Альтарика. Спящее сердце

Хищник! Должно быть, за мной охотится хищник. Ведь озеро слишком далеко от корабля! Медленно взяв нож, я также медленно глянула на ближайшее дерево. Успею ли добежать? Голубые листы разъехались в стороны. Я уже почти дернулась к спасительному стволу, как вновь непроизвольно застыла. Из тени вышел здоровенный, высокий, абсолютно зеленый мужчина. Не животное. Не человек. Но определенно точно мужчина.

 

Глава 3

 

Аш‑дары проигрывают. Последний бой с ху‑раджами принес сотни жертв и потерю Водных земель вместе с пятнадцатью водными женщинами. Страшная трагедия нашего племени! Но не для ху‑радж. Они обрели настоящее богатство и в самое ближайшее время увеличат численность своего.

Мой отец Рагр – вождь народа аш‑дар, серьезно ранен. Мой брат погиб. Я обязан сделать всё, чтобы вернуть принадлежащее нам по праву. Вернуть водных женщин. Существование всех нас зависит от них.

Сейчас отец не может принимать решения. Ответственность легла на старейшин и меня. Аш‑дарам нужна сила, коей не обладают ни ху‑раджи, ни бра‑горды, ни ис‑хусы. Именно поэтому я здесь – в землях Жизни. В нас всех есть сердце Воли, но оно крепко спит. Я хочу разбудить его.

На Альтарике нет никого, кто жил бы от сердца Воли. Хотя легенды гласят, что когда‑то давно многие жили не просто от дыхания именно этого сердца. Якобы оба источника бились в нас. И сердце Жизни, и сердце Воли. Я не застал ни одного альтариканца, кто дышал бы от сердца Воли. Старейшины же говорят, что последним был Орсу́р. Он обладал могущественной силой, мыслью мог заставить свои кости и мышцы вырасти, приобретя несравнимую ни с чем мощь и скорость. К сожалению, у неоспоримых преимуществ сердца Воли имелась и обратная сторона. Альтариканец жил гораздо меньше, чем с дыханием сердца Жизни. Хотя среди моего народа есть сказки, рассказывающие, что сотни глубоких оборотов трех Шинтаров назад, существовало много тех, кто имел два неспящих сердца. Над ними было не властно время и смерть.

Вот только в эти сказки я не верил. Ведь если те альтариканцы не страшились времени и смерти, то где же они сейчас? И как они запускали их одновременно? Это невозможно. А вот в пробуждение сердца Воли верили все, и я в том числе. В этом может помочь лишь озеро духов, в землях Жизни.

Я должен убить свое бьющееся сердце, чтобы заставить работать второе. Это опасно. Очень опасно. Уже давно никто не решается на этот ритуал. Племена потеряли сотни сильных мужчин, пошедших на эту жертву и напрасно погибших, так и не пробудив свое спящее сердце. Я осознаю все риски. Но у аш‑даров нет другой надежды, кроме меня. У нашего народа осталось лишь двадцать женщин, которых нужно защищать и оберегать. Старейшины одобрили мое решение, хотя среди них и был жаркий спор. Я один из самых сильных мужчин аш‑дар. Сын вождя. Надежда племени. Моя смерть может стать концом нашего существования. Но риск оправдан. Обретя хотя бы одно сердце Воли, аш‑дары подавят всех остальных, и зеленых альтариканцев станет больше остальных. Это глубинное и самое страстное желание любого аш‑дарца.

Земли Жизни спокойны. Здесь не водятся крупные хищники. Лишь ползучие раша́ры могут доставить небольшое неудовольствие. Но, как правило, они обходят стороной альтариканцев. Умные твари. Вся остальная живность не несет совершенно никакой опасности. В отличие от земель племен и охотничьих земель. Здесь угроза смотрит тебе в глаза на каждом шагу, желая разорвать твою глотку.

Разница ощущается мгновенно, стоит перейти невидимую границу. Что‑то меняется в воздухе. Он становится тяжелее. В него вплетается горькая нота смертельного для крупных хищников растения – лабра́ха. Она смертельна и для альтариканцев при долгом нахождении в землях Жизни. Поэтому мы здесь не живем.

