Как избавиться от наследства

Открыла дверь… Хм. Странно. Когда я сюда вошла – горели свечи и в камине полыхал огонь. Сейчас же комната тонула во мраке. Лишь светильник под потолком туалетной комнаты мягко касался тьмы за дверью. Если не потороплюсь, то и он прогорит. И придется мне блуждать в темноте в поисках кровати. А с учетом местности этот процесс может затянуться до утра.

Я устремилась к балдахиновому плацдарму. Когда до вожделенной посадочной площадки оставалось всего ничего, свет погас. В итоге я почти успела до того, как огонек в светильнике скончался. Добралась до края кровати и на ощупь отдернула одеяло. Легла, укрывшись им, и словно провалилась в мягкий теплый сугроб. Сон навалился на меня мгновенно, напрочь вытеснив из головы все мысли.

Пробудилась я от стука. Настойчивого стука в стекло, от которого дрожало все вокруг.

Сонно приоткрыла один глаз и увидела полоску солнца на белой простыне. Похоже, что наступило утро. Судя по ощущениям – наступило оно на меня.

Дзинь! Дзинь!

Казалось, еще один удар – и я услышу, как на пол посыплется тысяча осколков.

Я села на кровати, с неимоверным усилием распахнула глаза и… И заорала. Лобастая оскалившаяся морда стояла на балконе, щерила на меня клыки и показывала раздвоенный язык. Но хуже того, к морде прилагалось тело – мощное, в отметинах застарелых рубцов и шрамов, со здоровенными кожистыми крыльями. Лапы с длинными черными загнутыми когтями внушали лишь одну мысль: меня разделают такими за секунду.

Не переставая орать, я буквально взвилась на постели, утянув за собой немаленькое одеяло. Кубарем покатилась на противоположный край перины, прошлась бешеным бегемотом по чьим‑то ногам и сиганула на пол, под прикрытие кровати.

И только закрыв рот, я поняла, что в спальне воцарилась звенящая тишина. Больше никто не скребся в стекло, зато одеяло, которое я успела намотать на себя, как гусеница – кокон, сейчас кто‑то настойчиво пытался отобрать.

Я подняла голову и узрела темного. И ладно бы одетого, хотя бы частично. Этот тип предстал передо мной в знаменитом костюме Адама, только без фигового листочка.

– Ты? – выдохнул брюнет, все еще держа в руках одеяло. – Откуда ты вообще здесь взялась? В моей спальне? Я же вчера, как зашел, дверь закрыл и зачаровал, прежде чем отруб… уснуть.

Несмотря на то что смотрела на него снизу вверх, я пошла в наступление. Выпростав из одеяла руку, я демонстративно ткнула пальцем в пространство со словами:

– Вообще‑то это моя комната. Меня сюда твой Гринро привел!

Темный отпустил одеяло и скрестил руки на груди. Кажется, нагота его ничуть не смущала. Но и я не была невинной девицей, краснеющей при виде обнаженных тел. Как‑никак и в стиле ню приходилось снимать. Поэтому тоже плевать хотела на этого недоделанного Аполлона Бельведерского. И на его заявление: «Вон из моей спальни!» – тоже плевала. Причем трижды.

– Слушай, иди‑ка ты сам из МОЕЙ спальни. – Я наконец встала с пола, хотя укутанной в одеяло сделать это было нелегко.

В комнате резко потемнело и похолодало. А взгляд у чернокнижника стал таким, будто он решил меня им без криокамеры сохранить для будущих потомков.

И тут в стекло деликатно поскребли коготком. Чернокнижник махнул рукой, створки распахнулись, впустив в спальню мороз и ветер. Визитер тут же переступил порог и аккуратно затворил двери, помогая себе не только лапами, но и хвостом. Обернувшись к чернокнижнику, он чуть заискивающе уточнил:

– Мессир, может, мне попозже залететь, когда вы ее убьете?

В ответ Дэймон только глянул на летуна. Тот нервно переступил лапами и… И тут его глаза округлились и едва не выпали из орбит: он увидел на запястье чернокнижника браслет.

– Мессир… Вам можно посочувствовать? Вы все же женились на той светлой?

– Да. – Чернокнижник, поняв, что одеяло я так просто из рук не выпущу, потянулся за своей одеждой, что лежала на стуле недалеко от изголовья кровати. То, с чем не справились смущение и стыд (по той причине, что оных у Дэймона попросту не было), с легкостью удалось банальному холоду, ворвавшемуся в спальню. Темный таки решил прикрыться.

– Ты еще здесь? – обернулся ко мне чернокнижник. – Я же сказал, уйди!

– Куда и в чем? – Одеяло сползло к моим ногам. Я осталась в халате, растрепанная и злая, как ведьма. – Разгуливать босой и голодной по замку, кишащему склеротичными привидениями, которые не помнят, где покои хозяина, а где – гостей, я не собираюсь.

– Тут еще есть зомби и умертвия, – натягивая через голову рубашку, злорадно отозвался чернокнижник.

Я не подала вида, что сказанное меня удивило. Улыбнулась, сделала выводы и прикинула, чем эффективнее всего убивать чернокнижников.

Наверное, на моем лице отразилось нечто такое, отчего крылатый гость нервно сглотнул и тихо спросил:

– Мессир, а вы точно уверены, что вам в жены подсунули светлую? У нее такой взгляд… Подобный был у верховной ведьмы, когда она недавно пообещала пожирателю смерти лично его прикончить. Я сам видел…

– Но ведь пожиратель все еще жив? – как само собой разумеющееся уточнил чернокнижник, натягивая сапог.

– Ну как вам сказать… Почти… – осторожно ответил летун и бочком‑бочком начал придвигаться к двери. Не иначе, чтобы дать деру.

– Стоять! – увидев маневр гостя, рыкнул Дэймон. – Рух, ты зачем ломился ко мне в спальню в столь ранний час? Не поверю, что чтобы пожелать мне приятного утра и отличного дня. Вам, горгулам, вроде бы подобная дурость не свойственна – с утра без повода вламываться к темным магам.

Визитер поджал губы и дернул похожим на лопух и лишь чуть заостренным кверху ухом.

– Вы, как всегда, проницательны, мессир. Меня прислал к вам капитан пограничного гарнизона. Ночью в одной из деревень вспыхнул мятеж. Его подавили, но…

– Передай Таргусу, что лично буду вести допрос зачинщиков, – жестко перебил чернокнижник.

– Да, мессир. – Крылатый склонил голову.

– У тебя что‑то еще?

– Нет. Позвольте удалиться.

Темный кивнул, и Рух поспешил ретироваться. Даже стеклянные дверки вежливо и аккуратно после себя закрыл.

Во время этого короткого диалога я так и стояла посреди комнаты. Отмерла только тогда, когда горгул улетел, и тут же удостоилась тяжелого взгляда чернокнижника.

– Больше. Никогда. Не перечь мне. При свидетелях, – отчеканил он.

Я сглотнула и кивнула:

– Хорошо.

А потом увидела, как маска холодного и решительного темного мага слетела с Дэймона. Он протер лицо ладонями, будто умываясь, и устало произнес:

– Это и есть та причина, по которой владыка приказал мне взять тебя в жены.