Я поймаю тебя, Лисица!

Своих мы никогда не трогали. Они запросто могли узнать кого‑либо из нас по голосу или жесту, что сулило проблемами. Дилижансы не останавливали, поскольку брать с их пассажиров зачастую было нечего. Караван карет, обозы торговцев тоже пропускали. Беспокоить их себе дороже. Как правило, подобных сопровождала профессиональная охрана – десяток довольно сильных магов. Роскошные одиночные экипажи – вот наша цель. Их‑то мы и дожидались в засаде. Учитывая, что Графорд располагался на Золотом пути – дороге, связывающей Восток и Запад, – таковых было пруд пруди.

– Пирс, дай магический монокль, – продолжил упорствовать близнец, протягивая к брату лопатообразную ладонь. – Твоя взяла! Я отдам пятьдесят серебряников при условии, что позволишь посмотреть в монокль и уговоришь Сибиллу поучаствовать в спектакле, если это наш случай, – добавил он, когда брат и пальцем не пошевелил.

После коротких раздумий друг достал из кармана куртки артефакт и передал близнецу. Его поступок заставил меня напрячься и смерить Джона хмурым взглядом. Но тому было все нипочем, ведь ему удалось пошатнуть решимость брата.

– Ух ты! Видели бы вы этот экипаж, – басовито захохотал Джон через некоторое время. – Столько огоньков! Наша башня под Новый год не сравнится с этим мчащимся факелом. На нем точно богатая дамочка разъезжает. Ни один нормальный мужчина не станет колесить по стране на подобной карете, – заключил он и протянул мне артефакт: – Сибилла?

Я надела магический монокль и увидела, что к нам приближается роскошная лакированная карета цвета спелой вишни, снизу доверху увешанная фонариками. Дверцу украшал герб в виде рычащего трехглавого льва. Мне впервые довелось сталкиваться с таковым, возможно, поэтому он внушал ужас и настораживал.

Многие факты были в пользу Джона: кричащая карета, отсутствие стражи. Тем не менее шестое чувство подсказывало, что не стоит связываться с этим «факелом».

– Пора решать. Времени на подготовку почти не осталось, – нарушил подстрекатель тишину и обратился к близнецу: – Пирс?

– Я не против, – сдался под его напором друг.

Меня даже спрашивать не стали – мое слово ничего уже не значило. Раз большинство «за», значит так тому и быть. Незыблемое правило. Однако я вознамерилась отговорить братьев от затеи.

– У нас закончились дротики со снотворным, – привела весомый довод.

– Еще два есть, – Джон вынул из кармана штанов металлический футляр и продемонстрировал парочку деревянных палочек, заостренных на одном конце и с перышками на другом. – Остались после неудачной вылазки.

Первая попытка провалилась, и я предприняла другую:

– Зелье может не подействовать.

– Проверим. Не подействует – сбежим, – пожал провокатор плечами.

Словно по команде, братья надели черные шелковые маски, взобрались на лошадей и понеслись к подножию холма. Джон прямо на скаку взялся нагонять плотный туман. Его беловатые клубы стелились понизу, запутывались в высокой траве, кустарниках и торопливо продирались сквозь них. Будучи неплохим иллюзионистом, Пирс создавал свои точные копии, одну за другой, пока по обеим сторонам дороги, будто могучие дубы, не выросло человек двадцать.

Сделав глубокий вдох, я подошла к любимице и нежно погладила по гриве. Молния заржала и стала носом обследовать карманы дублета в поисках угощения.

– Ничего нет, родная. Все вкусное закончилось.

Я подняла ногу, поставила в стремя, подтянулась и поддала лошади в бок, едва устроилась в седле. Гнедая двинулась вперед рысью. Корбы тем временем достигли дороги и стали ждать сигнала. У раскидистого дерева, служившего мне укрытием, кобыла сбавила ход. Даже поводья не пришлось натягивать, будто наперед знала каждый шаг.

Карета меж тем приближалась, стук копыт нарастал. Благодаря бесчисленному количеству огней, ее было видно невооруженным глазом. Но без артефакта в нашем деле все равно не обойтись. Надев его, я высчитала приблизительную скорость движения экипажа и затаилась. Сердце бешено колотилось, заглушая усиливавшийся грохот, похолодевшие внутренности сжались от волнения.

Чтобы не проворонить нужный момент, мне приходилось каждые десять секунд смотреть в монокль и сверять расстояние, которое быстро сокращалось. Как только горящий «факел» показался из‑за поворота, я откупорила склянку с зельем, меняющим голос, пригубила немного, натянула чуть ли не на глаза красный платок и призвала магию. В воздухе тотчас появилась шаровая молния.

В очередной раз воспользовавшись артефактом, поняла, что медлить более было нельзя, если, конечно, не хотела упустить экипаж и остаток ночи выслушивать о себе нелицеприятные факты.

Собираясь с духом, я закрыла глаза и отсчитала:

– Один… Два… Три!

Шаровая молния сорвалась с ладони и взорвалась в сотне дюймов от четверки вороных коней. От неожиданности они встали на дыбы и помчали карету с немыслимой скоростью. Новая сфера вынудила их снизить ход, а незримая подушка из уплотненных воздушных потоков вовсе остановиться.

Братья без промедления выскочили из засады и бросились к экипажу. Джон на бегу зарядил дротиками духовое ружье и поочередно уложил возничих. Пирс умело руководил ватагой иллюзий, отчего создавалось, что карету под дикое улюлюканье окружала банда разбойников, а я… я сжала бока гнедой и помчалась к Корбам.

Друг тем временем открыл лакированную дверцу и прогромыхал:

– Жизнь или деньги?!

Его свирепый голос наряду с исполинскими размерами определенно внушали ужас. Пожалуй, даже я лишилась бы чувств, повстречай посреди ночи схожего незнакомца. Неудивительно, что пассажиры зачастую впадали в панику, реже в полный ступор. Зато как щедро благодарили после за спасение. Особенно, напуганные до полусмерти молодые леди…

Фраза, набившая всем троим оскомину, служила мне сигналом.

– А ну прочь, мерзавцы! – прокричала я чужим голосом, приближаясь к цели. – Поживиться вздумали? Сейчас я вам устрою!

Пирс с глухим рычанием закрыл дверцу, отлип от экипажа и пошел на меня с «бандой разбойников». Я соскочила с любимицы и создала искрящуюся сферу. Стоило ей взорваться возле парочки иллюзий, как они развеялись. Пользуясь моментом, Джон рванул в лес, что стеной возвышался по другую сторону дороги, призвал магию и взялся раскачивать верхушки деревьев. Лучший друг устремился вслед за братом, тем временем как «бандиты» под пронизывающий до дрожи скрип принялись окружать меня. Уверена, этот момент заставил замереть сердце многих пассажиров. Но ведь так и задумывалось!