Воздушные фрегаты. Капитан
Ладно, теперь не время для рефлексии. Эту партию он проиграл, а, чтобы начать новую, надо спастись. А там еще посмотрим, кто кого! А сейчас он опередит врагов и сможет уйти, как рыба, на глубину, выскользнув из расставленных сетей. Оставалось только придумать, как это сделать. Раньше он предполагал, что отправится на прогулку в окрестности столицы и там его якобы захватят японские диверсанты…
Увы, после гибели Ландсберга и прибытия Макарова многое переменилось. Сеул просто наводнен агентами контрразведки и патрулями, а те нервно реагируют на любой шорох…
Пришлось сделать еще один звонок.
– Лиманский у аппарата, – отозвались на другом конце провода.
– Это я, – тихо шепнул он в динамик. – Мне нужна помощь…
В прошлой своей жизни Март любил одиночество. Именно в такие моменты, когда ему никто не мешал, в голову приходили самые светлые идеи. Но теперь, оставшись наедине с мощной и таинственной «Ночной Птицей», он вдруг почувствовал, что один может и не справиться. Оссолинский, кем бы он ни был, слишком заметная фигура, чтобы так просто заявиться к нему и потребовать сатисфакции. Сдать контрразведке – тоже не вариант. Нужны доказательства, а их нет. Можно, конечно, просто убить, но для этого тоже требуется хоть немного информации. Где живет, что любит, как проводит время? И лучше будет, если это выяснит кто‑нибудь другой…
– Семен Наумович, – обратился он к Беньямину, как только вернулся в «Одессу». – Вы ведь знаете всех штабных Сеульской эскадры?
– Конечно. А кто тебя интересует?
– Даже не знаю. Просто патент и корабль у меня есть, а серьезного вооружения и команды на нем нет. А вдруг высокому начальству взбредет в голову блажь дать мне какое‑нибудь задание?
– Сообразил наконец, – хмыкнул управляющий. – В общем, да. Такая вероятность существует.
– И что теперь делать?
– Тебе нужен Оссолинский.
– Кто?
– Капитан второго ранга Андрей Вацлавович Оссолинский. Кстати, лучше звать его на польский лад Анджеем. Ему понравится.
– А что он за человек?
– Даже не знаю, что сказать, – задумался Беньямин. – Из польских аристократов, но вроде не особо кичливый. На офицерские пирушки не ходит, в скандалах с дамами не замечен. Взятки и те почти не берет.
– Почти?
– Ну, как тебе сказать. Есть у нас полуофициальный фонд, куда скидываются все приватиры, а деньги потом идут на презенты нужным людям. Это не особо законно, но и не возбраняется. Так вот от подарков он не отказывается, но и подношений, как некоторые, не вымогает! А ведь от него реально много зависит…
– И чем же он берет, борзыми щенками?
– Ха… такого не припомню, а вот о некоторых услугах иногда просит, но не всех, не всех…
– Если человек не курит, не пьет и чурается общества хорошеньких женщин, поневоле задумаешься, не подлец ли он?.. – задумчиво процитировал классика Колычев.
– Очень может быть, – пожал плечами Бенчик. – Тебе что‑нибудь еще?
– Нет, спасибо. Хотя, как он выглядит, чтобы не ошибиться при встрече?
– Пойдем ко мне в кабинет, покажу тебе одну папочку…
«Папочка» оказалась довольно толстой и хранилась в сейфе. И судя по содержимому, подобная предосторожность была совсем не лишней, поскольку в ней содержались досье на большинство сколько‑нибудь заметных офицеров Третьего флота, не говоря уж о штабных.
Увы, раздел, посвященный Оссолинскому, оказался куда меньше прочих. Только самые общие сведения и старая фотокарточка, с которой на него смотрел ничем особо не примечательный молодой офицер.
– Кто же ты такой? – задумчиво пробормотал Март, стараясь запомнить лицо своего врага.
– Ты что‑то сказал? – переспросил Семен Наумович.
– Я спрашиваю, он одаренный?
– Да. Только талантик у него – ни богу свечка, ни черту кочерга. Не пилот, не целитель, не артефактор, а так, не пойми кто… Ладно, его досье можешь пока оставить себе, а я пойду. Дел много.
– Нет, спасибо, все, что хотел, я узнал. Кстати, а что за суета?
– Сам не пойму, – раздраженно пожал плечами управляющий. – Все как с ума посходили. Сначала Лиманский потребовал срочный вылет, а потом и остальные как с цепи сорвались…
– Понятно. Можно воспользоваться телефоном?
– Валяй!
– Дежурный Макарова, – раздалось в трубке.
– Могу я связаться с начальником мобилизационного отдела?
– Извольте представиться.
– Командир «Ночной Птицы» Колычев.
– Капитан второго ранга Оссолинский отсутствует. Могу соединить вас с его столоначальниками.
– Нет, благодарю, дело слишком деликатное. А нельзя ли узнать его адрес?
– Можно, – издевательски хмыкнул голос в трубке. – Обратитесь в контрразведку, там непременно помогут‑с…
Не успел Мартемьян выйти из кабинета Беньямина, как на него свалился настоящий ураган по фамилии Ким.
– Где ты был? – завопил Витька. – Тут такое, такое… а тебя нет!
– Тише, – попытался сделать вялую попытку отбиться Колычев, но не тут‑то было.
– Ты что, ничего не знаешь?
– Ну что еще случилось?
– Зимин вернулся на службу!
– Знаю. Ему засчитали ценз командования «Бураном», и теперь он капитан первого ранга!
– А то, что «Буран» уже скоро будет выкуплен в казну?
– Вот этого еще не слышал, – вынужден был признать Март. – Хотя, если подумать, кораблей на флоте сейчас куда меньше, чем каперангов, а Владимир Васильевич не из тех, кому нравится служба на земле.
– И мы теперь должны решить: поступить на службу или уйти с корабля, – немного сбавив тон, продолжил Виктор.
– Тоже логично. Ну и что ты решил?
– Ну как я могу что‑то решать, не посоветовавшись с тобой?! – изумился приятель.
– Ну а что со мной советоваться. Макаров предлагал мне чин, но…
– И ты отказался?
– Да.
