Земля Адриана

У коридора было три ответвления, одно вперёд и два по сторонам, между которыми стояли колонны и промежуточные отделения. Слева со стороны входа стояло что‑то, похожее на ресепшен, у которого стояли несколько охранников и очередной командир, все в скафандрах. Около ресепшена, на стене, была крупная панель с кнопками, тумблерами, индикаторами и с запасными шлемами и респираторами.

Командиры конвоя поздоровались с офицером у ресепшена, после чего офицер дал команду охраннику:

– Включай фильтрацию!

Один из охранников в скафандре подошёл к панели и стал нажимать на кнопки и тумблера, после чего панель стала гудеть и показания на индикаторах стали меняться. Весь большой коридор покрылся газом, поступающим из газопровода, образовавшего цепь в толще стен вокруг коридора, а на уровне плинтуса вдоль всего пола и вдоль всего потолка стали светиться лампы, похожие на неоновые.

Через несколько минут фильтрации, когда вся атмосфера в коридоре была отфильтрована от марсианского газа, заполонившего весь коридор при открытии входа, и наполнена искусственным газом, похожим на земной воздух, командиры приказали охранникам снять свои шлемы и снять их со всех осуждённых, скованных магнитными наручниками, потому – что теперь можно спокойно дышать без шлемов.

Через тридцать минут, когда командиры сняли шлемы с себя, а охранники с себя и со всех десятков осуждённых, после чего складировали все шлемы в большом количестве у ресепшена, командир, отдавший приказ о фильтрации помещения, приказал тому же охраннику открыть следующий вход. Охранник подошёл к той же панели и нажал на два тумблера, после чего стал открываться следующий вход главного ответвления. Все стали идти прямо. Когда они преодолели следующий вход, они оказались в главном зале.

 

Если бы в центре стоял большой факел, статуя на возвышенности или какая‑нибудь арка или колонна, и если бы было плохое освещение, то этот зал сошёл бы за место проведения запрещённых ритуалов и собраний какого‑нибудь тайного общества сатанистов или других сектантов.

Зал имел множество выходов в разные коридоры и помещения, в нём были лестницы на балкон внутри зала, на котором также была пара выходов. Вдоль двух стен стоят два ряда колонн, за которыми видны выходы из зала и скамейки вдоль стен. На стенах можно разглядеть современные узоры, похожие на инопланетные рисунки на земных полях. На стенах и колоннах светятся неоновые лампы, а на большой, свободной от наличия на ней входов или колонн стене слева была расположена большая голограмма с надписью «Welcome to «New America»!» и с эмблемой колонии ‑круг в треугольнике (круг символизирует Марс, а что символизирует треугольник – непонятно) и перекрещенные в этом круге два меча.

По залу ходили люди в костюмах, но это были не скафандры. В центре зала стоял один человек, который чего‑то ждал. Когда дверь в зал открылась и прибыли командиры с новой партией свежеиспечённых арестантов, он обернулся, так и остался стоять на месте и ждал, пока они дойдут до него.

Когда дошли, человек пожал руки прибывшим командирам, минут десять разговаривал с ними и один из командиров обратился к арестантам на английском языке:

– Now you will listen the major Horrisman which will give you all recommendations and advices about your staying in this place. Please listen carefully because this will be introduction to your camp life and you won't be told twice!

Переводчик переводил слова майора Хоррисмана. Арестанты заполнили зал и майор Хоррисман начал речь:

– 

So, in this hall we always meet new guests of this wonderful place…

Для арестантов непонятно, смеялся ли он над ними или нет, сказав «новых гостей сего замечательного места», что они услышали в своих наушниках.

–«…Новая Америка – это по‑своему уникальное место, потому‑что здесь можно увидеть марсианские недра своими глазами. Если бы вы не сделали того, что сделали, то есть не совершили преступлений, вы бы никогда не смогли увидеть эту планету своими глазами…» – говорил им переводчик.

Осуждённые решили, что майор над ними издевается, говоря такие вещи, хотя на лице его не было насмешки. Но они также понимают, что это, в принципе, нормально для такого места, и готовились к тому, что за время пребывания в этой колонии им придется услышать много чего неприятного.

Адриан, в свою очередь, думал об Бауыржане, монгол оказался прав – колония называется «Новая Америка». Он не особо слушал инструктора, но в один момент он стал внимательно слушать. Он запомнил слова, переведенные переводчиком:

– Прелесть «Новой Америки» в том, что, если кто‑то вдруг взбредит сбежать отсюда «на свободу», и даже если у него это получится, что в принципе невозможно, за ним не будет никакой погони, вооружённый отряд охранников не будет гнаться за этим идиотом, его отпустят, плюнут и забудут. Когда этот ловкий и быстрый придурок окажется на долгожданной «свободе», вместо зелёной травы, просторного поля, деревьев и свежего воздуха вокруг него будет мёртвая пустыня, где нет травы, деревьев и даже воздуха. Он и не поймёт сразу, что он вместо свободы обрёк себя на верную смерть в этой мёртвой пустыне…

Потом он подумает: «Без них я умру, придется вернуться в лагерь…» И он вернётся, вернётся туда, откуда бежал! Но его сюда уже не пустят…

На Адриана это подействовало. Слышать это ему было также приятно, как приятно стоять у смердящей мусорной или навозной кучи, и он вспомнил майора Марка Плевина, которого избил и зарезал.

После нескольких минут лирики человек перешёл к делу и стал говорить о распорядке дня, правилах поведения, что можно и что нельзя делать заключённым.

Через полчаса инструктаж был закончен, командиры поблагодарили майора Хоррисмана и приказали всем арестантам идти за двумя местными охранниками, которым командиры сказали отвести всех арестантов к их камерам, в которых им предстояло жить и спать в течение всего срока заключения.

Охранники стали вести их по коридору, тесному для такого количества людей. Коридор вёл в основном вниз, под башню, и арестанты поняли, что их ведут в шахту, где и расположены их камеры и где они будут работать, копая марсианские недра.

 

Спускаясь вниз, арестантам становилось любопытнее. Им интересно увидеть камеры, в которых им уже оставалось задержаться и поселиться, а также им интересно было увидеть саму каторгу, в которой, они думали, и находятся их камеры.

Они подошли к концу коридора. Там стояла такая же, как и прошлые, крупная, на всю стену дверь, у которой стоял вооружённый охранник в костюме лагерного персонала. Один из охранников, которые привели арестантов к этой двери, сказал:

– 

This is a new fresh team.

Open it.

Тот подошёл к кнопке на стене и нажал. Дверь загудела и открылась, при открытии поднялась пыль.