Хранительница света

– Что, если Пертеас осуществит свои планы и… начнется война? Если он действительно вторгнется сюда со своей армией эльфов теней и демонов?

Неа была единственной, кто мог его остановить…

– А что насчет… моего ребенка?

– Нам кажется, он все еще в ее теле. Как только Неа очнется, она сможет направить сохраненную душу обратно в эмбрион.

– И он будет жить?

– Да, он будет жить.

Каая тяжело вздохнула. Она сомкнула веки, и перед мысленным взором внезапно предстали окровавленные губы Ариана, его черные глаза, ненависть в них… Что‑то внутри нее сломалось. Она скучала по нему. Он был рядом, но она все равно по нему скучала.

«Подумай о чем‑нибудь приятном», – сказала она самой себе, но боли меньше не стало. Она вспомнила поцелуй, затем то, как сильно скучала по нему. Каая повернулась на бок и прижала руки к глазам, которые страшно горели. Грудь сжалась, а печаль угрожала захлестнуть ее и поглотить все тепло внутри.

Когда раздался тихий стук в дверь, Каая вздрогнула. Она поспешно вытерла слезы с лица, и через секунду в комнату вошла Луана.

– Ты плакала. – Это было первое, что сказала эльфийка, после того как закрыла за собой дверь. Каая кивнула, потому что отрицать было бессмысленно. – Арон останется на ночь у брата, – продолжила она, не заостряя внимание на предыдущей теме, за что Каая была ей благодарна. Но тут Каая нахмурилась.

– Это не опасно?

Луана пожала плечами и села на другую сторону кровати.

– Наверное, он знает, что делает. Без толку обсуждать с ним эту тему в очередной раз.

Не говоря ни слова, Каая снова кивнула, хотя Луана даже не смотрела на нее. Она сложила руки на коленях и играла с пальцами.

– Если тебе одиноко, я могу поспать с тобой, – через некоторое время раздался голос эльфийки.

Каая удивленно приподняла брови и уже собиралась сказать, что в этом нет необходимости, но тут внимательно осмотрела свою подругу. Ее плечи слегка поникли, огонь в ее глазах тоже слегка потускнел. Все в ней говорило о том, что она и сама не хотела оставаться одна.

– Да, было бы неплохо. – Как только ее слова повисли в воздухе, уголки рта Луаны приподнялись.

– Если настаиваешь…

Каая не смогла сдержать улыбки и после того, как Луана устроилась рядом, погасила пламя свечи. Почему‑то теперь она чувствовала себя намного лучше. Может быть, все как‑нибудь уладится. Эта мысль сопровождала ее во сне, пока она не проснулась на следующий день. Солнце уже висело высоко в небе.

Луана тоже спала долго. Только около полудня они обе молча и с отяжелевшими веками вышли из комнаты. С каждым шагом они все отчетливее слышали голоса, доносившиеся из гостиной. Округлив глаза, Каая посмотрела на эльфийку, в чьих глазах виднелась тревога. Они бросились вниз по лестнице. Арон вернулся. И он был не один.

– Каая. – Ариан поднялся с дивана, что заставило Кааю застыть на месте. Казалось, сердце начало гнать по ее венам лед.

– Что он здесь делает? – спросила Луана, закрыв собой Кааю, которая по‑прежнему не могла сдвинуться с места. – Арон?

– Ему снова стало лучше, – ответил тот, и тело Луаны напряглось.

– Он чуть не убил Илиаса, – прошипела она.

Каая заметила, как Ариан тяжело сглотнул. Его вид пробуждал в ней самые противоречивые чувства. Больше всего на свете ей хотелось подбежать к нему и обнять, вдохнуть его аромат и прошептать на ухо, что она любит его. Но было там и кое‑что другое. Чувство, которое она похоронила глубоко внутри. Чувство, которое она больше никогда не хотела испытывать. Страх.

– Мне очень жаль, – прохрипел Ариан, и его слова вызвали у Кааи воспоминания о вчерашнем дне.

«Не знаю, почему я это сделал… Мне жаль, мне так жаль…»

Она на мгновение закрыла глаза, как будто могла таким образом изгнать из своей головы все дурное.

– Мы не можем держать его взаперти, как дикого зверя! – возразил Арон. – К чему это приведет?

– Я не знаю, может, к тому, что он не убьет нас всех? – сердито отозвалась Луана.

– Все в порядке. – Каая услышала свой собственный голос будто издалека, и все остальные тут же повернулись к ней. – Мы это исправим. Все будет хорошо. Все наладится, – добавила она, посмотрев на Ариана. Когда он встретился с ее взглядом, лед в ее жилах растаял и тепло очень медленно разлилось по груди. Она хотела в это верить. Она верила в это.

Луана продолжала закрывать ее собой. Она резко втянула ртом воздух, когда Ариан подошел ближе. Потом еще ближе. Каая обошла подругу и преодолела последний метр, отделявший ее от Ариана.

Они стояли почти вплотную друг к другу. Каая откинула голову назад, чтобы заглянуть ему в лицо, на котором отражались самые разные эмоции. Ариан протянул руку, остановившись всего в нескольких сантиметрах от ее лица. Его пальцы все равно были так близко, что она чувствовала их тепло на своей щеке. В его глазах светился немой вопрос, мольба, просьба разрешить прикоснуться к ней, но Каая не могла ему ответить. Еще несколько мгновений назад она думала, что хочет броситься в объятия к Ариану, но теперь видела перед собой только Илиаса. Как его лицо исказилось от боли, когда он поймал молнии, предназначавшиеся для нее.

– Ты не можешь меня простить, – прошептал Ариан, и уязвимость в его голосе вернула Кааю в реальность. Смирившись, он опустил руку.

– Каая, его глаза, – произнесла Луана позади нее спокойным тоном, в котором звучало предостережение. Каая тоже заметила черные пятна.

Ариан опустил веки.

– Я справлюсь, обещаю.

Каая инстинктивно положила ладонь ему на грудь, пытаясь успокоить. Она в самом деле почувствовала, как замедлилось сердцебиение, прежде чем он снова открыл глаза. При виде знакомого серого оттенка она улыбнулась.

– Я обещаю тебе: мы исправим это. Вместе, – пробормотала она. Ариан, наконец, преодолел все сомнения и заключил ее в объятия, которые ощущались так же, как и раньше. Будто она вернулась домой. Она отдалась этому чувству, даже забыла, что Арон и Луана стоят позади них, затаив дыхание. Но Каая знала, что Ариан не сделает ей ничего плохого. Точно не сейчас.

Каая неохотно высвободилась из объятий и посмотрела ему в лицо. Ариан нахмурил брови так, что между ними образовалась небольшая складка. Его ресницы задрожали, и он опустил взгляд на ее губы. Ариан слегка приоткрыл рот, будто собирался что‑то сказать, и ей стало интересно, ждет ли он от нее первого шага.

– И не вздумай просить нас оставить вас наедине, – раздался голос Луаны, отчего они оба вздрогнули.