Как избавиться от наследства

– Слушай, а ты всегда так питаешься или сегодня тут особое меню? – не выдержала я, наблюдая, как мужественно Дэймон поглощает ужин. – Вчера тот гевейк был намного приличнее…

– Потому фто, – усиленно работая челюстями и пытаясь отодрать кусок от отбивной, начал темный, – я его фам готофил.

Похоже, мясо было приготовлено в лучших традициях партизанского отряда и сдаваться на укус не пожелало. На отбивной остался четкий след зубов чернокнижника, но кусок был по‑прежнему целый.

– Кэр, наверное, мне стоит пояснить: я в этом замке бываю редко. Моя бы воля – вообще бы не появлялся. Но это родовое гнездо рода Райос, и я, как нынешний глава, обязан хотя бы несколько дней в месяц проводить здесь. Главное достоинство этой удаленной крепости – то, что сюда тяжело пробраться чужаку. Поэтому я тебя и привез сюда. Что же до слуг – за мертвыми мне проще следить, чем за живыми. Но, увы, и у зомби есть ряд недостатков, один из которых – готовка.

А вот теперь закашлялась я. Не то чтобы я была ханжой, да и против трупов вроде как ничего не имела (когда они мирно лежат с бирочкой), но есть после слов темного расхотелось окончательно.

– Слушай, может, ужин я приготовлю? Нормальный. Уверяю, что таланта для яичницы у меня хватит. Даже для блинчиков. Наверное.

– Кэр, не хочу тебя обижать, но память о твоем глинтвейне все еще жива.

– Мое дело предложить. Но смотри, ты многое теряешь. Это на ужин в дорогой ресторан ты можешь пригласить кого угодно, а вот так, чтобы вечером, сидя на кухне, поесть жареной картошечки прямо со сковородки…

– Знаешь, а ты умеешь уговаривать, – плутовски усмехнулся темный. Наверное, впервые за все время нашего знакомства искренне и по‑доброму.

Когда я оказалась у плиты, то поняла, что мне предстоит самое сложное в ужине – решить, что именно готовить.

Нежить, при нашем появлении быстро удравшая с кухни, оставила на огне пару кастрюль с подозрительно булькавшим содержимым.

– И это мне ты говорил про то, что меня к зельям подпускать не стоит? – подняв одну из крышек, возмутилась я. – Да, теперь я понимаю, что с твоими специалистами мне не тягаться.

Сделав ревизию в шкафах, я убедилась, что продукты в замке переводят бездарно. В мешках обнаружились и картошка, и свекла, и лук, и морковка. В морозильном сундуке – баранья голень.

Значит, будет борщ!

Вот только готовить в одиночку я не собиралась, хотя темный всем видом и давал понять, что будет помогать в нелегком поварском деле исключительно морально, развлекая меня беседой. Ага, сейчас. Вручила ему ножик и свеклу. Приготовилась, что в итоге в очищенном виде до меня дойдут три корнеплода размером с грецкий орех, но чернокнижник удивил. Быстро и аккуратно срезал кожуру. Еще и покрошил так тонко, что не на всякой терке натрешь.

– Но ведь умеешь же готовить… – протянула я, глядя на то, как он ловко орудует ножом.

– Ну я бы не сказал, что навык очищать и резать появился у меня у плиты, скорее уж на кладбище…

– Даже знать не хочу, кого ты там очищал и шинковал, – поспешно заверила я.

Но, похоже, темный из своей природной вредности решил мне досадить:

– Только на кладбищенской земле растет черная бульба. Ее цветы ядовиты, а вот корни – отличное средство, которое делает любой декокт в разы эффективнее. Так вот, как только ты вырвешь бульбу из земли, у тебя всего несколько ударов сердца, чтобы ее очистить. Иначе она затвердеет и превратится в булыжник, который даже самая острая сталь не возьмет.

– А я думала, что чернокнижники с умертвиями и духами работают.

