Корона Арвандила. Сиренекрылая в плену Арахнида

– Интересно, прекрасны ли эти внутренности так же, как и их госпожа? С удовольствием полюбовался бы ими…

Все мое тело онемело в ту же секунду, а в голову словно ударила молния. Я тихо вдохнула воздух и едва не захлебнулась его потоком, закашлявшись от ужаса. Легкие сжались, дышать стало труднее.

Я беззвучно сглотнула, осознавая, что это было не простое запугивание. Если корона не будет найдена за отведенное время, я действительно могу погибнуть. Сейчас каждая минута на счету.

Не знаю, что было страшнее: искать нужный мне предмет с этим больным ублюдком или с его молчаливым старшим братом, который неизвестно о чем думает. Я боялась отвести взгляд и встретиться с его равнодушными глазами, которые не выражали ничего, кроме вселенской пустоты.

Ракхтар выглядел сильным, широкоплечим и в целом хорошо сложенным, и на самом деле мало чем отличался от тех же Мрачнокрылых, обитающих с нами по соседству, за исключением того, что был почти вдвое выше их мужчин и кожа выглядела мертвенно‑бледной, как и у второго вторженца. Теперь, когда на мне отсутствовали туфли с каблуком, я даже не доставала ему до груди – настолько велика была разница в росте. Он ничего не говорил, но следил за каждым моим движением.

Наконец мы подошли к висевшему на стене гербу рода Серенвинд – длинному пурпурному полотнищу с двумя сужающимися концами, вышитому серебряными нитями. У меня голова пошла кругом, когда я слегка приподняла ткань и обнаружила вделанный в стену идеально круглый камень, который сразу же привлек мое внимание.

Может быть, это действительно то, о чем я подумала? В таком случае нельзя показывать идущему позади меня вторженцу, что я что‑то здесь заметила…

Нет, это не поможет найти корону, но, думаю, мне и не нужно ее больше искать, ведь я нашла то, что спасет жизнь моей семье. Этот камень – сигнал тревоги, от которого по всему дворцу разлетится сотня свистящих птиц, и ни один стражник не сможет его проигнорировать.

Если бы я попыталась нажать на камень сейчас, то, скорее всего, через секунду лишилась бы руки: я видела, с какой нечеловеческой скоростью Ракхтар замахивался, когда бил моего отца. Убедить его в том, что это путь к короне Арвандила, тоже не получится – он может не поверить. Или прикажет своему безумному младшему брату пытать короля до тех пор, пока Эльрисс или Эледир не выдержат и не расскажут ему правду о камне.

Я больше не могу так рисковать.

– Ты нашла ее? – внезапно спросил он, заставив меня вздрогнуть от неожиданности.

– Н‑нет…

– Тогда почему ты стоишь на этом месте дольше, чем делала это в других местах?

От его глубокого низкого голоса у меня по позвоночнику побежали мурашки. Тело била мелкая дрожь, но я постаралась взять себя в руки и вновь сосредоточиться. Оставался последний рывок, и мне нужно было продержаться еще немного.

– Потому что эта ткань напомнила мне о местонахождении короны, которая тоже скрывалась под фиолетово‑серебристым полотнищем. Но то было намного больше…

Пожалуйста, отвернись. Только на мгновение, но ты должен отвернуться, чтобы у меня появилась возможность задействовать сигнал тревоги. Я не знаю, для чего тебе корона, потому что ты не выглядишь так, будто собираешься узурпировать чужой трон. Однако, каковы бы ни были твои причины, я вижу, что она очень важна для тебя. Поэтому… поэтому отвернись и начни высматривать тот самый несуществующий кусок ткани, за которым она может скрываться. Мне нужно немного времени, и тогда я смогу избавиться от вас, наглых незваных гостей, посмевших довести мою драгоценную младшую сестру до слез!

Удача улыбнулась мне, впервые в жизни. Сегодня я, кажется, истратила весь ее годовой лимит, но оно того стоило. Повернув голову, мужчина огляделся вокруг себя в поисках других гербов.

В этот момент я подняла тонкую прохладную ткань и почти незаметно протянула пальцы к камню. Пульс стучал в висках, сердце бешено билось, как испуганная птица, и вдруг я почувствовала новый прилив сил.

Что ж, сейчас или никогда!

– Х‑ха!

Ладонь уперлась в круглый гладкий камень, и он легко поддался. Откуда‑то сверху послышалось беспокойное воркование и шумный шелест множества перьев. Подняв глаза к потолку, я увидела десятки больших сиреневых птиц, летящих прямо на нас. Их сильные крылья рассекали воздух при каждом взмахе.

Я едва успела отскочить в сторону и теперь с ужасом наблюдала, как они с невероятной хищной жестокостью налетают на Ракхтара, впиваясь длинными когтями в его мертвенно‑бледную кожу. Мужчина скрестил перед собой руки, пытаясь защититься от ударов, но эта защита не смогла уберечь его от столкновения с острыми птичьими когтями. Страшно подумать, что было бы со мной, останься я хоть на секунду на прежнем месте.

– Ракхтар! – ошеломленно воскликнул его младший брат, а затем обратил свой полный ненависти взгляд уже на меня. – Ты!.. Маленькая поганая тварь!..

Я вжалась спиной в ледяную поверхность стены. Нет, этого безумца можно было больше не бояться: личная охрана короля, не смыкавшая глаз ни днем, ни ночью, должна была явиться сюда с минуты на минуту.

Переведя глаза на мужчину, защищавшегося от агрессивных птичьих атак, мое сердце пропустило удар, болезненно кольнуло и будто бы замерло. Тот, кого еще недавно назвали Ракхтаром, теперь мало чем напоминал человека. Уголки его рта, казалось, разорвались, растянувшись до самого основания, обнажив клыки и длинные челюсти. На спине его черного камзола материализовались восемь огромных паучьих ног, острые концы которых блестели в ярких лучах света.

А птицы… сейчас он убивал последнюю. Он безжалостно пронзил острой лапой ее маленькое пернатое тельце, после чего без малейшего сожаления отшвырнул в сторону.

Мужчина тяжело и хрипло дышал, его сильная грудь вздымалась и так же быстро опускалась. Я сделала медленный, осторожный шаг назад, прижав ладони ко рту, чтобы случайно не издать ни звука.

Но он каким‑то образом все равно услышал. Его паучьи лапы дрогнули, бешеное дыхание замедлилось и затихло. Нарастающий ужас застрял где‑то в горле, и слезы невольно навернулись на глаза, когда он неспешно повернул голову в мою сторону.

Лицо Ракхтара, как и его руки, были изрезаны и испачканы длинными, беспорядочно расположенными дорожками густой, черной крови. Крови Арахнидов. Крови тех, кто уже много сотен лет не ступал на земли Арвандила, и не должен был ступать… Но сейчас он стоял прямо передо мной, готовый истребить меня и всю королевскую семью, как это сделали когда‑то и мои деды с его расой.

Он шел ко мне медленной, шаркающей походкой, глядя исподлобья. Черные лапы, торчащие из спины, дергались при каждом его шаге. Я попятилась назад, с трудом переставляя ватные ноги, пока не уперлась спиной в колонну. От соприкосновения с ней по позвоночнику побежали мурашки.

Одна часть сознания кричала: «Нет! Ты должна развернуться и бежать прямо сейчас, иначе он прикончит тебя, как недавно прикончил ту птицу!», а другая с сожалением качала головой и тихо шептала: «Уже поздно. Посмотри на длину его лап – ты и шагу не успеешь сделать, как он проткнет твое тело насквозь».