Грядущая буря

– Посмотрим… – задумчиво сказала Бенней. – Представим ситуацию, когда ты оказываешься в конфликте с некоторыми сестрами из твоей же Айя. Ты случайно узнала нечто, чего не должна была знать, и главы твоей Айя очень разгневаны на тебя. Вдруг тебе начинают поручать самые неприятные задания, словно хотят убрать с глаз долой и забыть. Скажи мне, как бы ты отреагировала в подобной ситуации?

Эгвейн едва не поперхнулась чаем. Коричневая сестра решила действовать напрямик. Неужели она начала расспрашивать о Тринадцатом книгохранилище? И навлекла тем самым на себя неприятности? Предполагалось, что лишь немногим известно о тайных архивах, о которых Эгвейн словно мельком упоминала во время своего прошлого посещения Бенней.

– Что ж, – сказала Эгвейн, глотнув чая, – допустим, я подойду к этому непредвзято. Думаю, лучше всего рассматривать ситуацию с позиции глав Айя.

Бенней едва заметно нахмурилась:

– Полагаю, что так.

– Далее. В описанной тобой ситуации можем ли мы предположить, что Айя было поручено хранить эти тайны? Ага, хорошо. Итак. Значит, с их точки зрения, были разрушены важные и тщательно разработанные планы. Подумай, как это должно выглядеть. Кому стали известны секреты, которых он не должен был знать. Это наводит на мысль, что утечка произошла где‑то среди самых доверенных людей, и это весьма тревожно.

Бенней побледнела, промолвив:

– Полагаю, я могу подобное представить.

– Тогда лучший способ разрешить эту ситуацию – подойти к ней с двух сторон, – сказала Эгвейн, сделав еще один глоток чая. Вкус у напитка был отвратительный. – Во‑первых, нужно успокоить глав Айя. Они должны знать: не их вина, что сведения просочились наружу. Будь я на месте гипотетической сестры, оказавшейся в подобной неприятной ситуации, – если она не совершила ничего дурного, – то пошла бы к ним и объяснилась. Тогда им не нужно будет искать того, кто выдал тайну.

– Но, – сказала Бенней, – скорее всего, это не поможет сестре – гипотетической – избежать наказания.

– Это тоже поправимо, – сказала Эгвейн. – Скорее всего, ее «наказывают», чтобы она не мешала, пока главы Айя ищут предателя. Когда они поймут, что искать некого, то гораздо вероятнее, что к оступившейся сестре отнесутся со снисхождением – особенно после того, как она предложит им решение.

– Решение? – спросила Бенней. Она держала в руках чашку, но, казалось, совсем забыла о ней. – И какое решение предложила бы ты?

– Наилучшее – компетентность. Очевидно, кое‑кому в Айя известны эти тайны. Если сестра выкажет свои способности и надежность, возможно, главы ее Айя поймут, что лучшее место для нее – среди хранителей тайн. Простое решение, если подумать.

Бенней сидела с задумчивым видом; над головой у нее медленно вращалось подвешенное на шпагате чучело зяблика.

– Да, но сработает ли оно?

– Это определенно лучше, чем корпеть в каком‑то позабытом хранилище, перебирая свитки и составляя их опись, – сказала Эгвейн. – Иногда несправедливого наказания нельзя избежать, но нужно, чтобы другие помнили, что оно несправедливо. Если же она просто смирится с тем, как с ней поступили, тогда скоро они станут считать, что она сама заслуживает подобного отношения.

«И спасибо, Сильвиана, за тот маленький совет».

– Да, – сказала Бенней, кивая. – Да, думаю, ты действительно права.

– Я всегда готова помочь, Бенней, – тихим голосом промолвила Эгвейн, снова принимаясь за чай. – В гипотетических, разумеется, ситуациях.

На секунду Эгвейн испугалась, не слишком ли далеко зашла, назвав Коричневую сестру по имени. Однако та посмотрела ей в глаза и даже слегка кивнула в знак благодарности.

Даже будь продолжавшийся всего час визит к Бенней единственным на сегодня, Эгвейн все равно сочла бы его примечательным. Однако, выйдя из апартаментов Коричневой сестры, девушка, к своему огромному удивлению, встретила у дверей послушницу, которая передала ей распоряжение явиться к Нагоре из Белой Айя. До встречи с Мейдани у Эгвейн еще оставалось время, так что девушка отправилась к Нагоре. Проигнорировать вызов к Айз Седай она не могла, хотя позже ей, несомненно, поручат дополнительную работу по хозяйству за то, что она пропустит мытье полов.

Нагора решила потренировать ее в логике – и заданные ей «логические головоломки» очень походили на просьбу о помощи в ситуации со Стражем, который не желал мириться со своими преклонными годами и неспособностью сражаться. Эгвейн оказала помощь, какую смогла, и перед тем, как отпустить ее, Нагора объявила, что «логика ее безупречна». После этой встречи Эгвейн ждало еще одно послание, на этот раз от Суаны, одной из восседающих от Желтой Айя.

Восседающая! Впервые Эгвейн получила распоряжение явиться к одной из них. Девушка не стала мешкать и поспешила на вызов. На пороге апартаментов Суаны, больше напоминавших сад, ее встретила горничная. Как восседающая, Суана вправе была потребовать себе покои с окнами, а примыкавший к ним балкон был полностью превращен в садик, где росли всякие травы. А вдобавок она развесила и расположила зеркала так, что они отражали свет внутрь комнаты, уставленной горшками с маленькими деревцами и большими кадками с кустами, среди которых нашлось место даже для грядок с морковью и редисом. В корзине Эгвейн с огорчением заметила в плошке горку гнилых клубней, – скорее всего, их собрали совсем недавно, но они уже успели испортиться.

Комнату наполняли пряные ароматы базилика, тимьяна и десятка прочих трав. Несмотря на беды Башни, несмотря на гниющие растения, здесь ее окутывал запах жизни – взрыхленной земли и тянущихся ввысь растений. А Найнив еще жаловалась, будто сестры в Башне не ценят пользу лекарственных трав! Ей бы стоило побывать в гостях у пухлой, круглолицей Суаны.

Эгвейн считала эту женщину удивительно приятной. Суана задала ей несколько рядов плетений – многие из них относились к Исцелению, которое никогда не было сильной стороной Эгвейн. И все же ее способности, по‑видимому, произвели впечатление на восседающую, поскольку в середине урока тон беседы переменился. Эгвейн сидела между двух кадок с деревцами, на табурете с мягким сиденьем, а Суана более подобающим образом устроилась на жестком, обитом кожей стуле.

– Мы были бы рады видеть тебя среди Желтых, дитя мое, – промолвила Айз Седай.

Эгвейн вздрогнула и удивленно заметила:

– Я никогда не проявляла особых способностей в Исцелении.

– Чтобы быть Желтой, важен не только талант, – сказала Суана. – Важна увлеченность. Если ты стремишься к тому, чтобы все было в порядке, любишь исправлять, что было сломано, для тебя здесь найдется цель.

– Благодарю, – ответила Эгвейн. – Но Амерлин не принадлежит ни к одной из Айя.

– Да, но до своего возвышения она принадлежит к какой‑то из них. Подумай об этом, Эгвейн. Ты могла бы обрести здесь дом.