Фармакопея

Не смотря на то, что Коттен продолжал служить так же усердно, и через два года после Заирской операции все же получил звание майора, командование уже не видело в нем того героя командира, которого всем ставило в пример. Его стали обделять в выборе свежих рекрутов, отдавая ему всех тех, от кого открестились остальные командиры. И при этом, стали направлять на самые сложные и опасные боевые задачи. Сначала это привело к снижению дисциплины, потому что несколько белых офицеров и сержантов уже с трудом справлялись с целыми отделениями черных бойцов, которые еще совсем недавно жили как дикари, и с трудом понимали французский язык. Далее, это сказалось на качестве боевой подготовки. А потом привело и к настоящим проблемам в реальных боевых операциях. Трое его бойцов погибли при десантировании, захватывая в январе 2013 аэропорт столицы Мали – разбились, не сумев раскрыть парашюты. Как выяснилось потом, из‑за неправильной укладки. Через полтора месяца, на границе с Чадом, целое отделение его батальона, вопреки приказу, самостоятельно выдвинулось на позиции противника и попали в засаду – четверо погибли, семеро были серьезно ранены. При разбирательстве выяснилось, что без капрала, который перед этим подорвался на противопехотной мине, остальные не смогли разобраться со сложной радиостанцией и не поняли приказа.

 

Все это вынуждало Коттена еще больше муштровать своих бойцов, чему они неявно, но активно сопротивлялись, как выяснилось позже. И финальной проблемой, поставившей крест на его карьере, стало дезертирство одного легионера его батальона, который с напарником из батальона Чадских военных, летом 2014 года перешел на сторону группировки "Боко Харам". Была организована операция, которая через три дня увенчалась относительным успехом. Два пикапа террористов были обнаружены и обстреляны вертолетом Легиона. Боевики, бросив обе машины, попытались скрыться пешком, но уже через час были окружены, и после скоротечного ожесточенного боя, оставшиеся в живых сдались. Были ранены трое легионеров Коттена. Среди сдавшихся боевиков оказался их бывший сослуживец, сбежавший три дня назад, и разъяренный Коттен, не дожидаясь трибунала, прямо там на месте лично расстрелял его.

 

После такого ЧП его отстранили от командования батальоном, и отозвали во Францию для расследования. Больше трех месяцев его держали под домашним арестом, регулярно таская к командованию на громкие разбирательства и угрожая трибуналом. Однако, серьезное раздувание этого дела было совсем не нужно ни Легиону, ни тем более Франции, и поэтому в декабре 2014 года майор иностранного французского легиона Венсан Коттен был тихо уволен со службы по истечению срока контракта.

 

– Здравствуйте, майор, – приветственно сказал Патрик Дидьен, протягивая руку Венсану. – Проходите в кают компанию, там уже накрыли для нас обед. Сегодня повар приготовил фаршированных кальмаров и пирог с осьминогом. Уверен, вы оцените. У месье Жене лучший повар во Франции.

– Благодарю, месье. – ответил Коттен и пригнувшись шагнул в дверь помещения. Дидьен кивнул Пьеру Жене и, легко похлопав его по плечу, прошел следом за майором.

– Передайте капитану, что мы готовы отплывать. Маршрут пусть выбирает сам из ранее оговоренных, главное через четыре часа прибыть в Марсель, – сказал Жене стюарду. – И можете подавать обед.

 

Кают компания на яхте Жене была размером с гостиную хорошей Парижской квартиры, а по убранству не уступала хорошим ресторанам. Как только мужчины сели за стол, моторы низко заурчали и яхта, плавно набирая скорость, направилась в сторону открытого моря. Два матроса тут же стали подавать блюда, а Пьер сам разлил по бокалам вино, саморучно откупоренной бутылки.

– Мы работаем с Пьером уже много лет, и я ему абсолютно во всем доверяю, как самому себе, – сказал Дидьен обращаясь к Коттену, и кивнул в ответ на благодарственный кивок Пьера. – Поэтому, он всегда сам организовывал все наши стратегические дела, и я не никогда не влезал в этот процесс. В том числе и в решение нашей проблемы в Кении, где вы, майор, сработали так эффективно.

– Я бы даже сказал – эффектно! – хохотнул Жене.

– Но дело, которое мы обсуждаем сегодня, настолько неординарное, – продолжал Дидьен, – что я пожелал лично присутствовать при сегодняшнем разговоре, так как осуществление всего задуманного нами, будет на века определять будущее компании, и даже всей медицинской отрасли. Или погубит нас в одночасье!

 

Венсан покосился на матросов, раскладывающих кальмаров по тарелкам и вопросительно посмотрел на Жене.

– Капитан и оба матроса, люди из моего ближайшего окружения и мои личные телохранители, – сказал Пьер в ответ на немой вопрос Венсана. – Все вопросы в их присутствии можно обсуждать открыто.

– Понятно, – ответил Коттен, хотя озабоченность осталась на его лице.

– Для начала я хотел бы спросить вас, майор, на сколько крупной структурой вы обладаете для участия в этом деле? – спросил Дидьен, приступая к еде.

– Во‑первых, ваш повар готовит отменных кальмаров, – ответил Венсан, и немного помолчал, провожая взглядом выходящих из кают компании стюардов. – Во‑вторых, те дела, которыми я занимаюсь, не требуют какой‑то определенной структуры. Тем более крупной. Мы же не армия. И если называть все своими именами, то я работаю один.

– Как один? – воскликнул Дидьен и удивленно посмотрел на Жене? Пьер усмехнулся и ответил вместо Венсана.

– Майор Коттен, месье, имеет в виду, что он работает без секретарей, бухгалтеров, маркетологов и тому подобных, привычных нам специалистов. Все переговоры, взаиморасчеты, организационные вопросы и, вообще, все дела он ведет сам. Я прав, Венсан?

– Да, месье. Все так! А что касается ответа на вопрос месье президента, то скажу, что у меня есть пятнадцать человек бойцов, каждый из которых высококлассный специалист в своей области. Все они живут, в общем‑то обычной жизнью, и из них я набираю требуемую мне команду на каждое дело, в зависимости от обстоятельств и поставленной задачи. Еще у меня есть примерно тридцать человек второстепенного состава, которых можно быстро привлечь, если операция должна быть более масштабной, и несложной, вроде охраны какого‑нибудь танкера или нефтяной скважины.

– А как же оружие, амуниция и все необходимые вам аксессуары? – все так же удивленно спрашивал Дидьен.

– Ну как вам сказать, месье… Оружие, тем более такое, какое используем мы, в принципе нельзя иметь по закону любой цивилизованной страны. Поэтому, мы его не имеем, и нигде не храним. Тем более, что все дела, в которых мы участвуем, организуются далеко за рубежом, и просто полететь туда со своим оружием не возможно. Для решения этого вопроса у меня есть целая сеть поставщиков, которая в любой части мира оперативно предоставит мне все необходимое. Это намного проще, безопаснее, и даже не намного дороже, чем пытаться все тащить с собой. По крайней мере, мы работаем именно так, – сказал Коттен и вопросительно посмотрел на Дидьена и Пьера.

– Рассказывай дальше, Венсан, – ухмыльнувшись сказал Жене. – Просто месье президент очень далек от этой темы, и у него появился шанс послушать настоящего профессионала, а не такого самоучку, как я.

– Да ладно тебе, Пьер, – сказал Дидьен. – Я помню, как ты все это мне рассказывал. И знаю все твои достоинства. Просто очень интересно послушать это от непосредственного участника. Кстати, майор, у вас есть какое‑то имя?

– Имя? – переспросил Венсан.