Хозяин восьми морей: Возвращение в Сумрак

А затем совершенно внезапно гвалт начал стихать. Через несколько секунд город будто бы и вовсе погрузился в тишину, нарушаемую лишь плеском волн да криками чаек.

И размеренным цоканьем каблуков о деревянную пристань.

Фигура капитана поражала одновременно величественностью и расслабленной беззаботностью. Он шёл, не обращая внимания ни на кого, держа в руках бутылку рома.

Его плечи и спину закрывал длинный потёртый плащ. Плащ красного цвета с погонами свободного капитана. Именно этот плащ носил на заре своей карьеры отец Марси – капитан Джонсон. Почему‑то Марси считала вполне логичным, что её бабушка подарила этот плащ Тео.

Пшеничную голову капитана Лагранджа украшала тёмно‑синяя треуголка – подарок от Лагранджа‑старшего. Она дополняла образ. Сейчас человек, подошедший к корме пришвартованного Франки‑Штейна, выглядел точь‑в‑точь как выглядел легендарный отец Марси. По крайней мере, очень похоже капитана Джонсона изображают на гравюрах. Если не считать отличия в цвете кожи и волос, конечно.

И зеваки, и команда с замиранием сердца смотрели на то, как капитан взмахнул рукой и швырнул в борт корабля бутылку.

Раздался грохот, будто выстрелили из импульсного пистоля.

Бутылка разлетелась вдребезги.

– У‑А‑А‑А!!! – завопил народ.

Не поведя и бровью, капитан Лаграндж начал медленно подниматься на борт своего корабля.

– Что б ты сдох, грязный алти! – услышала краем уха Марси.

Быстро переведя взгляд, она увидела скрюченную старуху‑нищенку, показывающую команде Франки‑Штейна средние пальцы. Марси сразу узнала эту вредную, как голодная чайка, бабку – Матильду. Даже дель Ромберги слышали об этой портовой звезде.

– Умрите, алти!!! – перекрывала толпу старуха. – И все, кто с ними якшается! Сдохните! Пойдите на корм рыбам!

Не успела Марси подивиться силе голосовых связок этой бабки, как ситуация вновь изменилась.

Бац! И Матильде прилетает по роже огромной рыбиной. Где Тереза Джонсон взяла её, никого в тот момент не интересовало. Толпа вокруг пожилых женщин залилась весёлым смехом, злобно шипя, Матильда скрылась с глаз.

Ну а бабушка Марси, заметив её взгляд, сдержанно кивнула.

Марси улыбнулась. Шон толкнул её в бок, указывая на капитана.

Капитан Лаграндж уже был на шканцах. Крепко держа штурвал, он решительно поднял голову. От беззаботности не осталось и следа. Сейчас ему не терпелось сорваться с места.

– Команда! – заревел капитан Лаграндж. – По местам! Поднять якорь! Расправить паруса! Мы отправляемся!

Когда матросы побежали выполнять приказ, капитан гораздо тише добавил:

– Всем попутного ветра. Курс на горизонт.

 

Глава 2

 

– Ух ты! Так волнительно… – прошептала Марси, глядя на окружающий нас темно‑зелёный туман Сумрака. – Кажется, можно потрогать его, и он будет мягким, как вата.

Наклонившись над планширем, девушка потянулась рукой вперёд, но, разумеется, схватить Сумрак у неё не вышло.

– Очень любопытные цвета, – задумчиво проговорил Шон. А затем, прикусив от напряжения губу, вернулся к рисованию.

Глядя на своих юных офицеров, матёрые матросы улыбались и похихикивали.

– Не дайте возрасту обмануть вас, – сухо проговорил Берг, глядя на матросов. – Эти ребята по праву считаются лучшими. Знаний и силы в них больше, чем в вас. И вообще, не забывайте, благодаря кому вы до сих пор живы.

– Да ладно вам, господин Берг, мы ж по‑доброму.

– Ещё б вы по‑злому, – пробурчал Берг. – Посмели бы по‑злому, без ужина бы остались.

Закончив наставление, он пошёл в кубрик. До моего же слуха донёсся шёпот моряков:

– А капитан‑то, похоже, не впечатлён видом…

– Разве? Гляди, как улыбается.

– По мне, он выглядит так, будто домой вернулся, вот и радуется.

Хмыкнув про себя, я задрал голову. На небольшом марсе стоял Починкко и глядел по сторонам через подзорную трубу. В нашей команде по остроте зрения и зрительному восприятию он стоял на втором месте после меня. Так что я быстро определился, кто чаще других будет марсовым.

– Ну что там, братишка? – крикнул я.

– Пока всё так же, брат, – оторвавшись от подзорной трубы, крикнул он.

– Это нормально. Минут через пять должны показаться знаки.

Опустив взгляд на приборную панель, расположенную возле штурвала, я велел Марси встать на моё место, а сам спустился в свою крохотную каюту. Чтобы свериться с картами Сумрака, растянутыми на столе. Вообще, обычно путешествуя в пределах одного Сумеречного моря, капитаны стараются не заходить в Глубокий Сумрак. Но я решил устроить своей команде небольшую экскурсию. Совсем на глубину мы не полезем, но немного в границы Глубокого Сумрака зайдём.

Это опаснее, но зато быстрее.

Взяв в руки судовой журнал, я чиркнул пару строк. Хотел отложить его в сторону, но чувства взяли верх. Якорь мне в бухту! Я, считай, год как очнулся! И весь этот год боролся с порывом завести судовой журнал. За прошлую жизнь привык вести записи.

Но что за судовой журнал без судна?

Дневник же заводить не стал – это что‑то для леди.

Поэтому у меня был блокнот с записками.

Но теперь все эти переживания остались позади. Я с наслаждением вертел в руках талмуд в кожаном переплёте. Затем открыл первую страницу и пробежался глазами:

… Разрази меня гром! Наконец‑то я выйду в море!

… Как и планировалось, обеспечение я спихнул на Марси и Берга. Шон тоже вызвался им с этим помочь.

… Берг, похоже, поддерживает отношения с вдовой Видоу. Иначе я не могу объяснить, почему именно через него она передала своё пожелание встретиться со мной.

… На встречу я взял с собой Берга.

… Вдова сказала, что хочет хоть чем‑то отблагодарить нас за наш вклад в спасение острова и предложила выгодный фрахт.

… Я согласился и предложил вдове передать обсуждение деталей нашим помощникам. А ей не тратить на это время. Добавил, что Берг перед отплытием хотел бы с ней попрощаться.