Я – Ведьма!

Чётко осознав, что не желаю эскалации конфликта, я решила просто проигнорировать своих недоброжелательниц. Помыла чашку с ложкой, набрала воду и выпила таблетки, затем положила всё в тумбочку, не забыв отправить туда же содержимое кармана, после чего подхватила полотенце и двинулась к выходу, чем заслужила одобрительную улыбку и кивок Глафиры Павловны.

Всё это время переговаривающиеся между собой соседки пытались вскрыть мою броню своими колкостями, и если Света вела себя спокойно, то Верка с каждой неудачной попыткой понемногу зверела.

– Чего молчишь?! – вдруг злобно прокричала она и, схватившись за костыли, встала. – Я тебя спрашиваю!

Этот взрыв её эмоций был очень резким и неожиданным. На несколько мгновений даже показалось, что она с вполне определёнными целями направится ко мне. Тело машинально среагировало на возможную угрозу и сжалось.

Время тут же замедлилось, и я обнаружила над вставшей женщиной быстро растущую дымку. Взгляд скользнул на фигуру Светы, которая словно источала некое марево.

«Хм. Раз представилась такая возможность, то нужно попробовать провернуть тот же трюк, что и в холле. И любительницу костылей успокою, и смогу понять, что вообще происходит», – подумала я и мысленно дотронулась до дымки над Веркой, желая её поглотить.

Мгновение – и эта субстанция, словно по трубе, рванула ко мне и разлилась по телу небольшими, какими‑то прогорклыми пучками энергии.

«Получилось! Не знаю что, но получилось!» – восхищённо подумала я и, переведя взгляд на Светку, продолжила эксперимент. Но на этот раз попробовала втянуть в себя лишь часть её марева, а не всё.

Как только мне это удалось, время вдруг вернулось к своему обычному течению, голова закружилась, и я словно сквозь вату услышала голос Глафиры Павловны.

– Отстань от девчонки! Чего ты к ней пристала‑то?! Вишь, как сжалась вся?

– А пусть уважает старших! – сориентировалась вмиг лишившаяся злости Верка.

– Теперь будет, – заметила Светка, хохотнув. – Вон как побелела от страха.

Я предсказуемо не стала отвечать на их слова, а вместо этого устремилась в душевую. Перед глазами всё плыло, ноги были ватными, но это не помешало мне найти нужную дверь, открыть её, задвинуть задвижку и рвануть к умывальнику, чтобы выпить воды. Стало легче.

«Что это было? – с недоумением думала я. – Вроде всё получилось. И с Веркой, и со Светой. В обоих случаях был приток энергии. Правда, плохо почувствовала себя лишь после второго. Почему? Что именно стало причиной? То марево над Светой? Его, в отличие от дымки, нельзя было поглощать? Но почему? В чём их различие? Или всё дело в перегрузке организма? И мне нельзя было делать два действия одновременно? А может, моё избитое тело ещё не приспособлено к подобным манипуляциям и вызывает протест?»

Ответов на данные вопросы не было. Для их получения необходимо было продолжать эксперименты, и я на некоторое время задумалась: а нужно ли мне это всё?!

«Конечно, нужно! – через пару секунд поняла я. – Не знаю, что это вообще такое, способности экстрасенса? Или ещё кого? Но они явно могут быть полезны и уже дважды спасали меня как минимум от новых травм. А если вспомнить ощущения после поглощения дымки, то я ещё и оздоровлялась в эти моменты. Но это, конечно, неточно. К тому же нужно понимать, что потеря сознания, перенос в Наташу, замедление времени и поглощение энергии – это всё звенья одной цепи. В предыдущем теле у меня подобных способностей не было. Возможно, если я научусь ими пользоваться, то пойму, что вообще со мной произошло?»

Почувствовав себя лучше, я внимательно осмотрелась по сторонам, обнаружила большое зеркало над умывальником, шкафы с инвентарём для уборки, две старые и массивные чугунные ванны с китайскими смесителями, один из которых даже был цел, а также большое окно, которое в интересах обеспечения приватности наполовину закрасили белой краской.

«Так, Оля, – подумала я. – Времени для приведения себя в относительный порядок мало, так что давай отложим всякие сверхъестественные штуки до лучших времён и начнём помывку. А то ведь без слёз и не взглянешь. Действительно, какое‑то грязное чучело».

Приняв решение, я тут же начала действовать и внимательно осмотрела каждую щель в помещении, благодаря чему стала счастливой обладательницей солидного обмылка с яблочным запахом и запыленного флакона мужского шампуня «Шаума». Правда, последнего в баночке осталось совсем немного и, кажется, именно в этом причина его нахождения под ванной. Бывший владелец, просто не захотел лезть туда из‑за такой мелочи, а вот я себе подобной роскоши позволить не могла.

«Думаю, как минимум на один раз мне его должно хватить», – мелькнула в голове счастливая мысль, когда я оценивала количество оставшегося шампуня и одновременно с этим морщилась от боли. Из‑за ползания по полу и прилива крови к голове, затылок начал вновь пульсировать, а рёбра – колоть.

Помимо принадлежностей для мытья, в одной из ржавых ванн я также обнаружила резиновую пробку, хотя мне, конечно, было непонятно, кто осмелится отмокать в столь сомнительной ёмкости, да еще и в больнице. Подумав, нашла, куда её приспособить, и заткнула слив умывальника, превратив его в место стирки своих грязных и потных вещей, на которые было страшно просто смотреть. Оставив одежду отмокать в горячей воде, перевела взгляд на зеркало.

Быстрый осмотр голого худющего тела девочки‑подростка заставил меня поморщиться. На груди, плечах, руках и спине обнаружились многочисленные разноцветные следы от ударов и чьих‑то сильных пальцев. К сожалению, побитое лицо за это время тоже не изменилось. Что вызвало у меня горестный вздох.

«Хотя, – задумалась я и стала подушечками пальцев аккуратно ощупывать нос, – разве настоящая женщина не сможет увеличить привлекательность даже такого лица?»

Вдумчивое изучение одного из органов чувств показало, что как раз он нигде не болит, не отходит в сторону или вверх при нажатии на кончик.

Решившись, я сняла фиксирующую повязку и с пусть и некоторым трудом, но достала вставленные в ноздри плотные кусочки затвердевшего от запечённой крови бинта. Дышать сразу стало гораздо легче, мир словно преобразился, и даже внешность улучшилась, избавившись от уродующего элемента. Я вновь ощупала освобождённый от всего лишнего симпатичный курносый нос и утвердилась в правильности принятого решения.

О том, снимать ли повязку с головы, вопрос тоже долго не стоял.

«Она и так скоро сама слетит, – думала я, глядя на непонятное нечто. – Да и если я и дальше буду ощущать этот ужасный запах немытых волос, то меня будет тошнить и без всяких сотрясений».

С лёгкостью размотав бинты, я обнаружила под ними сложенный в несколько раз жёлтый кусок марли с небольшой красной точкой запёкшейся крови в центе.

«Это фурацилин, – опознала противомикробное вещество, а потом оценила диаметр кровяного пятна, – это, значит, у нас размер открывшейся раны. Уже кое‑что. Думала, ситуация с головой будет гораздо хуже».

Осторожное прощупывание мягкого и весьма болезненного затылка сопровождалось неприятными уколами в рёбрах из‑за поднятой руки, но позволило мне понять, где находится небольшая рана и как лучше мыть голову, чтобы не размочить её водой.