Драконий отбор, или Пари на снежного

Все пройдет, я все преодолею. Смогу побороть страх перед высшим, боль, наносимую его словами и поступками. Научусь игнорировать его самого. Все пройду, но свое получу! Я выживу. И не позволю смешать мое имя с грязью.

Эйр приземлился не на моем этаже, а на нижней площадке у вестибюля.

Даже так!

Вышла самостоятельно, не ожидая вежливости со стороны нового босса. Но напоследок хорошенько хлопнула дверью.

– Контракт не забудьте! – Бумажный лист вылетел в приоткрытое окно и приземлился у моих ног. – И пожалуйста, будьте любезны внимательно ознакомиться с условиями.

Эйр беззвучно взмыл в воздух.

У меня подступил ком к горлу.

Я подняла документ, прижала его к груди и, чувствуя себя полностью разбитой, медленно побрела к квартире.

Остывшая каша сиротливо стояла на кухонном столе. Вот только есть мне совсем не хотелось. Я положила контракт на стол. Взяла тарелку и всю остывшую еду отправила в мусорное ведро. Посуду со стуком поставила в раковину. Нужно было помыть, иначе потом зубами не отскребешь.

Зубами.

Я стояла, стиснув зубы, и тупо глядела на грязную посуду. Вцепилась пальцами в край раковины так, что костяшки побелели, и острый край железного обода врезался в ладони.

Выгоняй из себя, Таша, боль, все мысли и обиды, оставляй только решимость и злость. Если не во имя – так вопреки! За тобой брат и ты сама… Отступать некуда.

Так и виделась довольная рожа Акиры.

Проиграла! – Злорадная усмешка на пухлых губах. – Я так и знала! «Койот» мой!

– Ни хрена! – произнесла вслух. Плашмя ударила по вертушке смесителя. Тот фыркнул, выпуская слишком сильную струю. Тарелка обиженно звякнула от напора стремительно набирающейся в нее воды.

Я встряхнула головой. Сунула руки под кран… Взяла тарелку. Но, видимо, не судьба была сегодня ее вымыть.

В дверь позвонили. Я, так и не выпуская мокрую посудину из рук, прошла и повернула ключ в замке. На пороге стояли стражи. Двое в меховых мундирах и один в штатском. Разговор начал именно он.

– Рекстраж Норис Детром, – представился вежливо. И хоть выглядел спокойно, но взгляд, режуще колючий, скользнувший мне за спину в глубину квартиры, был совсем нехорошим. – Где сейчас находится ваш брат, сьера Рахи?

– Таша Рахи, – поправила как можно более ровным тоном. – В чем дело? Чем моя семья могла заинтересовать стражей?

Он посмотрел на меня с жуткой пустотой в черных зрачках. Меня всегда пугали стражи порядка. Интересно, что делают со студентами в их закрытой академии, отчего потом те выходят с вот такими бесстрастными лицами и черным вакуумом в глазах? Ходили слухи, что на последнем курсе тела подготовленных студентов занимают снежные демоны. Может, это и выдумка, вот только со стражами старались не связываться даже нарршари.

– У меня есть ордер на арест вашего брата, сьера Таша Рахи.

Несчастная тарелка выскользнула из ослабевших враз пальцев. Со звоном разлетелась на сотню осколков у моих ног.

– Что? – выдавила чуть слышно.

– Позвольте нам пройти?

– Его нет, – попыталась преградить дорогу тем, что в мундирах.

– Не нужно сопротивляться, сьера Таша Рахи, – мягко за плечи отстранил меня рекстраж Детром. – Не стоит зарабатывать себе административное взыскание. Мы все равно зайдем. – Глаза его при этом блеснули черным. Пугающе черным, потусторонним. Вежливый только внешне. Я не первый раз сталкивалась со стражами и понимала, что спорить с таким бесполезно. Не позволю сама, значит, воспользуются правом наложения вето. Ледовые оковы сомкнут не только руки, но и тело. Я буду покорной куклой смотреть, как тяжелые сапоги снежных стражей топчут мои чистые полы. Безвольная и безмолвная.

– Проходите.

Распахнула дверь.

– Это благоразумное решение.

Ну да, конечно! – скрыла злую усмешку. – Будто вы выбор предоставляете!

Стояла мрачным изваянием посреди коридора, пока трое беззвучно скользили по моей квартире. С трудом сдерживала ярость и безумный крик, так и саднящий горло: «Вон из моей квартиры!»

Второй раз за этот поганый день меня заставляли чувствовать себя униженной и неспособной противостоять происходящему. Будто северные боги за что‑то обиделись и решили проверить мою выдержку.

– Когда вернется ваш брат, – подошел ко мне Норис Детром, – посоветуйте ему явиться в отдел стражей. Так будет лучше для него.

Ага, обязательно посоветую. Смыться из этой долбаной страны. И билет в коридор дорог – портал на другие континенты подальше – сама куплю. Может, на юг? Там хорошо. Белые ночи и чистый песок у янтарного моря. А может, и мне туда рвануть? Подальше от колких холодных взглядов нарршари и наводящих жуть снежных стражей.

– Обязательно, – выдавила скупую полуулыбку. – Но по какому поводу вы ищете моего брата?

Ответа не ожидала. Обычно стражи не слишком разговорчивы. Поэтому удивилась, когда рекстраж ударился в объяснения.

– У Шаи Рахи произошел конфликт с молодым человеком, учащимся с ним на одном курсе. Его родители написали заявление, где обвинили вашего брата в применении холодного оружия и нанесении тяжких телесных повреждений. – Помолчал, глядя на мое стремительно бледнеющее лицо. – Хотите узнать мое мнение?

Изумление было ему вместо ответа.

– Я не хочу заводить криминальное дело. Но родители потерпевшего – известные в Ларморе личности, и они сделают все, чтобы наказать вашего брата. Однако я более чем уверен, что повреждения не настолько уж тяжкие. Но у меня есть заявление, и прежде чем начинать следствие, я хотел бы переговорить с вашим братом. Поэтому очень советую, чтобы он пришел ко мне. Я хорошо изучил все, что у нас есть на Шаи. – Норис Детром смотрел на меня изучающе. Слишком. Мне хотелось спрятаться от его пронизывающего взгляда. – У вас с ним была тяжелая жизнь. Вы смогли выкарабкаться. Хотя для учреждения, из которого вы вышли, это крайняя редкость. Можно позавидовать твердости вашего характера. Но Шаи – трудный подросток, хотя и не преступник. Мне импонирует, что ему знакомо слово честь. Вероятно, это у вас семейное. Думаю, он хотел заступиться за подругу… Дайя, так ее зовут?

Я вскинула на стража глаза. Как легко он меня заворожил! И голос мягкий, и тон, успокаивающий бдительность. Я едва не кивнула ему утвердительно, с желанием сказать адрес подруги Шаи. Вовремя пришла в себя. Испуганно сглотнула.

– Я не знаю, – выдавила, ощутив, как внезапно заболела от напряжения голова и в висках раздался равномерный стук. – Он не рассказывает мне о своих девушках.

Лицо рекстража осталось удивительно неподвижным, хотя глаза и расширились, в них начали крутиться ночные воронки, отчего у меня закружилась голова и пол ушел из‑под ног. Пришлось облокотиться о стену.