Ядовитый цветочек для тёмного мага
Глянув на меня, маг спокойно исправил:
– Я мужчина и не могу позволить хрупкой девушке таскать тяжести.
На моих губах вдруг появилась смущённая улыбка. Надо же, хрупкая девушка… Приятно. За две недели работы мне таких воспитанных и учтивых мужчин не попадалось. Даже когда вместе с лестницей грохнулась, ни одна сволочь на помощь не пришла.
– Идёмте, – позвала я куда теплее и вежливее, – и простите… за всё.
Он не ответил, но моей благодарности это не поколебало.
Мы покинули второй этаж, свернули в тесную кладовую, и пока я пыталась найти, где здесь зажигается свет, маг устало вздохнул и щёлкнул пальцами.
В воздухе появилась стремительно растущая золотая искорка. За считанные мгновения вымахал до размеров моего кулака, она юркнула под потолок и ярко осветила всё небрежно захламлённое пространство.
У меня просто руки пока не дошли здесь убраться… Почему‑то из‑за такого бардака снова стало жутко стыдно.
Матрас нашёлся быстро, но моего гостя привлёк не он, а груда тряпок у дальней стены.
Небрежный взмах руки, ещё одно требовательное движение снизу вверх, и ткани взмыли в воздух, открывая вид на… кровать! Старательно кем‑то запрятанную! И ведь я даже знаю, кем именно!
Вспомнилось, что восьмую комнату у нас снимали практически каждую ночь… Луноокая, а ведь если кровать из неё здесь, это выходит, что люди всё это время спали на… Эфере?! Это что за извращение такое? Для чего?
– Вы бы его уволили, – словно невзначай обронил маг.
И пошёл к кровати, чтобы, значит, её вытащить и наверх унести. Странно только, что руками, а не магией.
Мой взгляд совершенно без моего на то желания прикипел к широкой, не прикрытой одеждой спине мужчины.
– Я пыталась! – воскликнула грустно, не зная, как помочь. Места тут было мало, а помощник из меня, откровенно говоря… – Он не уходит!
– Помочь? – вежливо предложил мужчина, цепко хватаясь за края кровати и рывком с коротким выдохом её поднимая.
Мышцы вздулись, натянувшись под загорелой кожей.
– Да я его просто отравлю, – пробормотала растерянно, – ой, давайте лучше я вам как‑нибудь…
– Отойдите, – просто посоветовали мне, легко шагая к выходу, на пороге которого я застыла в нерешительности.
Отпрыгнула. И так никак не помогла, ещё и мешать было совсем уж совестно.
Но едва зеленоглазый прошёл мимо, я отмерла, юркнула в кладовую, вытащила из шкафа у входа чистый комплект постельного белья и побежала следом. Удивительное дело: световая сфера, созданная моим гостем, погасла лишь после того, как я закрыла дверь.
Вбежав наверх, торопливо успокоила пару разбуженных шумом и выглянувших в коридор постояльцев, залетела в восьмую комнату и обнаружила, что кровать здесь уже вернули на своё законное место.
– Спасибо, – мужчина ловко выхватил стопку у меня из рук, – дальше я сам. Спокойной ночи.
– Э… – только и смогла протянуть перед тем, как у меня перед носом закрылась дверь, – спокойной ночи…
Постояв деревом ещё несколько секунд, чертыхнулась и побежала доделывать дела, мысленно записав: «Выяснить, с какого перепоя Эфер удумал в кровати превращаться и постояльцев пугать».
* * *
Когда до рассвета оставалось около трёх часов, я наконец закончила уборку злосчастной таверны. Сейчас бы в кроватку, да только у меня ещё тысяча важных дел осталась. Придётся опять топать на кухню и варить себе бодрящее зелье.
Но перед этим я сбегала наверх, быстро вымылась и в одном полотенце вокруг тела прошмыгнула к себе, благо моя комната была первой и самой ближней от умывальной.
Планировала переодеться и бежать трудиться, но случилось непредвиденное: одна уставшая я и одна манящая свежим постельным бельём кровать встретились.
«У меня дела», – жалобно подумала я.
«А у меня мягкое одеялко и вкусный запах чистого белья», – пошла мерзавка с козырей.
И я повелась. Как зачарованная, пошла к ней, обещая себе, что прилягу лишь на минутку, а вот потом…
Проснулась я от звенящего грохота прямо подо мной. Резко сев, с ужасом посмотрела на настенные часы. Фух, не проспала. Хотя какое «не проспала», если я вообще спать не собиралась?!
Кубарем скатившись с постели, я рванула к одежде, заранее оставленной на спинке стула.
Сиснан – крупнейший торговый город на берегу Эмхаирского моря, климат здесь жаркий, воздух сухой и солёный, а потому и мода своя, отличная от остального континента.
Сорочек под основное платье дамы здесь не надевали, а бельё предпочитали закупать у эльфийских торговцев по оптовым ценам. И какое это было бельё… стыд и срам, но какая же красота. Такое один раз наденешь, и больше ничего другого носить уже не сможешь. Ткань тончайшая, швов не ощущается, ничего не колет, нигде не цепляет. Сказка просто! Стоит ли говорить, что весь город в таких ходил? Остальная страна такой красотой тоже обладать мечтала, но им не повезло – у них не было коварства и изобретательности Сиснанских женщин. Мне не повезло тоже, я этих исторических событий не застала, а когда приехала вступать в наследство, в городе уже существовали свои порядки, по которым эльфийские торговцы ходили недовольные, но с символическими скидками практически во всех заведениях, а дамы – радостными и красивыми. Нет, вы не подумайте, они никому ничего не показывали, ну разве что мужьям и любовникам, но там у всех такие лица были, что и так всё понятно. А как они к такой жизни пришли – молчали и не говорили. Ни женщины, ни эльфы. Ну а я не спрашивала, моё молчание эти шулеры купили, так что я тоже ходила красивая и счастливая. И молчала, да.
Только из‑за глухой ругани с первого этажа я не стала десять минут под собственные восхищённые вздохи крутиться у зеркала.
Поверх белья надела светло‑зелёное платье из визуально плотной, но на самом деле очень лёгкой продуваемой ткани – его и ещё парочку таких же прикупила в первые дни в портновской мастерской «Золотая игла» по скидке, которую получила взамен на скидку на ужины у нас в таверне.
Ноги сунула в мягкие туфельки без каблука, которые достались мне в обувном магазинчике «Танцующий каблучок» по тому же принципу, что и платья.
Спутанные светлые волосы кое‑как разодрала деревянным гребнем, танцуя от нетерпения и шипя от боли на пороге комнаты.
И только после этого, запустив расчёску на незаправленную кровать, рванула вниз.
А там был слизняк! Вот натуральный – болотный!
Мой «любимый» повар Арвен сидел на полу кухни и потирал явно ушибленный бок, плюясь грубыми ругательствами. Рядом валялись деревянная лестница со сломанной ступенькой, явно сбитые её падением кастрюли, молоток, несколько гвоздей и старая штора из кладовки.
