Воин Судьбы

Он грубо начал обыскивать мои карманы, на что я рефлекторно ударил его в челюсть. Тут же у меня запоздало промелькнула мысль, что все закончится очень плохо, так как я даже и не помню, когда в последний раз участвовал в уличных драках. Хотя все, что произошло дальше, и дракой‑то трудно назвать.

Получив несколько тяжёлых ударов, я бросился на самого мелкого, чтоб хотя бы на ком‑то выплеснуть злость, но в один момент почувствовал резкий укол в боку, после которого начал оседать на землю.

– Сука, Мелкий, ты че творишь???? – заорал главный.

– Ну а че он?! – ответил гопник, вытирая нож о мою одежду. После я почувствовал, как кто‑то наскоро ощупывает мои карманы, вытаскивая документы, телефон и оставшуюся мелочь.

– Валим отсюда!

Пытаясь доползти до подъезда, я растратил последние силы, но так и не смог дотянуться до домофона. И все, на что меня хватило, это кое‑как облокотиться на стену.

Странно, но внутри наконец‑то стало спокойно. Видимо, человек, который не живёт, уже готов к смерти. Потому что нет смысла бояться того, чего подсознательно давно ждёшь.

Вот и я дождался вполне закономерного результата последних лет своей жизни. Только появилась небольшая тоска о том, что так и не пожил нормально. И в голове пульсировало единственное желание: захотелось, чтоб в тот момент, когда рыжий Ваня рассказал о выигранных восьмидесяти тысячах, я бы так же, как и остальные, хмыкнул, опрокинул стопку и пошел к любимой девушке. После этой мысли я отключился.

 

Единственное желание, говоришь – прошелестел смеющийся нежный женский голос – так и запишем…

 

***

 

Открыв глаза, осознал, что лежу на траве. Да и боли совсем не чувствую. Стоп, а где, собственно, рана? И куда я вообще попал? Если это рай, то я определенно не так себе его представлял. Хотя и на ад это совершенно не похоже.

Стояла глубокая ночь, но при этом было достаточно светло. Небо украшала удивительная россыпь звёзд, а вот луна, наоборот, отсутствовала. Это где же у нас ночное небо настолько красивое?

Поднявшись, я увидел, что стою на небольшом холме, с одной стороны которого находится темный лес, а с другой – безграничная ровная степь.

От холма была протоптана тропинка в сторону леса, где на опушке стояла изба, в единственном окне которой горел свет. Избушка была небольшая, старая, я такие видел только в мультиках про Бабу‑ягу. Хотя куриных ножек, кажется, в наличии не имелось. Изба как изба.

Что ж, смысла просто стоять не было, поэтому я решил пройтись и проведать обстановку.

Подойдя к избе, которая при ближайшем рассмотрении все больше вызывала ощущение какого‑то особого деревенского уюта и тепла, встал у порога и никак не решался постучать в дверь. Вроде логичнее было бояться темноты и тишины, царящей вокруг. Но нет. Того, что находилось внутри этой милой избушки, я почему‑то опасался больше.

– Ну давай‑давай, милый, заходи. – услышал я смутно знакомый женский голос. – Чего жмешься там, как красна девица.

Потянув на себя дверь, зашёл внутрь и увидел сидящую за столом крупную, но стройную женщину, одетую в старинный русский сарафан. У нее была густая копна волос, свободно спадающая по плечам и спине.

 

На столе перед ней расположилась полосатая кошка, которая удостоила меня лишь коротким снисходительным взглядом. После чего продолжила спокойно вылизывать лапу. Причем готов поклясться, что мудрости в этом взгляде было больше, чем в глазах многих людей, с которыми я встречался в течение своей жизни.

– Ох, и наломал же ты дров за свою жизнь, Илия… Даже не знаю, что с тобой делать. – легонько наклонив голову вбок, продолжила она.

– Д‑да. Подождите, а вы кто? Бог? – я совсем растерялся, так как все мое представление о загробной жизни вообще никак не вязалось с тем, что я видел сейчас.

В дальнем углу захихикали две очень красивые молодые девушки, одетые в белый и черно‑синий наряды.

– Вот же нахал! Мог бы хотя бы Богиней назвать! – без злости сказала женщина за столом. – Мокошь я, Богиня Судьбы. А те озорные девицы – она показала на девушек, – Доля и Недоля. Сестры и мои верные помощницы. Слышал о нас?

– Если честно, нет, – спокойно ответил я, почувствовав, что настроены тут ко мне весьма доброжелательно. Хоть я уже и успел отличиться. Надо же было так ляпнуть.

– Ну, сказал и сказал. – прочитала она мои мысли. – Вас, смертный люд, смутить достаточно просто. Главное, что сейчас успокоился. Ты присядь пока, в ногах правды нет.

Мокошь кивнула в сторону скамьи у стола.

– Матушка, кажется, в этом мире люди стали забывать о славянских богах, – произнесла Недоля. – Знаешь же, что сила в нас слабая, коль веры людской нет. Есть же другие миры, где помнят Покон и уважают богов. Почему не переключиться на них?

– Ой, ну ты как обычно! – бодро ответила ее сестра. – Вечно «сдаемся», «у нас ничего не выйдет». Хоть бы раз что‑то положительное предсказала.

– А не мое это дело – нити судьбы плести. – ни капли не смутилась она. – Я лишь вплетаю их в судьбы существ, исходя из их мыслей и поступков.

– Ну все, хватит! – остановила начавшийся спор, Богиня. – Скажи‑ка мне, Илия, готов ли ты верно служить мне, если дам тебе шанс вернуться в тот самый переломный момент в твоей судьбе, о котором думал ты перед смертью? Дабы смог ты исправить все. Ну и мне заодно подсобить.

Я готов был подпрыгнуть от счастья. Вот же оно! То, чего я так сильно хотел! Пожалуй, ради такого многие люди готовы были пойти на что угодно. Включая верную службу. Особенно, если брать во внимание тот факт, что Мокошь вызывала у меня лишь положительные эмоции.

– Простите, но чем же я смогу вам помочь? Я простой человек без каких‑либо особых талантов. И нет, я вовсе не прибедняюсь, а говорю, как есть.

– Нам придется работать с тем, что есть. Скажу честно, появление твое можно назвать случайностью. А доброй ли или худой, мне пока не ведомо. Сил сейчас хватило только на одно перемещение души. Видимо, хорошим ты человеком был, да с тяжёлой судьбой, о которой сильно сожалел. Иначе, Илия, и не попал бы ко мне.

– Я Илья.

– Илья, – попробовала на языке богиня, – нет, не звучит. И что за дело, перебивать старших? В следующий раз думай перед тем, как говорить.

– Извините, – смутился я.