Боец 4: Лихие 90-е

– Я это к чему… Идея носится в воздухе, ну, о чем мы с тобой говорили. Думаю, скоро кто‑то из наших тузов проснется, сообразит, что к чему. Нам с тобой надо быть готовыми, чтобы вписаться в тему в первых рядах. По идее, мы самые подходящие кандидатуры!

– Так‑то оно так… – протянул я и передал вечерний разговор с менеджером: дескать, тот не особо оценил мысль, нереально пока это.

Андрей Борисыч иронически хмыкнул:

– Ну, это он или не умеет смотреть в завтра… хотя вообще это на него не похоже, насколько я его знаю, парень ушлый и прожженный, совсем не дурак. И без мыла… ну, в любое место влезет. А это значит…

Ракитин призадумался.

Я усмехнулся:

– Значит, хочет сам эту мысль кому‑то подогнать, раз от нее открещивается и обесценивает.

– Вот именно, – без улыбки сказал тренер. – Да только без нам ему все одно не обойтись. Если не дурак, так он это поймет. Ладно! Посмотрим, как дело обернется. Ты держи меня в курсе! А если ко мне кто придет – я тебе скажу.

– Обязательно.

На том и расстались. Я пошел пообедать, в парке были неплохие кафешки, можно было даже при желании подобрать блюда по оптимальному составу белки‑жиры‑углеводы, что я и старался делать, дабы не терять форму и не набирать лишнего веса. Поел, немного отдохнул, глядя в небо, на озеро, по которому народ катался на лодках и катамаранах, звучала ненавязчиво музыка… Побалдев, неспешно побрел к своим вагончикам, с ленцой думая, какой сегодня выстроим репертуар, сможет ли Руслан еще раздобыть кассеты… и на самом деле, не проникся ли он идеей турнира?.. Ну, поживем‑увидим.

Мысли иной раз реализуются внезапно: подходя к вагончикам, я увидел Руслана, нетерпеливо крутившегося рядом. Увидев меня, он так и воспрянул:

– О, Серый! – фамильярно воскликнул он, – а я тебя жду… Слушай, срочное дело есть! Поехали, в дороге расскажу!

– А репертуар, у меня ж скоро показ? – возразил я для порядка.

– Потом! Успеем, время есть еще, ну если что первый сеанс можно пропустить, хрен бы с ним. Погнали короче!

Мы сели в его замечательный «пирожок» и выкатили на улицу Карла Маркса.

– Куда едем‑то? – осведомился я.

– Да тут рядом совсем, прямо по Карлухе, даже без поворотов, – он махнул рукой влево.

– К кому? – сместил акцент вопроса я.

– К кому?.. – он вроде бы замешкался. – Да к шефу нашему. Короче, слушай расклад!

По его словам, шеф внезапно вызвал его сегодня утром и спросил примерно то, что мне сказал Андрей Борисович: дескать, ты вчера запускал в просмотр кассету с боями?.. Да, конечно, Вадим Антонович, было такое дело!..

Шефа зовут Вадим Антонович – оговорился Руслан.

И далее босс поведал, что у него достоверная информация: демонстрация этих самых боев имела грандиозный успех. Надо срочно косить капусту в том месте, где она сама вдруг пошла в рост – тут много ума не надо, чтобы это понять. Надо срочно искать такие записи, чтобы их целыми днями крутить, пока крутится… и все такое…

– И вот тут я говорю… – тон менеджера стал значительным.

Сказал он якобы то, что у него в одном из салонов – вместо Петровича, с которым горя нахлебались – работает пришлый парень из Ростова. Это парень сам знает толк в реальных рукопашных боях, уже ходит на «Труд» тренироваться к Ракитину и сам гоняет ребят до седьмого пота. Ну и заметил шефу, что если самим попробовать через меня турнир устроить, и записать на камеру бои, то потом можно легко гонять их по видеосалонам?

– Как будто перспективная идея, Вадим Антоныч, а?.. говорю, – хмыкнул Руслан.

Он балаболил все это, я спокойно слушал, кивал, а сам прикидывал: что в этом рассказе правда, а что сказки?.. В принципе все могло быть так, как он, Руслан, и говорит. А может, и как‑то иначе?.. А впрочем – мысленно махнул рукой я – это уже несущественно! Главное, что этот Вадим Антонович уже заинтересовался, почуял наживу не просто в демонстрации видеозаписей, а в их создании, стало быть, и в организации боев! Там ведь кассеты можно в другие регионы пулять – расширение бизнеса делать.

Дело, конечно, рисковое, но ведь как говорил тот самый классик, чьим именем названа вот эта самая улица?.. А говорил он так: нет такого преступления, перед которым бы остановился капитал, чувствуя предстоящие триста процентов прибыли!.. И прав ведь был, борода!

Тем часом дорога пошла немного в гору, слева возникло большое помпезное здание в серо‑коричневой мраморной облицовке, опять‑таки в духе довоенного конструктивизма. Руслан подрулил к нему.

– Нам сюда? – я ткнул пальцем на мраморный дворец.

– Ага! Здесь у нас штаб.

– А что это за здание?

– Здание‑то?.. Это вообще Дом профсоюзов называется. Ну, теперь тут арендуют все, кому не лень, вот и наш тоже тут… Ну, айда, че ты мнешься!

К зданию вела широченная уличная лестница в несколько ступеней, мы поднялись, прошлись вдоль фасада, вошли. Внутри было массивно и просторно, мощная лестница в виде буквы Y вела в бельэтаж, но Руслан подтолкнул меня вправо:

– Нам туда.

И пошли длинным коридором первого этажа со множеством дверей. Чем дальше, тем заметно суетливей и волнительней делался Руслан, видно было, что робеет. Ну, видать серьезный дядя Вадим Антоныч, раз такой ушлый пацан весь вспотел…

– Сюда, – Руслан толкнул одну из дверей.

Мы оказались в приемной. Шкафы, стол с компьютером «Макинтош», множество цветов. Темноволосая девушка в бежевом платье возится с одним из цветков на подоконнике.

Услышав, как открылась дверь, она обернулась. Улыбнулась вежливо.

Симпатичная кареглазая брюнетка. Легчайший обворожительный запах неизвестных мне духов.

– Привет, Алина! – торопливо бросил ей Руслан.

– Здравствуйте, – чуть поклонился я.

– Здравствуйте, – ответила она.

Какой приятный голос, черт возьми!..

– У себя? – Руслан кивнул на дверь слева. – Зайдем?

– Пожалуйста.

Я ощутил, как что‑то тает во мне от этих звуков и улыбки…

Руслан почтительно ссутулился, стукнул в дверь, приоткрыл:

– Можно, Вадим Андреич?..

– Входи, – бесстрастный ровный баритон.

– Айда! – прошептал Руслан.