Брачная игра сестер Блэкторн

Деревянная грубо обточенная палка – не слишком пригодная для настоящего фехтования из‑за неудобного эфеса и смещенного вперед центра тяжести – легла в ладонь. Я покрутила кистью, приноравливаясь к длине и весу – а затем, не дожидаясь команды Дебби, взметнула руку вверх, вытягивая тело в ровную напряженную струну. За спиной раздался дружный «ох», и я ощутила капельку гордости. Не зря Джаспер заставлял меня часами держать тренировочную шпагу, вырабатывая выносливость, и нещадно бил по локтям, плечам и прочим… выступающим частям, оттачивая стойки.

А старый слуга еще ворчал, что в поездке у меня не будет времени для тренировок. Кто бы мог подумать…

– Да, да! – Дебби довольно захлопала в ладоши. – Я под впечатлением, Энди! Шпага у тебя в руке, как влитая! Ты словно родилась с ней! – Леди обернулась к взволнованно гудящим девушкам и повелительно указала на меня. – Вот она, наша Джоанна. Берем! Фиби, поменяйся нагрудниками с Энди.

– Подожди! – Эткинсон вцепилась в доспех, не желая расставаться с ведущей ролью. – Мы же договорились. Я должна быть Джоанной! Давай хотя бы попробуем остальных. Эммелин и Дороти еще не держали шпаги. Вдруг они окажутся лучше?

– Я все решила, – повысила голос Дебора. – Больше проверок не нужно, я уже нашла то, что искала. Продолжаем. Времени мало.

– Но Дебби…

– Никаких «но Дебби», младшая, – окрикнул мужской голос. Мы обернулись как по команде, увидев в дверях лорда Кристофера в темно‑синей тунике, выкрашенном нагруднике и с темным шлемом под мышкой. – Если Дебора выбрала другую Джоанну, значит, у нас будет другая Джоанна.

– Может, сам тогда сыграешь, а братец? – надулась Фиби. – Уж ты‑то со шпагой управляться умеешь.

Девушки захихикали. Лорд Кристофер подобрался и, кажется, немного побледнел, но когда заговорил, голос его звучал ровно.

– Если моя леди захочет, чтобы я исполнил роль Аррейнской девы, видят боги, я это сделаю. Ради женщины, которая носит под сердцем моего наследника, я готов на все.

– Ценю твою самоотверженность, любовь моя, – нежно улыбнулась с кушетки леди Эткинсон‑Ленс, – но я уже нашла идеальную кандидатку. Придется тебе довольствоваться ролью френнийского короля.

Лорд Кристофер, заметно обрадовавшись, поклонился. Но, уходя, бросил на нас строгий взгляд.

– Напоминаю всем присутствующим, и особенно тебе, младшая, – проговорил он. – Расстраивать мою жену запрещено. А то, – понизил голос хозяин поместья, – выпорю и отправлю к матери. Тебе ясно?

– Ясно, – погрустневшая Фиби потянулась к завязкам нагрудника.

– В таком случае, продолжаем, – постановила Дебора, раскрывая книжку. – Осталось немного времени, а я хочу успеть пройти пьесу хотя бы до кульминации. Энди, готова? «И в бой поведу вас…» – сразу после этой строчки вынимаешь шпагу, принимаешь красивую позу и грозно смотришь вдаль. Три, два, один…

 

Шпага, покрытая золотой краской, ярко блестевшей в свете свечей, взметнулась вверх. Я застыла, вытянувшись в струну, на фоне картины бескрайнего поля с маленьким замком вдалеке. Синие точки вокруг серых башен изображали френнийское войско.

Живые актеры – семь молодых людей в синих туниках и закрытых шлемах, среди которых я узнала только лорда Кристофера, да и то исключительно по внимательным взглядам, направленным на жену, – выстроились у самых декораций в ожидании атаки. Зрителей я почти не видела – хитроумно расставленные полукружья сценических раковин направляли свет масляных ламп на сцену, погружая зал в полумрак и фокусируя внимание на актерах. Роль восторженной публики любительской постановки исполняли доктор Деборы, старшие родственники семейства Ленс и несколько их знакомых из окрестных поместий.

Сама сиятельная леди сидела напротив сцены, громко декламируя стихотворные строки.

 

Клинок золотой обнажила она,

Пришпорила белого скакуна,

Быстрее, быстрее! И следом за ней

Солдаты Аррейна пустили коней.

 

Я сделала пару решительных шагов вперед до условной точки, заботливо обозначенной крестиком на свежевыструганном помосте. За спиной смешно и грозно зашумели девушки, подбадривая друг друга перед решающей битвой. Я тихо хихикнула, радуясь, что за плотным забралом не видно улыбки, – славная аррейнская армия в нашем исполнении напоминала курятник на выгуле. Удивительно, как френнийцам, глядевшим на это со стороны, удавалось сохранять самообладание. Наверное, Кристофер и им прочитал с дюжину нотаций.

 

На лицах френнийцев заметен испуг.

Враг дрогнул, враг медлит – но что это вдруг?

От вражьих частей на коне вороном

Вперед поскакал полководец Гийом.

 

Высокий френниец сделал два шага ко мне, легким движением доставая из‑за пояса черную деревянную шпагу. То, как он держал ее в руке, как поигрывал легко, не чувствуя неудобства и тяжести, выдавало немалый опыт владения холодным оружием. Сойдись мы в настоящем поединке, это было бы даже интересно – у меня аж кончики пальцев зачесались от желания попробовать. Я никогда не сражалась ни с кем, кроме Джаспера, и за три года мы отлично изучили приемы друг друга. А с новым противником…

«С новым противником нужно лишь изобразить бой, – одернула я себя. – Это просто пьеса, вечернее увеселение для скучающей беременной женщины и ее родственников. Ничего, кроме пары взмахов шпагой, от меня и не требуется».

Но напряжение чувствовалось.

Я поправила шлем, готовясь к предстоящему поединку. И как раз вовремя – Дебора, дав нам несколько секунд, чтобы встать на позиции, перешла к следующим строкам.

 

Джоанна плотней опустила забрало,

Чтоб деву аррейнскую в ней не узнал он.

И два предводителя в схватке сошлись.

 

Шаг, еще шаг. Мы встали лицом к лицу на следующие крестики, ожидая команды.

 

Конь белый, конь черный друг к другу неслись.

И замерли все, наблюдая за боем,

Где в танце смертельном кружилися двое.