Битва за жизнь. Том 2
Майор Гинас непроизвольно поёжился. Хотелось отвести взгляд, а лучше убраться прочь с площади, чтобы не видеть убийство друзей. Но он смотрел. И сейчас ни за что бы не сказал, почему это делает. Возможно, чтобы не выдать себя. А быть может для того, чтобы поддержать соратников и проводить в последний путь. Ведь когда их семьи и близких допрашивают в тюремных подвалах, а кругом беснуется враждебная толпа, видеть среди искаженных ненавистью лиц кого‑то из своих – дорогого стоит.
По команде Стражи подняли жезлы боли. Секунда – и смертоносные лучи достигли цели. Семеро героев, а по мнению императора – изменников, завопили и рухнули на ластиковый помост горстками обугленных костей.
Гинас зажмурился. Выдохнул. Прах к праху, пепел – к пеплу.
− Два места на эшафоте пусты, − объявил Ратийяр. Взгляды довольной толпы прилипли к двум палачам, чьи жезлы были на предохранителе и смотрели в никуда. – Но вскоре Империя настигнет виновных! Эти места – напоминание о том, что мы ЗНАЕМ и мы ПОКАРАЕМ.
− Смерть изменникам! – послышались голоса.
− Слава Империи! – взорвалась площадь хором.
И тут вдруг случилось нечто, что заставило начальника Серой Службы гневно сжимать кулаки.
Где‑то в толпе одинокий голос выкрикнул:
− Смерть императору! Алвах – убийца! Смерть убийце!
Ратийяр кивнул стражам, и те кинулись в толпу, чтобы навсегда заткнуть неугодного. Поймали смельчака или нет – майор Гинас не знал. Он ждал пока площадь опустеет, чтобы проститься с соратниками. А чуть позже, когда ночь Дрогиса сделается еще темнее, он отправится в бункер повстанцев, откуда выйдет на связь с адмиралом Роугом.
Vivat Imperium! Война только началась, и без жертв в ней не обойтись.
Глава 1. Пешки и короли
Мегаполис Терра‑Сити, планета Терра‑Нова, ОСП
Мир покатился к чертям собачьим. Только что галактика являла собою оплот стабильности и процветания, как в мгновение ока все перевернулось с ног на голову.
Ной вел аэрокар к площади перед зданием суда и пытался думать о предстоящем слушание, но мысли крутились вокруг последних событий. Секунда – ровно столько понадобилось, чтобы сработал детонатор, и взрыв положил конец привычным устоям. Участники Галактического Совета мертвы, политическая элита лихорадочно пытается что‑то предпринять, колониальные экономики коллапсируют, между Ваетой и Дрогисом началась война.
− Не верится, что это случилось, − сказала Клариса Риордон, глядя в окно аэрокара на мегаполис. – Теракты, война… Что творится в этом сумасшедшем мире?
− Не волнуйтесь, доктор, ОСП ничего не грозит. Даже если советники мрут как мухи, а такие как Аллерт орут на все углы об атаке неизвестных тварей, у человечества всегда найдется, чем ответить.
− Пытаетесь меня успокоить? Не стоит, я не боюсь. В конце концов, я же ученый, и как никто другой знаю, что даже при самом худшем развитии событий жизнь всегда найдет дорогу. Вы когда‑нибудь видели, как сквозь асфальт проклевывается одуванчик?
− Бывало.
− Вот, значит вы меня понимаете.
Ной хмыкнул.
− Хотите сказать, что даже после войны в оставшейся радиоактивной пустыне рано или поздно появится жизнь? О, если так, то волноваться не о чем.
Уловив в словах сарказм, Клариса улыбнулась.
− Фигурально выражаясь, примерно так и будет, − сказала она. – Меня больше беспокоит другое. Посмотрите в окно, Ной. Все выглядит так мирно, так… обычно. На улицах полно людей, они несут домой покупки, ходят на работу, ведут детей в игровой парк. На завтрак привычный омлет, вечером просмотр любимых шоу. Все живут так, будто ничего не изменилось.
Она прильнула к стеклу, глядя в пасмурное небо, и Ною показалось, что доктор смотрит вовсе не на тучи. Взгляд устремлен дальше, намного дальше.
− А ведь где‑то там все иначе, − шепнула Клариса. – Идет война, горят города, гибнут целые народы… Каждый раз, когда смотрю новости, и ведущий говорит о потерях среди вайтери, дрогийцев или руханцев, я чувствую себя бесполезной. Не могу ничего исправить, не могу ничем помочь.
− Вы уже делаете достаточно. Наша с вами задача – не позволить таким, как «Экзо матрикс», загнать человечество в угол. Пускай это не остановит войну на Ваете или Руш, но мы еще можем что‑то изменить в ОСП. Стать частью щита, оберегающего наш дом. Так меня учили в СГБ.
Клариса улыбнулась:
− Не поверите, но почти тоже самое говорили мне в аспирантуре.
Дальше ехали молча. Из динамиков фонили очередные новости:
«… грузовой краер торговой гильдии, следовавший через систему Тау‑Рис, был уничтожен прямым попаданием нескольких торпед. Ни одна из сторон вайирско‑дрогийского конфликта не берет на себя ответственность. Гибель команды краера считается случайной…»
«… бои смещаются к границам ОСП. Флот ВКС направил несколько соединений для усиления патрулирования. В адмиралтействе сообщают, что опасаться нечего…»
«… в первые сутки война унесла жизни двух миллионов руханцев. Потери в рядах дрогийской армии не разглашаются…»
«СРОЧНОЕ СООБЩЕНИЕ! По словам нашего источника, флот Вайирской Республики пытается высадить десант на планету Руш. Детали неизвестны, но мы считаем…»
Показалось здание суда. На этот раз площадь практически пустовала: редкие зеваки сбились группами, разглядывая конвой, журналисты переминались с ноги на ногу у входа и не спешили сломя голову задавать вопросы. То ли после исчезновения Аллерта интерес общественности поугас, то ли у людей появились проблемы куда более существенные. Например, надвигающаяся война.
Только Ной повел аэрокар на снижение, как хэндком разразился звуками сирены – срочный вызов. Он щелкнул по браслету и вывел проекцию‑миниатюру на приборную панель. В таком уменьшенном виде одетый в мундир представитель Догмата напоминал игрушечного солдатика.
Проекция дернулась, грубый голос сообщил:
− Обвинитель Чавес, судебное заседание отменяется. Вам приказано срочно явиться для получения дальнейших инструкций.
От удивления Ной едва не поперхнулся воздухом.
− Могу узнать в чем причина?
