Время созидать
Тильда хотела возразить, но не стала. Радость от победы померкла, испарилась.
– Я, конечно, очень уважаю главу Градостроительного ведомства, братство, Агорат и вас, сенатор, – господин Риттен кивнул в сторону упомянутых людей, – но не кажется ли вам, что не место, хм… молодой привлекательной женщине на строительной площадке, какой бы умной и талантливой она ни была… Даже несмотря на пример Урсулы Хеден…
– Вас смущает мой возраст? Или моя внешность? Или вы беспокоитесь, что вам придется искать нового мастера‑архитектора, если я убьюсь? – Тильда не смогла скрыть насмешливый тон в голосе.
– Я… – Господин Риттен поперхнулся внезапным кашлем. – Нам нужен тот, кто может не только красиво рассказывать, но и делать!
– Нам нужен тот, кому мы сможем доверять, – веско ответил господину Риттену Яков Литт. – Кто не растащит казну вмиг, как только возьмется за строительство. За все пять лет службы под моим началом госпожа Элберт ни разу не дала в себе усомниться.
– Что ж, это мы увидим.
– Обязательно увидите. – Тильда смотрела прямо в выпуклые, налитые кровью глаза старика. – Жаль, что терпение и умение ждать так редко встречаются в мужчинах.
Стук молотка о стол прекратил дальнейшую перепалку.
– Возвращаемся к вопросу места под строительство. Прошу согласных поднять руки и проголосовать за площадь Семи Ветров.
Тильда понимала, что участь храма – и ее участь – решены, но все же порадовалась, что ни Яков Литт, ни отец Грегор, ни мастер Тиам рук не подняли. У нее были союзники. Поэтому свою подпись она ставила на документах не колеблясь, перо не дрогнуло в руке, ни единой предательской капли не сорвалось с его кончика.
Что ж – она изменит проект, если им угодно, начнет заново.
С чистого листа.
Часть первая
Чертеж
1
Саадар увидел Даррею пасмурным утром конца лета.
Это был огромный город, такой, в каких Саадар никогда до того не бывал. Крыши, крыши громоздились до небес, взбирались друг на друга, наползали и опадали, а надо всем этим торчали башни и шпили – не счесть за раз! «Город тысячи башен» – так и называли столицу Адрийской республики.
А в толпе перед Речными воротами кричали, что Даррея – это город тысячи возможностей:
– Да – торговле с южными островами Архипелага!.. Покупайте акции Южноадрийской торговой компании!..
– Эфф Миро дает займы под самые низкие проценты! Контора на Шелковичной улице! Эфф Миро…
– Вступайте в адрийскую армию! Адрийская армия – путь к славе и победам! Гарантируем…
– Банк Республики – самый надежный банк в мире!
– Гарольд Арро сразится с медведями пятого дня! Спешите купить места!
– Сенатор Алисия Келлин обещает, что к двести двадцатому году ото дня основания Республики каждый гражданин будет обеспечен крышей над головой! Голосуйте за сенатора Келлин на выборах!..
– Хоть весь город обойдешь – раков лучше не найдешь!..
– Земли западного Рутена должны принадлежать Республике! Сенатор Рон Тарсо призывает…
Саадар не поморщился, даже бровью не повел – сколько уже наслушался таких речей! В громкие слова он, конечно, не верил, но твердо знал, что здесь, в этом муравейнике, какая‑нибудь возможность да подвернется тому, кто внимательно смотрит по сторонам.
Поэтому он с любопытством слушал разговоры вокруг.
День как будто не ярмарочный, а народу‑то! Телеги и подводы стояли в ряд перед воротами, а торговцы – кто смирно, кто нет – ждали своей очереди заплатить пошлину. Рядом возмущенно переговаривались двое, им вторили другие голоса. Никто не знал, отчего не пускают через ворота, все друг друга пихали, кричали, кто‑то ссорился, кто‑то даже вопил, что у него пропадает ценный груз. Какой‑то человечек сновал в толпе, продавал обереги в виде мужских членов, Саадар еле от него отвязался.
