Корона Арвандила. Сиренекрылая в плену Арахнида

Оглядевшись по сторонам, я с ужасом поняла, что нахожусь в какой‑то грязной подземной камере и лежу на сырой колючей соломе. Вонь здесь стояла такая, что хотелось просто погрузиться в беспамятство и не приходить в себя до тех пор, пока меня не выведут на свежий воздух. Туда, где я смогу нормально дышать.

Страх усилился, когда пришло осознание того, что моя раненая нога, ранее пораженная инфекцией, совсем не чувствовалась. Как будто ее вообще больше не было.

– Проклятье… – тихо выругалась я, с трудом приподнимаясь на руках и принимая сидячее положение. Стопа и раньше болела, но я хотя бы чувствовала ее. А теперь боль полностью исчезла, но вместо этого я потеряла всякую способность ощущать собственную конечность.

– Кексики, пиро‑о‑оженки… Да‑а, идите ко мне, мамочка вас не обидит…

Я распахнула глаза и резко развернулась в сторону бормочущего девичьего голоса, доносившегося откуда‑то справа от меня. Там, у противоположной стены, на такой же грязной, скомканной куче соломы, сопела Фианна, вальяжно раскинувшись в позе морской звезды.

И тут в голову больно врезались воспоминания о вчерашнем дне. Коронация старшей сестры, нападение на королевский дворец, пауки, Арахниды, корона Арвандила… и мой плен…

– Вы там оглохли? – раздраженно повторил кто‑то, постукивая костяшками пальцев по металлическим прутьям.

Повернув голову в сторону ржавой решетки, я увидела по ту сторону от нее невысокого, симпатичного молодого человека с кудрявыми рыжими волосами, веснушками на щеках, чуть краснеющим носом картошкой и мягкими чертами лица без малейшего намека на скулы, внешне очень похожего на Фианну. На нем был плотный черный плащ, и, судя по светлым белкам глаз и ярко‑зеленой радужке, он не принадлежал к расе Арахнидов.

– Ну наконец‑то, – вздохнул он и, побряцав тяжелыми ключами, вставил один из них в замочную скважину.

Когда я увидела, как незнакомец сделал шаг вперед и вошел в камеру, мое тело напряглось. Зачем он пришел сюда? Неужели собирается пытать нас по приказу своего хозяина?

– Кто ты?

– Не бойтесь, я вам ничего не сделаю, – поспешил успокоить меня парень, а затем повернулся, протянул руки куда‑то за стену и достал поднос с двумя тарелками, в которых булькало неизвестное содержимое. – Господин Кайхкаррен приказал «принести завтрак в постель для двух юных леди», так что приятного аппетита.

Я действительно была голодна, так как на церемонии коронации из‑за переживаний за старшую сестру у меня и кусок в горло не лез. Но сейчас, когда я увидела перед собой глубокую, не очень чистую миску с грязно‑желтым бульоном, голод как‑то сам притупился. Есть больше не хотелось.

– Что это такое? Выглядит ужасно.

– Обыкновенная пища для пленных. В чем дело?

– «Пища для пленных»? – возмутилась я, отодвигая от себя дурно пахнущее варево, со дна которого на поверхность выплыла маленькая темная мошка. – Я даже не собираюсь пробовать эту дрянь. Если хочешь отравиться – ешь сам.

– Ха‑ха, похоже, избалованной принцессе не нравится наш тюремный рацион, – с иронией усмехнулся он, оставляя вторую тарелку возле «спального места» Фианны.

– А при чем здесь мой статус? Внимательно посмотри на содержимое тарелки – ты бы сам такое ел? Я что, по‑твоему, свинья?

– Ну все, хватит уже! – раздраженно воскликнул парень, после чего недовольно поджал тонкие бледные губы, забирая отвратительную жижу обратно. – Никто не заставляет тебя есть. Не хочешь – голодай, мне‑то что?

Со злостью проворачивая замок, он случайно задел железные прутья остатком связки ключей, отчего мирно спавшая минуту назад Фианна вздрогнула и открыла глаза, подняв голову и испуганно озираясь по сторонам.

– Э‑э‑э… – Она щурилась и всматривалась в мое усталое лицо, словно не могла понять, кто перед ней – живой человек или призрак. – Исилия? Это ты? А что… что это за место?

Я тяжело выдохнула и потерла пульсирующий висок. Мне казалось, что отвратительный гнилостный запах, витавший повсюду, впитался в ткань моего испачканного платья, которое теперь больше напоминало лохмотья. Похоже, жесткая солома хорошо поспособствовала этому.

– Неужели ты не помнишь, что было вчера? – спросила я, нервно теребя пальцы, сложенные перед собой.

– Вчера… э‑э‑э… – Было видно, что подруга всерьез задумалась. – О! Вчера! – Она на мгновение замолчала. – А что было вчера?

Я хлопнула ладонями по коленям и кисло улыбнулась ей.

– Ну… сейчас мы с тобой находимся в темнице Арахнидов.

Ее глаза испуганно округлились. Видимо, в ее голове пронеслись события прошедшей ночи – от полчищ маленьких мерзких пауков, копошащихся на полу, до ее собственных угроз откусить младшему брату Ракхтара все пальцы, а потом и нос.

– Ох… – Фианна выдохнула и провела рукой по лбу. – Я, наверное, наговорила вчера много лишнего, да?

– Не волнуйся, ты не одна такая.

Уверена, что те двое меня люто ненавидят после того, что я сделала там, в тронном зале. Но за то, что они посмели вторгнуться в мой дом, перевернуть все вверх дном, угрожать моей семье и довести до слез мою младшую сестру, я ненавижу их не меньше.

Интересно, насколько глубоки оказались раны Арахнида‑старшего? Сиреневые птицы, которых я выпустила из клеток и натравила на Ракхтара, не были обычными: они принадлежали к хищному виду пернатых, поэтому королевские охотники часто брали их с собой на охоту в леса, чтобы легче было добывать мелкую дичь.

Оставалось надеяться, что порезы от острых птичьих когтей на его лице заживут не скоро.

– Это… Эм, Исилия… – позвала Фианна, вырывая меня из раздумий.

– Да?

– А что нам теперь делать?

Отличный вопрос. Я задалась им сразу же, как только очнулась в этих холодных стенах, где с потолка монотонно капала вода, а в темном углу копошилась маленькая пищащая крыса.

– Пока, кажется, ничего. Наши мысли все еще в растерянности, ведь мы попали в подземелье только прошлой ночью. Сейчас мы находимся в ситуации, когда нельзя поддаваться эмоциям и принимать необдуманные решения. Этого… этого действительно не следует делать, просто поверь мне.

Фианна сделала серьезное лицо и быстро кивнула, а затем заметила стоящую рядом тарелку с тем самым сомнительным бульоном.

– О?

Она взяла его и осторожно понюхала, помешивая содержимое ложкой.

– Я бы не советовала, – сразу предупредила я ее.

– Почему? – вопросительно посмотрела на меня подруга.

Ну, даже не знаю, с чего начать. Стоит ли вообще начинать оглашать мой бесконечный список, построенный в голове несколько минут назад?

– У тебя может случиться несварение. И неизвестно, есть ли там яд, – только и сказала я.