– Нет, мы еще охотимся на бульбу, плотоядных кроликов…

– И гевейков.

– И гевейков тоже, – покладисто согласился темный. – К слову, этих самых гевейков я научился запекать на полевой практике, когда учился в академии. Нас на седьмом курсе отправили в Шумерлинскую топь, где путной еды отродясь не бегало. Зато вдосталь было ядовитых гребневиков и гигантских пауков‑трупоедов. С провизией у нас тогда как‑то не сложилось… В итоге мы питались гевейками, клюквой и надеждами на то, что нам удастся по‑тихому утопить магистра Расмуса, который и отвечал за провиант. Как нам заявил этот упырь… и упырь – это вовсе не иносказание: «Вы, выпускники боевого факультета, сможете выжить и без провианта».

Вот так за приготовлением борща мы и беседовали ни о чем. А после ужина я наконец узнала, отчего Дэймону срочно понадобилась в невесты лэрисса Лавронс.

Темные и светлые враждовали уже давно. Очень давно. Открыто войной друг на друга не шли, придерживались нейтралитета, то есть если и пакостили, то исподтишка. В этом плане старались разведки с обеих сторон. И однажды достарались. Чуть меньше столетия назад светлые попытались выкрасть у темных артефакт Первородного Мрака. Могущественный и, как я поняла, очень крутой. Но, похоже, что‑то пошло у шпионов не так. Совсем как при установке пиратской версии «Виндоус» полными чайниками. Правда, в итоге вышел не голубой экран, а перенастройка этого самого артефакта. В итоге то, что должно было нести смерть и хаос, стало, как бы выразиться поточнее… улучшать демографическую ситуацию. Сильно улучшать, быстрыми темпами. Причем больше всего – в Приграничье. Хотя сам артефакт находился в столице.

Я заинтересовалась: почему так? Я ради этого даже карту Темных земель попросила показать.

Дэймон, проводив печальным взглядом пустую кастрюлю из‑под борща, которую я как раз убирала в раковину, нехотя согласился. Мы отправились в кабинет.

Здоровенная карта висела у него на стене. В том самом пропахшем дымом кабинете, из которого слуги уже унесли сгоревшее кресло.

Чернокнижник показал мне не только карту, но и аккуратно обведенные районы, где за последние сто лет резко возросло число жителей. Возможно, это было бы даже хорошо, если бы не одно но. Численность жителей Темных земель росла, а вот сами земли – нет. Через десять лет Приграничью грозили голод, нищета и перенаселение.

– Конечно, удалось вернуть настройки артефакта Первородного Мрака, но вот последствия его сбоя… Советники предложили моему властелину маленькую победоносную войну в Приграничье, которая позволила бы привести численность населения в норму, – сказал Дэймон так сухо и цинично, словно процитировал чьи‑то слова. – Или пустить контролируемый мор, который забрал бы лишние сотни тысяч жизней. Но это жизни моих людей! – Темный сжал кулаки так, что костяшки побелели. – Владыка предложил иной выход – расширить границы Темной империи, если сочетать браком стража перевала и наследницу земель Лавронсов. Ведь именно их земли граничат через перевал.

У Дэймона был выбор: либо война, либо брак с ненавистной светлой и расширение владений за счет земель, что шли как приданое Кэролайн. Он выбрал второе. Выбрал ради своих людей. После объявления, что земли Лавронсов переходят во владение стражу Райосу и теперь ему принадлежат и территории за перевалом, его люди смело пойдут туда.

– А как же правитель светлых на это согласился? Чтобы часть его земель перешла тебе?

– У него тоже был небольшой выбор: война, которую он, несомненно, проиграет, даже бросив на врага силы всей Светлой империи, или мир и отчуждение земель. А с учетом того, что и в самой Светлой империи того и гляди вспыхнет мятеж… Аврингрос Пятый согласился на предложение темного владыки упрочить мир брачным союзом верноподданных.