Девять смертных грехов. Часть третья

Капитан сглотнул, но ярость придала ему сил:

– Не мне решать судьбу грандов, но, думаю, ваша семья не будет рада тому, как наследник ее позорит!

– Считаешь, что имеешь право решать за моего отца? – Карлос продолжал загонять капитана в угол. Думаю, еще немного, и как бы тот не разревелся, но времени было слишком мало.

– За нами идет нежить! – вмешался я. – С ними ревенант, он может атаковать издалека, бросая куски скал. Поднимите людей! Позовите генерала!

– А ну, заткнись! – Пачего как будто даже обрадовался возможности сорвать злость, и обращать внимание на то, что именно я сказал, он не собирался. – Эй, вы! – он обернулся к солдатам, наслаждающимся бесплатным зрелищем. – Арестуйте всех, кто не относится к семьям грандов, пусть посидят до вечера…

Больше тратить время на подобные глупости было нельзя. Я взмахнул рукой, выпуская меч в форме лисьего хвоста. Капитан опять оказался не готов к тому, что его угрозы не сработают – наверно, редко сталкивался с выжившими после встречи с умертвием. Тем не менее, он успел поставить щит, но лисий хвост пробил его, а потом вложенная в атаку капля красной розы погасила его сознание.

 

* * *

 

Мария думала, что ее уже ничем не удивить после всего, что сегодня случилось. А потом Счастливчик атаковал капитана седьмого отряда прямо на глазах у сотен солдат. И оглушил его!

– Связать его! Отнесем генералу, – спокойно принялся он командовать, и этот голос и уверенность в том, что так все и должно быть, передалась всем, кто его видел.

Торопыга подбежал и подхватил капитана, солдаты замерли, ожидая продолжения. Солдаты… Мария видела, что они не понимают, что происходит. Все смешалось. Наше нападение, приказ капитана – на одной чаше весов. И уверенное поведение Счастливчика, который вел себя так, будто каждый день наказывает по паре капитанов, а то и кого постарше, на другой. Удивительно, но каким‑то образом они уравновешивали друг друга.

Не прошло и пары секунд, как Счастливчик выяснил, кто среди собравшихся старший, и отправил его готовить лагерь к обороне, а сам уверенно двинулся в центр, туда, где располагался генеральский дом. Примерно на полпути им встретился первый патруль, и тут уже должно было стать жарко. В отличие от случайных солдат эти в рамках устава никак не могли пропустить мимо себя неучтенных чужаков. Что бы им ни сказали.

– Кто вы? А ну, сложите оружие! И отпустите капитана Пачего! – рявкнул незнакомый лейтенант.

– Мы идем к генералу! – просто ответил Счастливчик, а потом оглушил собравшегося что‑то рявкнуть вояку тем же приемом, что и начальника дозорной башни. – Каждый, кто остановит нас, ответит перед королем! Белый, возьми второго!

И опять воля обычного идальго словно подавила всех вокруг.

Неожиданно Мария вспомнила, как Счастливчик рассказывал про то, как побеждал могильных насекомых или гулей, и те признавали его власть. Неужели с людьми работает такая же звериная схема? Выбей главного, и остальные могут признать тебя хоть королем? Да нет! Девушка тряхнула головой, и они продолжили уверенный шаг к центру лагеря.

Следующий дозор постигла та же участь. Его командир отправился на плечо де Медины, солдаты – помогать с обороной, а они вышли на широкий плац, где проводились утренние построения. Он возвышался над окрестностями, и Мария бросила взгляд назад. Над той дорогой, по которой они пришли, начала подниматься пыль. Ревенант со своими подручными был близко, но почему‑то не спешил атаковать.

Странно. И от этого сердце начинало биться быстрее, чем обычно.

Или от того, что из дома генерала показался закованный в латы старик. Он сделал только шаг, но словно сам мир рванул ему навстречу, и Балдомиро Ордоньо оказался прямо перед ними. Бывший глава своего рода, который раньше времени уступил его сыну, а сам уже с десяток лет занимался только тем, что проливал кровь по приказу короля.

– И кто это тут у меня шумит? – генерал обвел отряд взглядом, но Марии показалось, что он смотрит только на нее одну. Смотрит и приказывает бросить меч.

Пальцы дрогнули и разжались. И когда девушка пришла в себя, то почти все лишились оружия. Удержались только все еще посмеивающиеся странники да, как ни странно, Счастливчик.

– Ты тоже хочешь такую силу? – вкрадчивый голос скверны снова поднял голову, но Мария сжала зубы и проигнорировала его. Почему‑то после победы на умертвием она поверила, что сможет добиться всего и сама.

 

* * *

 

Я почувствовал внимание генерала, еще когда мы разоружали второй патруль. Потом он решил посмотреть, что мы будем делать, но мы только дошли до площади и остановились. Тогда и наш гостеприимный хозяин не стал терять время. После устроенного его подчиненными я ожидал встретить кого‑то похожего на Анхеля Ордоньо, но генерал Балдомиро точно был другим. Потертый доспех для сражений, а не парадов, уверенный открытый взгляд и еле заметная хитрая ухмылка. Я неожиданно понял, что он напоминает мне отца.

– Вы знали, кто мы? И знали про нежить? – выдохнул я.

– Наконец‑то догадался, – хмыкнул генерал. – Конечно. Отряды загонщиков заметили вас еще полчаса назад и даже предложили помощь, но ваш учитель отказался. Попросил возможность дать вам урок, ну а я решил дать урок уже своим людям.

Генерал довольно потер усы.

Я бросил недовольный взгляд на Илию Наджеру, но тот сделал вид, будто ничего не заметил. Что ж, запомню… Возможно, что‑то такое отразилось на моем лице, и странник решил ответить.

– Многие воины, храбрые в бою против любого врага, теряются в обычной жизни. Они могут победить избранного скверны, но отступят перед крысой в костюме чиновника, просто не сумев поверить, что люди иногда бывают хуже тварей, – Илия увидел, что я кивнул, а потом повернулся к генералу. – Хочу сказать, что я своими учениками доволен, а вы?

– Я тоже, – неожиданно ответил генерал. – Тоже доволен вашими учениками. Теперь у меня будет прекрасный повод выкинуть отсюда всех крыс в мундирах, как вы сказали, которых подсунули мне недоброжелатели сына. Я ожидал, что они будут некомпетентны, но не настолько же.

– Подождите, – не выдержал я. – Я рад, что вы всем довольны, но ведь есть нежить. Ведьмы, гули, ревенант. И рыцарь!

Генерал сразу нахмурился, и от былого веселья не осталось и следа.

– Отряд вашего ревенанта сейчас разбирают четыре отряда моих загонщиков, им как раз нужна практика перед отправкой на передовую. Но вот рыцарь… Наджера, почему сразу не сказал? – генерал чуть наклонился к страннику, но вот чистота на того надавила гораздо сильнее. Я заметил, как напряглись мышцы Илии, чтобы не прогнуться.

– Я доложил о тех, кого мы видели, и о тех, кого убили. Рыцарь же – это догадка…

– Которая может стоить жизни моим людям! – поморщился генерал, и его чистота рванула во все стороны, словно воздух после взрыва бочки скверны.