Дом железных воронов

Я смотрю в сторону бара в поисках Энтони, но нахожу только Маттиа и Риччио, которые выпивают и болтают с Сибиллой. Мой желудок сжимается от нервов. Покинул ли он таверну или только столовую? Я смотрю в потолок. Если бы он поднялся наверх с девушкой, это означало бы, что он принял решение быть вдали от меня.

– Он на причале, бросает камни в канал. – Джиана проносится мимо меня с подносом, уставленным пустыми стаканами. – Ты первая девушка, которой он по‑настоящему заинтересовался.

– Пожалуйста, не надо, Джиа. Я и так чувствую себя ужасно.

– Я не хотела, чтобы ты чувствовала себя хуже, Фэллон. Мне просто грустно за него.

Морщась, я бормочу:

– Мне не следовало его целовать.

– О ком мы говорим?

Честно говоря, я не совсем уверена.

Наша приглушенная беседа привлекает внимание Сибиллы, и она подходит.

– Что я пропустила?

– Ничего, – бормочу я.

Сибилла закатывает глаза:

– Разумеется.

– Спасибо за приглашение остаться на ночь, но я собираюсь отправиться домой.

Сибилла смотрит на меня из‑под черных ресниц:

– Домой, да?

От ее намека лицо Джианы застывает. Она хватает наполненный кувшин и уходит.

– Что ее гложет?

– Ты же знаешь, как мы обе относимся к Фебу? Вот так она относится к Энтони.

Сибилла хмурится.

Я киваю на одну из толстых деревянных балок, которые удерживают таверну настолько вертикально, насколько это возможно на острове, разрушенном сильными приливами и ветрами.

– Данте поцеловал меня.

– Четыре года наза…

– Сегодня. Он застал меня врасплох в подвале и поцеловал, а потом пригласил на свидание.

Ее ресницы взлетают к бровям.

– Что? Почему я слышу об этом только сейчас? О… – Ее рот округляется. – Так вот почему Энтони был не в настроении.

– Я не думаю, что он знает.

– Ну, тогда… merda.

Да, дерьмо кажется подходящим словом.

– Есть какие‑нибудь мудрые слова?

– Мне нечем тебе помочь, детка, но я могу держать тебя за руку, пока ты решаешь, кто тебе больше нравится.

Она бы так и сделала.

Я обнимаю ее одной рукой и желаю спокойной ночи, расправляю плечи и выхожу в залитую звездным светом темноту, напоминая себе, что это не обман – не было дано никаких обещаний и не произнесено никаких клятв.

Так что, по правде говоря, у меня нет причин злиться на Данте или врать о моей связи с Энтони.

 

 

Глава 16

 

Энтони сидит на причале у лодки, поставив ботинки на корму. Его спина выпрямляется, когда я приближаюсь. Как он чувствует мое приближение, остается загадкой, потому что я бесшумно ступаю по пирсу.

– Больше не прячешься от меня, Фэллон?

Его замечание возвращает меня мыслями в подвал, где Данте задал мне тот же вопрос. Вот только от него я не пряталась.

– Да.

Энтони оглядывается через плечо, приподняв брови. Я так понимаю, он не ожидал откровенности. Я ставлю блюдо с едой и сажусь рядом с ним.

Мое исчезновение приглушило блеск его глаз.

– Почему?

Я наблюдаю, как огромный желтый змей извивается под рядом лодок, распугивая стаю уток, которые крякают и кричат, выпрыгивая из иссиня‑черного моря.

– Данте приходил повидаться. – Я прикусываю нижнюю губу. – Он поцеловал меня, а потом пригласил на свидание.

С меня хватит секретов. Энтони, может, и не любовь всей моей жизни, но, возможно, и Данте тоже.

Пророчество‑шморочество.

Краем глаза я замечаю тень, пробегающую по лицу Энтони.

– Он даже не пригласил тебя на праздник.

Я наконец смотрю в его сторону.

– Он пригласил, но бабушка спрятала ленту, чтобы я не ходила. – Я до сих пор не уверена, она ли это сделала, но я не могу рассказать Энтони о Бронвен, поэтому озвучиваю очевидное. – Я ответила ему «да».

Зрачки Энтони сужаются до точек.

– А про нас ты ему сказала?

– Нет. Он не спрашивал.

– А если бы спросил?

– Я бы сказала. Мне нечего стыдиться. Особенно учитывая… учитывая… – Мой голос превращается в страдальческий хрип.

– Все, что мы сделали, – это поцеловались?