Чужая невеста для звездного странника

То есть, пошла в ту сторону, какую мне указали. Но не в свою каюту, а в рубку видеонаблюдения. В нее вход был только у моего отца. Или у человека, который в состоянии прошить свой браслет универсальным кодом доступа. Да, любая вычислительная машина генерировала бы эти цифры несколько лет. Но у Исабель Радро, девочки‑феномена, были свои методы. И не обо всем я рассказывала отцу.

Мой мозг просчитывал цифровые комбинации в буквальном смысле с немыслимой скоростью, а компьютер мне нужен, только чтобы их записывать. Если подумать, довольно скучная суперспособность.

Отец и мой хамоватый спаситель зашли в третью переговорку. Я приблизила изображение и усилила звук.

– Это и правда Исабель Радро? – спросил Митчелл.

– Да.

Отец сухо кивнул, предлагая гостю сесть.

– Кофе? – поинтересовался он.

– Не отказался бы…

– Адмирал Радро. Итак, что произошло?

Папа подошел к кофейному роботу, нажал пару кнопок, затем сел напротив Митчелла. Машина замигала, бесшумно подъехала к Карнелу.

– Ваш заказ? – спросил металлический голос.

– Двойной черный без сахара. Я курсировал недалеко отсюда, здесь пролегает моя кругогалактическая трасса. И увидел сначала крейсер наемников из “Черной смерти”. Он был замаскирован под завесой, но я его узнал. У меня есть радар. Один рейнджер подарил… подарила. Пролетев еще немного, заметил шлюпки явно оттуда, и они захватили челнок с вашего корабля, судя по эмблемам. Я решил, что стал свидетелем преступления. И что если верну вашу собственность… имею в виду шлюпку, могу получить неплохое вознаграждение.

– Правильно рассчитывали.

Отец принял поднос от робота со своей суперкрепкой смолой.

– Только вот мне теперь нужен новый корабль. Или полный ремонт этого. А сроки поджимают. Иначе рекорд покорения витка трех галактик я не побью. Так хотелось, знаете ли.

– Да, в недобрый час мы сделали тут остановку, – хмуро сказал отец, – мои люди вылетели на Миторак, пополнить запасы молока арунаков. Дивный деликатес, не смог удержаться. Из него получается любимое мороженое моей дочери.

– Что ж, Исабель осталась без мороженого, а я – без Кукулькана.

– Не осталась. Челнок вернется через час. А наемников я не боюсь, сюда они не сунутся. Другой вопрос, как они вообще узнали, что Иса покинула корабль? Этого ведь даже я не знал. Признаться, сначала я и вас принял за злоумышленника.

– Меня? – Митчелл чуть не поперхнулся кофе.

– Именно, – папа оставался невозмутим, – согласитель, прекрасная многоходовка – отбить девушку у хулиганов, привести свое средство передвижения в негодность и вынужденно остаться на моем крейсере. И дальше у вас полная свобода действий и мое доверие.

– А хоть кто‑то может рассчитывать на ваше доверие, адмирал? – усмехнулся гость.

– Дочь могла. До сегодняшнего дня.

– Ой, не верю, что она впервые такое отчебучила, – не утерпел Карнел.

– Всему наступает предел.

Мне стало стыдно.

– Что ж, Митчелл, ваш корабль поместили в грузовой отсек, мои техники проведут полную диагностику и вынесут свое заключение. Тогда и посмотрим, чем я могу компенсировать ваши потери. Ремонтом или новым судном. Больше я пока ничего не в состоянии сделать. Мне очень жаль, что из‑за беспечности моей дочери вы понесли такой ущерб.

– Как бы то ни было, я рад, что смог ее спасти.

– Это бесценно, – голос отца смягчился, – поверьте, я этого не забуду. Но на всякий случай за вами все равно будут присматривать. Ничего личного.

– Я все понимаю, адмирал Радро, – гость поставил пустую чашку на стол, – не сочтите за дерзость, я бы хотел еще побеседовать с вашей дочерью. Много слышал о ней.

– Только потому что вы ее спаситель, я соглашусь. Но без глупостей, юноша. Я понимаю, что Исабель может впечатлить мужчину, особенно умного. Но нам совершенно не нужны дурные слухи. Девочка уже не один год летит на другой конец этой галактики, к своему жениху.

Мне показалось, или на лице Митчелла промелькнула легкая тень разочарования?

 

ГЛАВА 3.

 

Я родилась безнадежно больной. Мой отец тогда был генералом имперского космофлота, а мама… маму мы потеряли сразу, как я родилась. Увы, при всем уровне развития нашей медицины и технологий, спасти безнадежную роженицу не получилось. Потому что все происходило в космосе. Мама решила навестить папу, которого не видела уже полгода.

Желание безрассудное, но на беременных женщин гормоны действуют вне зависимости от уровня социального прогресса. Она решила, что при рождении доченьки обязательно должен присутствовать отец, и никак иначе. До родов оставалось около месяца, она села на пассажирский корабль, летевший на ближайшую к отцовскому крейсеру планету. Рейс оказался туристическим, с прогулкой в открытом космосе. Нет, мама не была столь безрассудной, чтобы выйти наружу. Да и в скафандр она бы уже не влезла. Но это ее не спасло.

Один из группы туристов нарушил правила техники безопасности, злостно и глупо. Идеально выверенный бортовой компьютер не в состоянии полностью учесть человеческий фактор. Произошла частичная разгерметизация корабля и начался пожар.

Маму успели эвакуировать первым спасательным рейсом, но в пути начались роды.

У владельцев корабля отозвали туристическую лицензию, но нас это уже не спасло.

Родилась я в космическом челноке, на околопланетной орбите, в условиях частичной невесомости. Оттуда меня и забрал папа.

А потом ему сообщили, что при родах необратимо пострадал мой мозг. Одно из его полушарий не подавало признаков жизни.

Нет, отец не был безутешен. Эштон Радро в первую очередь всегда ищет выход, а потом уже залечивает раны.

Вот и тогда он поставил на уши половину галактики, в поисках способа продлить мне жизнь. Ведь я была всем, что осталось ему от умЕршей жены и соратницы.

– Я готов на все, – заявил он своему другу, президенту галактической Академии Наук.