Это наш дом

– А если любовь, то все становится неважно. Но с прежними женами мужчина даже в таком случае не расстается, живут все вместе.

Вера лукаво улыбнулась и сказала:

– Захотите увеличить размер семьи, дадите объявление на специальном сайте, желающие найдутся. Свободных девушек у нас много.

– Нет‑нет, ни в коем случае! – возмутилась Мэри, ткнув кулаком в бок мечтательно заулыбавшегося мужа.

При виде этой улыбки ей захотелось огреть кобеля чем‑нибудь. Хотя на самом деле она была бы совсем не против второй жены, с юности думала о чем‑то подобном, не считала это неестественным, поскольку происходила из семьи мормонов, где многоженство в порядке вещей. Было бы неплохо, если бы появилась помощница, с которой легче обиходить большой дом и хозяйство. Но нет, рано пока думать о чем‑либо подобном, сначала надо поселиться и привыкнуть к местной жизни. Потом она посмотрит, и, если примет такое решение, то выбирать претендентку станет сама. А то ведь мужчинам, думающим исключительно нижней головой, выбор доверять нельзя. Выберут безрукую красотку, а хозяйственную женщину оставят побоку, недостаточно привлекательна, мол. Идиоты, что тут сказать!

Полет на флаере длился минут сорок, Смиты рассматривали пейзажи луны с немалым интересом, понимая, что им здесь жить. На удивление приятный ландшафт. Холмы, рощицы, бесчисленные ручьи и речушки, кустарник, причем, по словам Веры, на нем растут очень вкусные ягоды, можно будет насобирать и наварить варенья.

А затем на холме возле небольшой реки появился дом, в который Мэри влюбилась сразу и бесповоротно. Двухэтажный большой терем в древнерусском стиле, по словам александровки, окруженный множеством хозяйственных построек. Он выглядел настолько уютным, что женщине до зубной боли захотелось оказаться в нем.

– Это первый из предлагаемых вашей семье домов, – сообщила Вера, сажая флаер во двор, на специальную площадку.

– И последний! – решительно заявила Мэри. – Не надо других, этот нам подходит. Смотри, Джон, какая прелесть вокруг!

Фермер, которому дом тоже понравился, закивал. Действительно, от добра добра не ищут! Местность вокруг была просто восхитительна.

– А земля? – поинтересовался он.

– Ваша, – заверила Вера. – Завтра прилетят землемеры и нарежут участок. Думаю, восемьсот акров будет достаточно для начала?

– Восьмисот?! – восторженно выдохнул фермер, затем вспомнил, как надрывался на своих двухстах. – Но потяну ли я столько?..

– Дроиды помогут, вам достаточно будет только распределить между ними фронт работ, а дальше они и сами справятся.

– Хорошо, – кивнул Джон.

Он не знал, что сделала Вера, но дверь открылась сама собой, стоило ему прикоснуться к сенсору в виде человеческой ладони сбоку от косяка. В первую очередь дети достали переноску с наглым рыжим котом Питером, буквально украденным ими со двора после того, как судебные приставы выселили семью, и пустили его в дом первым. Тот осторожно принюхался, громогласно мяукнул, пометил косяк и гордо вошел. Смиты в сопровождении Веры последовали за ним. Для них начиналась новая жизнь. Какой она будет? Никто из семьи этого не знал, но надеялся, что хорошей.

 

Глава 5

 

Среднеазиатские республики бывшего СССР замерли в недоумении и страхе. Больше всего их население потрясла казнь всех значимых ранее людей, всех старейшин, глав родов и баев. Казалось, их власть нерушима, казалось, она будет всегда, но внезапно появилась непреодолимая сила, и все они задергали ногами на виселицах. Имперцы не пожалели никого, у каждого власть имущего оказалось рыльце в пушку. Преступления казненных описывались в прессе, старики читали газеты, смотрели телевизор и важно кивали, они давно подозревали такое, уж больно эти сволочи кичились своим богатством, буквально тыкали им в глаза остальным. Но никто не думал, что все на самом деле так плохо. И как теперь жить люди не особо представляли.

Бесплатные продукты, одежда, жилье и медицина тоже удивляли, ведь теперь любой человек мог спокойно жить, ему не требовалось больше работать ради выживания. Но те, кто поумнее, понимали, что ничего хорошего в этом нет. Ведь заскучавшие люди потребуют развлечений, им обязательно захочется чего‑нибудь эдакого. Странно, что имперцы этого не понимают.

Новая власть действовала по какому‑то своему плану, жестко, бескомпромиссно и настойчиво. Все школы очень быстро перепрофилировали, преподавание было разрешено исключительно на русском языке. Те, кто не знал его в достаточной мере, мог воспользоваться бесплатной услугой наложения гипнопакета. И почти все здравомыслящие люди, кроме сумасшедших националистов, ею воспользовались. А националистов осталось в живых и на свободе очень немного, и выжившие предпочитали помалкивать в тряпочку, вспоминая жестокие расправы над их собратьями. Но порой находились идиоты, пытающиеся сподвигнуть народ на бунты.

Старый Абдуллох, которому недавно исполнилось восемьдесят два, сидел на скамейке перед домом и задумчиво улыбался. Ему, в отличие от многих, происходящее очень даже нравилось. В империи он видел второй Советский Союз, которому когда‑то верно служил. Старик недовольно покосился на стайку молодежи неподалеку – ох, будут у новой власти проблемы с этими глупцами. Джихад у них, видишь ли. Вырастили фанатиков на свои головы. Точнее, их вырастили компьютер, улица и проповедники из арабских стран. Все им не так, вон, прыгают, кулаками машут, вопят, что надо браться за оружие, идти бить неверных и добиваться введения шариата. Что за дурачье?

– Здравствуй, уважаемый домулло Абдуллох, – заставил его вздрогнуть чей‑то молодой голос, говорящий по‑таджикски со странным акцентом.

Старик поднял голову. Перед ним стоял молодой широкоплечий парень, кого‑то мучительно напоминающий. Вот только кого? Однозначно кого‑то хорошо знакомого! Далеко не сразу до Абдуллоха дошло, что это лицо он постоянно видел в зеркале в далекой молодости. Как похож! Однозначно родственник. Но с чьей стороны? Всех своих детей, внуков и правнуков домулло помнил отлично, ни один из них не был настолько на него похож.

– Здравствуй, юноша! – степенно кивнул он. – Кто ты?

– Ты еще не понял? – как‑то странно усмехнулся гость. – Я – это ты, только с того корабля, – он показал пальцем в небо, где как раз проплывал «Снегирь». – И во много раз тебя старше, хоть и молодо выгляжу.

Домулло потрясенно смотрел на него, пытаясь уложить в сознании невероятное известие. Он почему‑то сразу поверил в сказанное альтер‑эго. Немного придя в себя, он выдохнул:

– Расскажи! Как ты оказался… там?..