете, больше не воскресните! Помните, что хороших ведьм осталось мало, поэтому берегите меня!
Глава 7
Котлетка, Пюрешка и Макарошка быстро зачистили поляну от нежити и даже помогли Хузу и Мультики проредить толпу зомби, приковылявшую со стороны реки.
Все происходящее было не игрой, в чем герои убедились на своем опыте. Усталость, боль, отвратительная вонь, мучающая лучника с того самого момента, как он попал в Волшебную страну, а также голод и холод заставили их задуматься о том, как вернуться обратно в свой виртуальный мир.
– L'enfer est vide, tous les diables sont là[2], – сквозь зубы процедил Пюрешка, снова заливая поляну кровавым соусом.
– Отступаем! – приказала Джилиана Ван Де Блейк, видя, что неутомимая троица валится от усталости с ног, в отличие от жизнерадостного орка, могучее тело которого было способно сражаться двадцать четыре часа в сутки и семь дней в неделю, поэтому ему поручили прорубить в Ржавом лесу прямую и короткую дорогу к Акульему Пику, чтобы не плутать месяцами в тысячелетней чаще.
Лучник прикрывал группу с тыла, отстреливая самых подвижных живых мертвецов, которыми по его наблюдению были юноши в разноцветном трико, бывшие при жизни менестрелями или артистами.
Безумная троица взяла в оцепление ведьм и Шильду, защищая их от укусов зомби, вылезающих из всех щелей, словно тараканы. Они выползали из дупел деревьев, высовывались из‑под толстого слоя бурой листвы и болтались на разноцветных веревках.
Мультик шел впереди колонны и легким движением огромной зеленой руки срубал многовековые деревья, словно они были тростником, а его меч – мачете.
– Ну и жуткое местечко, это ваша Волшебная страна, – выразил общее мнение обо всем увиденном Хуз, проходя мимо очередных руин, томящихся в сердце Ржавого леса, куда эльфы не забредали даже из любопытства, ведь это были замки кровавых королей, которые теперь сами собой восстанавливались. – Что это за чертовщина?
– Последствия неумелого колдовства, – неохотно ответила рыжеволосая ведьма, – все, созданное с помощью магии или поддерживаемое ею, теперь принимает свою исходную форму.
– А мертвяки здесь причем? – встрял в разговор орк, которому было скучно одному заниматься лесоповалом.
– Притом, тупица, что они раньше жили благодаря магии и из‑за этого воскресли, – интеллигентно поддержала беседу Шильда, жалея о том, что у нее нет оружия, чтобы выместить свое раздражение на вылезающих из‑под земли мертвецах.
– А лес? Дороги? Мосты? – завалила вопросами Джилиану неугомонная Котлетка, которая живо интересовалась всем происходящим, наблюдая за разрушением каменных тропинок у себя под ногами и превращением в пыль мостов через реки.
[1] Не ждите чуда, чудите сами (франц.)
[2] Ад пуст, все черти здесь (франц.)
