Король былого и грядущего
Кто с птичьим хором в лад
Слить звонко песни рад,
К нам просим, к нам просим, к нам просим, –
негромко подпел Робин.
В лесной тени враги одни –
Зима, ненастье, осень.
Они счастливо рассмеялись и начали заново, поочередно выпевая строки:
В ком честолюбья нет,
Кто любит солнца свет,
Сам ищет, что поесть,
Доволен всем, что есть, –
затем оба вместе:
К нам просим, к нам просим, к нам просим.
В лесной тени
Враги одни –
Зима, ненастье, осень[1].
Пенье закончилось смехом. Робин, который накручивал на загорелые пальцы тонкие шелковистые пряди, падавшие ему на лицо, резко дернул за них и вскочил на ноги.
– Привет, Джон, – сказал он, сразу заметив пришедших.
– Привет, Хозяин, – сказал Маленький Джон.
– Так, значит, привел молодых сквайров?
– Они меня привели.
– Так или этак, добро пожаловать, – сказал Робин. – Я не слышал о сэре Экторе ни одного дурного слова и не знаю причин, по которым стоило бы травить его щенят. Как поживаете, Кэй и Варт, и кто указал вам путь через лес по моим прогалинам именно в этот день?
– Робин, – перебила его женщина, – ты их не можешь принять!
– Почему же, голубка моя?
– Они же дети.
– Именно дети нам и нужны.
– Это не по‑людски, – сердито сказала она и принялась собирать волосы.
Разбойник, видимо, полагал, что разумнее с нею не спорить. Вместо этого он оборотился к мальчикам и спросил:
– Стрелять умеете?
– Будьте уверены, – сказал Варт.
– Мог бы попробовать, – сказал более сдержанный Кэй под общий смех, вызванный заверением Варта.
– Иди‑ка сюда, Мэриан, дай им один из твоих луков.
Она подала ему лук и с полдюжины коротких стрел.
– А ну‑ка, в чучело, – сказал Робин, передавая их Варту.
Варт огляделся и обнаружил чучело примерно в сотне шагов от себя. Он понял, что свалял дурака, и весело сказал:
– Прости, Робин Вуд, но, боюсь, для меня это далековато.
– Не беда, – ответил разбойник. – Выстрели. Мне достаточно посмотреть, как ты это делаешь.
Варт наложил стрелу как только мог быстро и аккуратно, широко расставил ноги в линию с направлением, по которому хотел отправить стрелу, расправил плечи, оттянул тетиву к подбородку, смерил взглядом мишень, направил стрелу вверх примерно на двадцать градусов, прицелился на двадцать ярдов правее, потому что всегда немного отдергивал влево, и пустил стрелу. Он промахнулся, но не сильно.
– Теперь Кэй, – сказал Робин.
Кэй произвел те же движения и тоже выстрелил хорошо. Каждый держал лук верно, быстро отыскивал старшее перо и соответственно ставил стрелу, каждый натягивал лук за тетиву, – большинство мальчиков, которых этому не учили, тянут за кончик стрелы около выемки, сжимая его большим и указательным пальцами, но настоящий лучник оттягивает тетиву двумя или тремя пальцами, позволяя стреле лишь следовать за ними, – ни тот ни другой не позволяли острию стрелы отклоняться влево, пока натягивался лук, и не цепляли тетивой за левое предплечье, – две ошибки, общие для незнающих людей, – и каждый пускал стрелу без рывка.
– Хорошо, – сказал разбойник. – Эти не только на арфах играют.
– Робин, – резко произнесла Мэриан, – нельзя подвергать детей опасности. Отправь их домой, к отцу.
– Я не сделаю этого, – сказал он, – если они сами не захотят. Это их драка, в той же мере, что и моя.
– Какая драка? – спросил Кэй.
Разбойник отбросил лук, уселся, скрестив ноги, на землю и, потянув девицу Мэриан, заставил и ее присесть рядом. Судя по его лицу, он испытывал затруднения.
– Дело касается Морганы ле Фэй, – сказал он. – А ее поступки объяснить трудновато.
– Я бы и не пыталась.
Робин сердито обернулся к возлюбленной.
– Мэриан, – сказал он, – либо нам придется прибегнуть к их помощи, либо придется оставить без помощи тех троих. Я не хотел просить мальчиков, чтобы они пришли к нам, но либо так, либо Тук достанется ей.
Варт решил, что самое время задать тактичный вопрос, а потому он вежливо кашлянул и сказал:
– Простите, а кто такая Моргана ле Фэй?
Все трое ответили сразу.
– Плохой человек, – сказал Маленький Джон.
– Королева эльфов, – сказал Робин.
– Нет, – сказала Мэриан. – Она чародейка.
– Суть в том, – сказал Робин, – что толком никому не известно, кто она. По моему мнению, она из эльфов. И этого мнения, – сказал он, взглянув на жену, – я продолжаю держаться.
[1] Перевод Т. Щепкиной‑Куперник.
