Боец 2: Лихие 90-е

Блин, я же все документы в хате оставил! В одном из выдвижных ящиков тумбочки. Я было бросился к ней, но в этот момент услышал шорох за дверью. Замер, прислушался, в глазок выглянул – никого. Однако звук повторился, кто‑то прямо сейчас копошился за дверью.

Я пересохшие губы облизал, еще раз в глазок посмотрел и по отбрасываемой от лампы тени уловил едва заметное движение. Ага, по ходу, меня какой‑то товарищ упоротый в коридоре пас. Не знаю, как у грабителя получилось так спрятаться, чтобы дверь не открывать… но тут явно было что‑то нечистое. Я прутик из руки в руку переложил, вытащил ключ и в замок вставил, закусив губу – старался не шуметь и не спугнуть бедолагу. Ключ ме‑е‑едленно провернул, отворяя дверь и следом в коридор выскочил, размахивая металлическом прутом, как нагайкой. Вот тут‑то меня и ждал неприятный сюрприз.

– Мочи гада!

– А‑а‑а!

Сразу с трех сторон с воплями на меня накинулись три тела, вооруженные кто чем. Я блокировал первый удар, нанесенный бутылкой, выбросив перед собой прут. Стекло разбилось, на пол, на стены и на меня брызнула вонючая жижа – паленая водка. Владимир Степаныч как нутром чуял, показав буквально сегодня, как с такими падлами, которые толпой прессуют, себя вести. Я выбросил ровно три удара – по яйцам, в коленную чашечку и в горло. Оказался гораздо быстрее своих противников, поэтому на пол коридора тут же завалились три тела. Справиться с ними, на мое удивление, удалось довольно легко. И скоро я понял почему…

– Макс? – я опустил прут, изумляясь.

Ни фига себе, как закрутилось лихо. Три тела, лежащие на полу коридора, оказались хорошо знакомыми мне бухариками, которых я совсем недавно из хаты выселил. Макс, которому я по яйцам съездил, согнулся в три погибели, рот раззявил, как рыба, на берег выброшенная, глаза таращил и всё ловил воздух беззубым ртом. Два его кореша тоже временно вышли из строя – один за ногу держался, по полу катаясь с воем, второй кашлял сухо, за кадык держась.

Я смерил своих старых знакомых взглядом и по очереди заволок их в квартиру. Дверь закрыл. Стоит поговорить.

Непонятка, по ходу, какая‑то вышла… не стали бы алкаши меня обносить. На фига? Только вчера в квартире были, порядок наводили и собственными глазами видели, что ничего ценного у меня и в помине нет. Ну а Макс в хате вовсе несколько месяцев жил, и если бы хотел что‑то вынести, то давно бы это сделал. Короче, не складывалась мозаика в голове, вообще ни разу.

Присев на корточки, я дождался, пока алкаши оклемаются, чтобы вопросы задать. Досталось им довольно плотно, но они ведь тоже молодцы – меня хотели мочкануть, вот я и среагировал, так что тут без обид. А то, что они не виноваты – очевидно…

– Что за херня, Макс? – сухо спросил я, когда алкаш, наконец, очухался.

Он утер липкую испарину со лба одной рукой, другой все еще за промежность держась.

– С грабителем тебя попутали, Боец, – прошипел он, объясняясь.

Ну и поведал мне, что они с мужиками сидели в беседке, водку пили, в «козла» играли, когда из окна донесся грохот. Они сразу из беседки высыпали…

– Смотрю, хмырь какой‑то по трубе тебе в хату лезет, прикинь, – продолжил эмоциональный рассказ Макс. – Я мужикам и говорю – к нашему падла лезет, грабить, пойдем встретим. Ну и пошли, хотели в подъезде щемануть, да похоже, собака такая, ускользнул раньше!

– А чего же у окна не встали, раз он через окно полез? – поинтересовался я.

– Думали, что обратно через подъезд пойдет, притаились. Тот же магнитофон, как ты его через окно вынесешь?

Нельзя сказать, чтоб в его словах не было логики – я‑то изначально тоже так подумал.

– Да было бы у меня что красть…

Я вздохнул, осматривая выпотрошенную и вывернутую наизнанку квартиру. Магнитофон, то единственное ценное, что здесь было, грабители не тронули, к удивлению.

– Как выглядел – запомнили?

– Да со спины что скажешь? Он капюшон на себя нацепил, волосы еще так странно торчали… – покачал головой алкаш.

– Щуплый зараза такой, но грудь накаченная, – просипел второй алкаш, которому я по кадыку съездил, тоже в себя после трепки пришел.

Не густо.

– Высокий?

– Да не сказать, что высокий, обычный, мелкий, скорее, даже…

– Шустрый, как вошь! – закивал третий пришедший в себя алкаш. – Как баба подвижный, дерганый.

– Не, какая баба будет лезть! – отмахнулся Макс. – Торчок наверняка какой‑то.

– Русский?

– Говорю же, лица не видно, но если по одежке судить, то раньше я его на районе не припомню, чес‑говоря, – задумчиво протянул Макс, ну и резюмировал: – Ты прости, что не сдюжили, в натуре хотели от души помочь.

– Да ладно, мужики, спасибо, что вообще впряглись.

Теперь после короткого разговора с алкашами яснее ситуация не стала. Какой‑то хмырь, не разбери зачем и с какой целью, вдруг решил в мою хату залезть средь бела дня. Все выпотрошил, в каждом углу пошарился, но взять – ничего не взял. Хотя если бы ему бабки были нужны, то магнитофон грабитель наверняка бы прихватил, в ту же комиссионку отнести или даже с рук толкнуть на базаре. Странное такое ограбление вырисовывалось, безо всякого смысла. Как будто не для наживы домушник пришел, а по другой причине. Может, мне что‑то пояснить хотели? Врагов у меня по новой жизни уже немало скопилось, я считай половине города дорогу перешел. Но, опять же, на хрена? Если припугнуть меня хотели, то вариант так себе. Или все‑таки у Ленки‑хозяйки что интересное в доме хранилось, о чем я не знал? Это можно было попробовать прояснить.

– Раньше такого не было, пока ты здесь жил? – спросил я у своих нежданных защитников, которые чуть моими убийцами не стали.

– Неа, – Макс башкой замотал.

Ну ясно. Будем считать, что это такое недоразумение произошло. С поличным грабителя взять не получилось, где его теперь искать – непонятно. Поэтому самое верное решение сейчас – забить. И заодно прибраться в квартире, срач мне тут развел этот чудик, как Мамай тут прошел. Самое неприятное, конечно, испорченная мебель. Как я теперь хозяйке буду объяснять, что произошло? Дурак какой‑то грабил, а мне расходы компенсировать. М‑да.

– Ладно, мужики, спасибо вам еще раз за то, что в стороне не остались.

Я вытащил из кармана несколько мелких купюр – такая награда «за отвагу». Да и водяру у них разбил, хай новую купят и хорошенечко по такому случаю нажрутся. Алкаши просияли, руки потирая, а бабки все Макс себе забрал, на правах главного в этой пропитой компашке.

– Слышь, а где ты теперь живешь? – поинтересовался у него я, чтобы хоть как‑то на другую тему переключиться. – К жене чего не пошел обратно?