Истории о Призрачном замке. Люди и боги. Книга четвертая
Дельфины резвились в волнах, не обращая внимания на щелканье старого смотрителя Чунга. Хранитель сидел, мрачно наблюдая за их игрой. Прошло уже почти две недели, а Чи‑Ктью все никак не давали ответа. Невозможно было понять – они не хотят говорить или просто не знают. С дельфинами действительно трудно было вести конструктивный диалог.
Как сказал Вектор, иногда нужно просто ждать и ничего не делать. Гектор наблюдал за ходом раскопок в долине Шун Хуашен, разговаривал со старой Юнь, читал, часами сидя на берегу треугольного моря пирамиды, пил чай, который Чунг Сабао сам собирал на теплых отрогах центральной возвышенности ковчега, и ждал. Дни шли один за другим, но никаких новостей не появлялось. Мировые державы, затянутые в ядерный конфликт Гордоном Фаркастом, хранили напряженное молчание. Американские чиновники вообще перестали упоминать Россию в своих выступлениях, Китай прекратил манипулировать рынком энергоносителей, стараясь как‑то загладить «ужасное недоразумение» – именно так назвали удар по территории северного соседа китайские дипломаты на тайных переговорах. Первый игрок старался держать Гектора в курсе всего, но он и сам знал только часть того, что происходило сейчас между тремя самыми сильными игроками в мировой политике, от которой «Агентство» всегда держалось подальше.
Блестящая серая спина показалась на поверхности совсем рядом с берегом. Хронвек спустился к самой воде и погрузил в нее руку, ни на что не надеясь. Чи‑Ктью, скорее всего, не смогут найти Фаркаста. Если б могли, то уже давно бы отыскали.
– Мы знаем, где Предвестник. Но мы не нашли существо, которое ты ищешь.
Хранитель встрепенулся и прямо в одежде полез в солёную воду. Уцепившись за скалу, он расслабил тело, прикрыл веки и освободил сознание, оставив в голове только один вопрос:
– Где он?
Чи‑Ктью защелкали, будто совещаясь, а потом Гектор снова почувствовал постороннюю мысль:
– Мы покажем. Смотри.
Маг еще больше расслабился, погружаясь в состояние медитации. Перед ним начали возникать чужие воспоминания – солнечные блики на волнах, крики чаек, незнакомая девушка – она стонет, выгнув спину. Яхта – большая, красивая лодка в зелёной бухте. По палубам снуют люди – матросы, официанты в ливреях, охранники стоят на своих местах, застывшие, будто статуи. А вот и старик в кресле – гордый орлиный профиль и старое, сморщенное тело. Возле него много прислуги и охраны. Отсюда открывается отличный обзор, это верхняя палуба. Гектор видит берег, зелёные деревья – сосны, пальмы, кусты с огромными цветами.
Картинка меркнет. Чи‑Ктью кричат и уплывают на глубину.
Когда Хронвек открыл глаза, он обнаружил, что его голову поддерживает над водой старый смотритель ковчега. Чунг увидел, что Хранитель очнулся, и произнес:
– Ты чуть не пошел ко дну. Что они сказали?
Гектор выбрался на берег.
– Я знаю, где Фаркаст. Предвестник на каком‑то катере, нужно действовать, пока он не уплыл.
– Сможешь попасть к нему?
– Не знаю. Надеюсь, План Пути поймет, чего я от него хочу.
– Ты весь мокрый.
Хронвек пожал плечами, наложил на себя Заклинание Грязной Кожи и пропал. Смотритель начертил в воздухе охранный знак, вздохнул и стал подниматься по каменным ступеням наверх, в свою пещеру.
***
Глеб трясся в брюхе военного вертолета. С самого утра у капитана Овчинникова был сумасшедший день – сначала он звонил в Кремль, потом ему перезвонили из администрации президента и очень вежливо попросили приехать через час. Глеб воспринял приглашение довольно спокойно – не то, что в первый раз. Ровно семь дней назад его уже туда вызывали, и это был «не обычный разговор», как выразился секретарь. Скорее, визит к президенту напоминал допрос.
Маленький человек задавал ему самые неожиданные вопросы, его интересовало то отношение Овчинникова к начальству, то детские годы капитана. Президент листал папку с его, Овчинникова, делом, и изредка поглядывал на собеседника. Когда он отложил увесистый талмуд описания жизни Глеба, тому показалось, что допрос окончен, но тут ему был задан еще один вопрос, которого капитан совсем не ждал. Президент вдруг перестал весело щуриться, стал совершенно серьезен и спросил:
– Расскажите о человеке в черном плаще с серебристой подкладкой.
Овчинников растерялся, а маленький человек удовлетворенно кивнул и добавил:
– Рассказывайте, рассказывайте. Что же вы замолчали?
Капитан пожал плечами:
– Это довольно странная история. Не хочу показаться лжецом.
– А вы представьте, что я именно такой истории и жду.
– Это правда?
– Я вас слушаю, капитан.
Скрестив наудачу пальцы, Глеб рассказал все, как есть – и про череду странных событий в маленьком городке, и про странный подвал, и про покрытый плесенью мир, и про Клийякку, и про человека, которого Овчинников спас от этого ужасного существа. А потом он рассказал про Хашат. Про молнии, про то, как они били из пальцев Гектора Хронвека, как трещали волосы на голове капитана, как смеялся серый, ни на что не похожий туман, как они бежали от него через дыру в ткани мира. Он рассказал и о людях, которые ждали его у руин старого храма.
Президент слушал, не перебивая. Когда Глеб замолчал, маленький человек спросил:
– Что вы можете сказать по поводу директора Карпова? Какова его роль в этом деле?
Овчинников осторожно ответил:
– У него был некоторый интерес, определенно.
– Какого рода был этот интерес?
– Думаю, он надеялся устранить Гектора Хронвека.
Президент помолчал, барабаня пальцами по крышке стола.
– Зачем ему это?
Капитан ответил не сразу – он пытался подобрать слова. Наконец, он сказал:
– Ему – ни зачем.
Его собеседник кивнул, серьезно и без ухмылки.
– Я поручаю вам очень важное расследование. Подчиняться будете мне напрямую. Действуйте смело, но сохраняйте конфиденциальность. О деталях расскажет мой помощник.