Дракон из пепла

– Не переживай. Я и сам из благородных, но мне это не помогло…– слабо произнёс молодой человек.

– Я знаю! – охотно поддержала разговор девушка. – Я слышала, что «драконами» могут стать только аристократы, да и то избранные! А Вы расскажите мне, почему вас так называют…ой…

Медсестра умолкла, заметив, что глаза её пациента буквально слипаются. Эшланд ещё был слишком слаб для долгих бесед. Алиция испугалась, что ей сейчас достанется от мисс Элис и потихонечку выскользнула из палаты. Молодой человек лежал здесь один, но вовсе не из‑за его благородного происхождения и особого статуса, просто руководство больницы боялось класть его к другим пациентам, опасаясь каких‑то непредвиденных ситуаций. Кто‑то мог устроить и банальную истерику, узнав, что на соседней с ним койке лежит представитель клана убийц. А старейшему госпиталю в стране не нужна была плохая репутация.

Эшланду вновь снилась прошлая жизнь. На этот раз его память подкинула ему воспоминания о бесконечных изнуряющих тренировках.

– Дракон должен уметь ходить бесшумно! Так, чтобы не только человек не услышал, но даже опытный маг ничего не заподозрил! – строго вещал наставник Равен.

Это был очень крепкий мужчина с тёмными волосами, в которые уже прокралась проседь, и небольшой искусно оформленной бородкой. Черты лица его были достаточно симпатичными, но маленькие, «колючие», чёрные глаза, которые, казалось, заглядывали в самую душу собеседника, несколько портили красивый и благородный облик.

Сэра Равена все боялись. И немудрено. С учениками он обращался строго, добиваясь от них идеальных результатов. Непослушных мог запросто выгнать зимой босиком на мороз, заставить стоять коленями на гречке, которая неприятно и мучительно впивалась в кожу, или облить прямо в постели ледяной водой из ведра.

Немногие, к кому строгий учитель относился хорошо, были его родственниками. У мистера Равена родилось три дочери, и никто из них ни о какой жёсткой дисциплине никогда не слыхивал. Это были типичные избалованные заботой и деньгами девицы, которые могли себе позволить купить новое платье по цене, равной ежемесячному доходу обычного человека. А старший сын наставника Эшланда уже давно занимал солидный пост в министерстве и сделал для своего не самого зрелого возраста просто головокружительную карьеру.

Жена же сэра Равена пропала много лет назад при невыясненных обстоятельствах. Официальной версией стало то, что бедняжка провалилась под лёд и утонула. Но злые языки поговаривали, что здесь замешан криминал и даже прямиком указывали на деспота мужа. Правды же никто толком не знал, а если и знал, то предпочитал молчать, опасаясь гнева влиятельного человека.

К Эшланду его наставник относился довольно неплохо. Он никогда сильно его не хвалил, но и практически не подвергал наказаниям, впрочем, молодого человека и наказывать то с детства было особо не за что. Он рос на редкость дисциплинированным, строго соблюдал распорядок дня, зубрил все положенные заклятия, посещал тренировки. И когда однажды Эшланд случайно подслушал разговор учителя, где тот говорил своему помощнику о том, кого видит в будущем Первым Драконом в новой смене, он был приятно поражён, услышав своё имя.

В определённый период старшие наставники выпускали в жизнь новых подготовленных служителей клана. И каждый бывший ученик занимал своё место во внутренней иерархии согласно собственным способностям. Первый Дракон имел право принимать заказы лично от короля и представителей аристократии. Он же мог сам распределять «работу» среди представителей своей мини‑ячейки. Также имел полномочия применять к остальным различные штрафы и наказания, а в крайнем случае даже обратиться к старейшинам с просьбой изгнать недостойного из клана или убить.

Конечно же, Эшланда крайне манила мечта стать Первым. За время обучения он уже порядком устал находиться в чьём‑то подчинении. Ему хотелось свободы и самостоятельности. Но он понимал, что полная свобода и независимость для него уже никогда невозможны, он не сможет развязаться с кланом. Его никто не отпустит, скорее убьют за неповиновение. А вот став Первым, он может получить хоть какую‑то власть и хорошую жизнь…

Конкурентом на эту роль ему стал настойчивый парень с созвучным именем Эдмунд. Он обладал жёстким и злым нравом, так что его даже за глаза сравнивали с учителем Равеном, и был готов на всё ради достижения собственных целей. Вот и сейчас, узнав, кто станет его финальным противником, Эшланд понял, что бой будет непростым и кровавым. Конкурент наверняка постарается сразу его убить, чтобы не иметь в будущем тайного врага, мечтавшего занять его место. Так оно и вышло.

Но теперь молодому человеку снилась не та кровавая битва, а бесконечные тренировки в ходе подготовки к ней. Во сне он вспоминал, как долго учился коронному трюку «драконов» – способности исчезать мгновенно без всяких громких заклятий, чтобы за пару секунд телепортироваться в совершенно другое место. Для наёмного убийцы это был крайне полезный навык.

У Эшланда он никак не получался и вдруг однажды, когда учитель за что‑то на него разозлился, молодой человек мгновенно исчез, превратившись в чёрный дым, а затем появился в собственной комнате. Сэр Равен тогда оценил такой прорыв в обучении и даже перестал злиться, скупо похвалив своего ученика. С тех пор мгновенные перемещения давались Эшланду лучше всех. И его противник Эдмунд так и не смог его в этом превзойти. Зато в плане физической силы он очень опережал худощавого от природы молодого человека…

Эшланд поморщился во сне, погруженный в неприятные воспоминания.

А в это время Алиция выскользнула в больничный коридор, наткнувшись там на свою подружку‑коллегу. Флоренс была заметно крупнее и выше ростом, у неё были длинные густые русые волосы, которые она обычно закалывала или заплетала в косы. На ней также было надето длинное белое платье в пол с застежками на спине – традиционная форма сестер‑целительниц в данной больнице.

– Ну как там твой «дракон»? – скептически поинтересовалась Фло у своей подружки.

– Т‑с‑с! – Алиция приложила палец к губам, призывая собеседницу к тишине. – Пациент уснул! Не шуми!

– Да он такой слабый, что его и пушкой не разбудишь, – хмыкнула Флоренс. – Может так ещё неделю продрыхнуть. Пусть скажет спасибо, что не стал инвалидом, навсегда прикованным к кровати. Правда, не знаю, сможет ли он теперь так лихо сражаться…Но и к лучшему! Пусть будет поменьше таких вот!

– Ты жестока, – укоризненно покачала головой девушка.

Они чуть прошли по коридору и остановились у большого витражного окна, сквозь которое проникали лучи скупого зимнего солнца. Больница была построена очень давно и изначально являлась замком богатого рыцаря‑мецената, который затем передал своё имение докторам и целительницам, чтобы они лечили здесь простых людей и солдат. По его задумке с больных не должны были брать деньги, но этот обычай быстро забылся. И сейчас пациенты в обязательном порядке благодарили своих лекарей, просто каждый по мере своих возможностей.

– Нашла кого жалеть! – пожала плечами прямолинейная Фло. – Парня из клана убийц! На самом деле, чем таких вот бандитов будет меньше – тем лучше!

– Прекрати, – упорно не соглашалась с ней Алиция. – Вспомни, какую клятву мы давали? Помогать всем, независимо от сословия, звания, денежного состояния…

– Только вот наши доктора не особо то спешат к беднякам, – едко заметила подружка.

– Но даже сам король официально разрешил существование «драконов»! Чего уж нам спорить с этим?