Озеро духов недалеко. Я волнуюсь. Мне страшно подвести свой народ. Я боюсь стать не гордостью и достоянием племени, а позором, бесцельно убившим самого себя.

Мои мрачные мысли кусают меня, когда у самого подхода к источнику, где прохлада обнимает со всех сторон, я слышу тихий сладкий стон. Мягкий и нежный. Он похож на женский, но намного тоньше. Да и женщин здесь точно не может быть. Хмурость стягивает мои черты, и я подхожу к кусту цвета ху‑раджев, чтоб не спугнуть существо, издавшего этот звук, и посмотреть на него.

Прорезь листов позволила мне увидеть большое озеро. И первый взгляд удивил меня. Над кристальной гладью горит огонь? Нет. Он резко исчез и вновь появился на поверхности через какое‑то время. Скорее всего, это шерсть какого‑то неизвестного животного. Хотя я никогда прежде не видел ничего подобного.

А в следующее мгновение все мысли о животных вылетели из моей головы. Огневолосое существо крутанулось в воде, запрокинув голову и подставив белое лицо под лучи Шинтаров. Неужели… это лесная ими́лта? Самая прекрасная женщина из старых сказок всех альтариканцев?

Мое дыхание участилось, а кровь устремилась к напрягшемуся члену. Но я не уверен. Видно лишь маленькую голову. Я заклинал создание показать себя больше, впиваясь жадным взглядом. Словно услышав мои мольбы, тонкая фигурка всплыла на поверхность воды, начав плавать на спине. Мне с трудом удалось подавить свой стон. Совершенно очевидно, что это женщина. Белая и гладкая, как нежное брюхо дитя хищного ли́нта. Я смотрел на самую красивую грудь с двумя ярко‑розовыми сосками, что мне когда‑либо доводилось видеть. На плоский, абсолютно беззащитный живот и ровные ноги. Голая. Она была совершенно голой! Ее тело не защищало ничего! Странная белая кожа выглядела слишком мягкой и уязвимой. Меня разрывало от желания рвануть к озеру и потрогать ее, дабы убедиться, что я ошибаюсь. Должно быть, мои глаза обманывают меня. Столь хрупкое существо не выжило бы даже в землях Жизни с настолько тонкой шкурой, не имеющей даже цвета.

Все мои инстинкты заставляли меня сорваться с места, схватить эту крошечную красивую имилту и защитить. Ноющий член говорил еще об одном голодном желании, но для этого женщина должна сначала сама раскрыть для меня свои гладкие ноги. Таков закон. Не мы выбираем, а они. Женщин слишком мало. А после последней битвы их стало еще меньше. Смотря же на эту имилту, я понимал, что хочу, чтобы она была моей. Я не хочу давать ей права выбора. Не хочу показывать ее другим мужчинам. Я боролся с желанием достать свой член и начать гладить его, наблюдая за этой огневолосой женщиной. Пусть она сначала выйдет из воды. Тогда и я ей покажусь. По легендам имилты – дар Альтарики достойным мужчинам ее земель. Имилты созданы, чтобы осуществить самые сокровенные желания и благословить здоровым потомством.

Я горд и счастлив, что Альтарика посчитала меня таковым, даровав мне столь совершенную женщину. Просто нужно еще немного потерпеть и дождаться, когда она ступит на сушу. Однако огневолосая не спешила, дразня меня. Тонкие пальцы то и дело запутывались в красивых прядях, массируя корни и вызывая блаженную улыбку на полных устах, заставляющую мой член твердеть всё сильнее.

Когда имилта наконец направилась к берегу, я тоже приготовился выйти. Вот только не смог. Вид появляющегося из воды мягкого тела ошеломил меня, приковав к земле. Наши женщины выглядят иначе. Они выше, крепче, мощнее. На их теле много жестких мышц и больше волос. У них есть грудь, вскармливающая потомство, но она ненамного отличается от мужской, становясь более выраженной лишь после рождения детей.