Корона Арвандила. Сиренекрылая в плену Арахнида

Но потом один из них вдруг решил, что только его народ достоин смотреть на это солнце.

Ракхтар задумчиво постучал пальцем по темной поверхности стола: какой шаг следует предпринять, если нынешний правитель Арвандила откажется от обмена? Нет, он не заметил в его глазах враждебности к собственной дочери, но и особого проявления отцовской любви и заботы в них тоже не обнаружил. Что это за семейные отношения такие? Неужели все дело в том, что у девушки до сих пор не было крыльев? Но почему он, будучи ее родным отцом, вообще должен был беспокоиться об этом?

– Что же у тебя в голове, старый хрыч? – задумчиво пробормотал мужчина, поглаживая тарантула на плече.

 

* * *

 

Вскрикнув скорее от неожиданности, чем от страха, рыжеволосый юноша прикрылся руками и отпрыгнул вправо, в сторону тюремной решетки, когда тарелка влетела в стену прямо рядом с ним, с гулким стуком ударилась о каменную поверхность и разлетелась на куски. Выскочивший желтоватый бульон забрызгал его темный плащ.

Что ж, надо признать, у него отличная реакция. Жаль только, что одежда на нем была хорошего качества и вышита из дорогих тканей, но в следующий раз он подумает, прежде чем принести мне что‑то подобное на ужин.

– Что ты творишь?! – крикнул он, широко раскрыв зеленые глаза и агрессивно жестикулируя. – Вот же сумасшедшая девка! Истребительница посуды!

– Я предупреждала тебя, что не стану есть это, – спокойно ответила я. – Вместо того чтобы принести мне салат или хотя бы яблоки, ты снова налил это отвратительное варево.

– Черт! Это уже двадцатая тарелка за неделю! Ты хоть представляешь, сколько они стоят?! Когда господин Кайхкаррен прознает обо всем, он велит сделать новую партию тарелок, но уже из моего черепа!

– О, правда? – Я наигранно улыбнулась. – В таком случае, пусть и мне подарит одну. Уверена, что посуда выйдет замечательной и гораздо чище той, что ты приносишь мне по несколько раз в день.

– Какая же ты стерва!

– Сто‑о‑оп!

Громкий крик Фианны заставил нас обоих замолчать. Мы обернулись к девушке, которая уминала «гороховый суп» и, к моему удивлению, была все еще жива и даже полна сил.

– Во‑первых… – она показала на меня пустой ложкой, – суп очень вкусный. Действительно вкусный, хотя и немного странного цвета. Может быть, тебе просто не повезло, и в него забрался какой‑нибудь таракан, который испортил ингредиенты и сделал их непригодными для употребления.

Я передернула плечами и без особого энтузиазма кивнула в знак согласия. И правда, мое первое впечатление от еды испортила жирная муха, которая неизвестно сколько времени плавала там на дне.

– Во‑вторых… – сурово продолжила она, перенаправляя ложку на юношу, застывшего у железных прутьев, – не кричи на мою подругу. Это вина твоего господина, что мы сейчас здесь, а не живем в чистоте и комфорте и хорошо питаемся. А если ты его подчиненный и уж тем более беспрекословно выполняешь все его указания, то ты тоже виновен.

Парень запустил пятерню в свои светлые волосы и раздраженно поворошил их, нахмурившись. Было очевидно, что он хотел возразить Фианне, но у него заканчивались аргументы.

– Хорошо, – наконец выдохнул он, – но я не собираюсь извиняться, понятно? Твоя подруга разбила уже очень много кухонной утвари для пленников, а отвечать за ее уничтожение придется мне. И вообще… – Он на мгновение замешкался, словно решая, говорить это или нет. – Это я лично готовлю для вас бульон, а не кто‑то там другой.

Я удивленно моргнула. Что, серьезно? А как же повара? Или кто там у них отвечает за тюремный рацион?

– Теперь мне вдруг стало ясно, почему то, что Фианна называла «гороховым супом», было так на него не похоже.

Он медленно повернул голову в мою сторону и громко засопел, словно готов был вот‑вот лопнуть от злости. Впервые встречаю такого эмоционального мужчину… Но ведь я сказала правду, так в чем же дело? Суп, особенно гороховый, так не варят. Это слишком жестоко даже для пленных.

Пока мои сестры резвились за пределами дворца, любуясь цветами и бабочками, я посещала библиотеку для простолюдинов. Вы, наверное, удивились, почему не королевскую библиотеку, которая соответствует моему высокому положению в обществе и, как правило, в два раза больше? Все очень просто: самые интересные книги и записи, да и вообще любую необходимую информацию, можно найти исключительно в библиотеках для простолюдинов.

Причина в том, что книги, документы и прочее, что попадает в наш дворец, проходят строгую фильтрацию, чтобы, например, Эледир не узнала от крестьянок‑писательниц то, чего ей в ее возрасте знать не положено.

С тех пор как в Арвандиле открылись первые школы для крестьянских детей и вообще для жителей деревень в целом, на полках сельских библиотек и лавок стало появляться все больше любовных романов с названиями вроде «Юная дева, жестокий рыцарь‑тиран и его длинный‑длинный клинок».

В общем, вы поняли, о чем я, и мне нет нужды вдаваться в подробности.

Так к чему я веду? Конечно, наши королевские повара готовят замечательно, умело сочетая ингредиенты, добавляя нужные специи и используя только самые качественные продукты, но есть одно «но»: блюда из картофеля, гороха, моркови и капусты обходят нас стороной, как ни странно, потому что Сиренекрылые аристократы их не едят. И я, как одна из них, вынуждена придерживаться этого глупого правила.

К счастью, рядом со мной была Фианна и ее матушка, которая создавала для наших слуг настоящие кулинарные шедевры и своими навыками ничем не уступала придворным поварам. Именно от нее я и научилась готовить самый вкусный и незабываемый гороховый суп в своей жизни.

Как уже говорила ранее, я не из тех, кто будет злоупотреблять своей властью или просто давить на человека более низкого статуса, получая желаемое лишь потому, что хочется. Поэтому в обмен на кулинарное обучение я платила серебряными монетами или теми же высококачественными продуктами. Равноценный обмен.

Парнишка ухмыльнулся, скрестил руки на груди и посмотрел на меня с вызовом.

– Значит, ты, избалованная роскошью принцесса, намекаешь, что умеешь готовить лучше меня?

Я уже собиралась открыть рот, чтобы ответить, но замешкалась, раздумывая, не использовать ли его неконтролируемую раздражительность в своих целях. Ну, мне все равно нечего здесь терять, а этот парень не похож на человека, способного причинить зло. Стоит попробовать.

– Зачем мне намекать и спорить с тобой, если я и так знаю, что готовлю гораздо лучше? – Я криво усмехнулась, приподняв уголок рта.

Зеленые глаза юноши сверкнули азартом и жаждой соревнования, которое он хотел закончить своей победой и никак иначе.

Замечательно, просто замечательно. Чего ты ждешь? Ну же, скажи мне это… Я знаю, что ты не оставишь мои слова без внимания, так почему же ты медлишь?

– Меня зовут Феландир, – представился он, выпрямившись во весь рост. – А как зовут тебя?

– Исилия. Исилия Серенвинд.

– Что ж, Исилия… Я вызываю тебя на кулинарный поединок. Прямо здесь и прямо сейчас.

Фианна удивленно распахнула глаза, глядя то на меня, то на парня.