Восход Стрикса
Тем временем экипаж маленького корабля принимал небольшое количество пассажиров, заполняя сведения на них и собирая грох в уплату за плавание. Хуже было то, что на палубе дежурил скромный художник, вносящий в списки не только ответы на вопросы… Мастер быстро набрасывал портреты прибывших. Времени на человека ему было отведено немного, но Нерисса безошибочно узнала на клочке бумаги свое лицо, сложенное из быстрых угольных линий.
Дождавшись разрешающей команды, она поджала губы и прошла на палубу, надеясь, что ее первый и единственный портрет не увенчает надпись: «Разыскивается!»
Очень скоро на верхнюю палубу поднялись все отправляющиеся, и капитан возвестил об отплытии тонким трубным воем, дав команду отдать швартовы. Моряки отвязали канаты, и наконец судно двинулось в путь.
Немного отстав от близнецов и чародейки, Нерисса подошла к левому борту и облокотилась об обветшалый край. Недолго думая, она опустила взгляд на кустистую пену волн у корпуса корабля. Стараясь поймать капли, Нерисса свесила руку за борт и растопырила пальцы, завороженно глядя на брызги воды и думая, с какой целью Лоран со свитой причалил к Одичалому берегу?
– Красиво, правда?
Не ожидая чьего‑то появления, Нерисса вздрогнула. Обернувшись на мужской голос, она мысленно выругалась, однако выдала дежурную вежливость.
– Да, красиво, – сухо признала Нерисса, недовольно осмотрев парня с россыпью веснушек на носу и щеках.
– Первый раз в море? – поинтересовался он, пожевывая соломинку.
– Нет, – Нерисса отвернулась к воде, не испытывая никакого желания продолжать разговор, но парнишка не отступал. Перекинув соломинку с одной стороны рта на другую, он локтями оперся о борт и скрестил ноги:
– Бывала на Малом Гринфордте?
Нерисса закатила глаза и хмуро окинула надоеду недовольным взглядом. Поразмыслив, она решила извлечь хоть какую‑то выгоду из разговора, все равно было очевидно, что так просто этот мальчишка не отстанет:
– А ты? – ответила она вопросом на вопрос.
– А я ведь первый спросил.
– Пользуюсь преимуществом скромной простолюдинки и уступаю право ответа, – Нерисса растянула губы в наигранной улыбке и с легкостью подкупила тем самым мальчишку.
Выпрямившись, тот самодовольно хмыкнул:
– Бывал! – Соломинка снова дрогнула у него в зубах. – Однажды, несколько лет назад, и вот вновь плыву туда!
– Неужели? – Нерисса подперла подбородок рукой и вскинула брови. – Чем же Гринфордт Малый заслужил твое расположение?
– Это ведь земли короля! Этот остров полон соблазнов, там всегда можно найти работу и развлечение, а вечерком отведать пинту потрясающего эля в таверне. Причем в любой! Малый Гринфордт славится своими заведениями, уж поверь.
– Значит, ты богат, если можешь позволить себе ужин в приличном заведении?
– Ну как сказать… – Юноша демонстративно вывернул карманы старых поношенных брюк. На палубу не упало ни монеты, но рот парня растянулся в самой довольной улыбке, какую Нериссе только доводилось видеть.
Она недоверчиво изогнула бровь:
– Я не понимаю твоего веселья.
– Мои карманы пусты, последние монеты я потратил на билет.
– Зачем же ты так сплоховал?
– Как скучно ты мыслишь. Проснись: если мои карманы пусты, я заработаю монет и до отвала наполню кошели.
– Ты ведь мог заработать и на Одичалом берегу…
– Но разве топтание на одном месте будет приключением?
– Нехватку денег ты зовешь приключением?
– Приключением я зову возможность исправить ситуацию. – Парнишка озорно подмигнул, явно не разделяя скептицизма Нериссы, дотронулся до угла шаперона и не спеша удалился, насвистывая какую‑то мелодию.
Оставшись одна, Нерисса снова опустила взгляд на воду, переваривая разговор.
Миир за пределами Клыка был действительно дик и необъясним для нее, некоторые поступки людей отличались абсолютной безрассудностью. Неудивительно, что народ дошел до мысли, будто ведьм нужно сжигать на кострах…
Однако, что бы Нерисса ни думала по поводу мировоззрения простых людей, слова веснушчатого не выходили у нее из головы.
* * *
В плавании минуло две луны. Время утекло как вода из ладони, и скоро судно не спеша вошло в беспокойные воды островов Гринфордт.
Собравшиеся на верхней палубе поспешили к правому борту. Потянувшись за остальными, Нерисса окинула придирчивым взглядом подступы к порту и поморщилась. Даже с моря было ясно видно роскошные мостовые, уложенные крупной брусчаткой песочного цвета; узкие, но высокие постройки, буравившие остроконечными шпилями нависшие тучи; улочки, теснившие друг друга до невозможного, но позволяющие разъезжаться двум телегам на одном перекрестке.
Вид открывался и правда захватывающий, но, глядя на возвышающийся Гринфордт, Нерисса не могла не сравнить эти неровные шпили крыш с челюстью страшного монстра, готового клыками впиться в добычу! Поежившись, она отступила от края борта.
Вскоре суденышко вошло в порт и причалило к массивному пирсу. Моряки скинули с палубы канаты и зафиксировали их, успокаивая качающийся на волнах корабль. Наконец опустили трап, и Нерисса даже не заметила, как оказалась в числе первых, кто прошел повторную проверку и покинул палубу судна.
Выбравшись на землю, она поспешила подальше от водной стихии, сытая морскими прогулками по горло.
Под ногами расстилалась твердая мостовая, придавая решительности. Нахлынувшая уверенность от чувства близости к земле обнадежила. Помедлив мгновение, Нерисса незаметно отстегнула булавку на мантии и уронила на землю застежку.
«Ты почувствуешь их присутствие», – слова Ниорин набатом стучали в мозгу.
Украшение, звучно цокнув, упало на брусчатку и замерло в ожидании.
– Что такое? – шепнула Залия.
– Брошь отстегнулась, – невозмутимо отмахнулась Нерисса.
Наклонившись, она ухватилась за булавку и скользнула пальцами по булыжникам мостовой, прощупывая камень. От нахлынувших ощущений к горлу подступила желчь: знакомство с Малым Гринфордтом вызвало тошноту. Камень отозвался неприветливым, режущим прикосновением, пальцы рук будто усеяли уколы тысячи игл. Нерисса кожей ощутила грязь, холод, зловоние и враждебность, которые болью отразились в мозгу. Ведьма поморщилась, чувствуя себя крайне неуютно.
