Космер: Тайная история

 

 

 

Кельсер сжимал маленький, трепещущий листок бумаги двумя пальцами. Ветер метался туда‑сюда, пытаясь вырвать листок, но он держал крепко. Рисунок был неправильный.

Он пробовал по меньшей мере две дюжины раз нарисовать все верно, воспроизвести картинку, которую она всегда носила с собой. Он был уверен, что оригинал уничтожен. У него не осталось никаких ее следов, ничего, что напоминало бы о ней. Поэтому он безуспешно силился воссоздать образ, которым она так дорожила.

Цветок. Вот как это называлось. Миф, сказка. Мечта.

– Ты должен это прекратить, – прорычал его спутник. – Мне следовало бы запретить тебе их рисовать.

– Попробуй, – мягко сказал Кельсер, складывая маленький листок бумаги двумя пальцами и засовывая его в карман рубашки.

Позже он попытается еще раз. Форма лепестков должна больше напоминать слезу.

Кельсер спокойно посмотрел на Джеммела, улыбнулся. Улыбка получилась вымученной. Как можно веселиться в мире, где не было ее?

Но Кельсер продолжал улыбаться. Он будет делать это до тех пор, пока не почувствует себя естественно. Пока не пройдет оцепенение, не развяжется узел внутри, пока он не начнет снова что‑то ощущать. Если это вообще возможно.

«Пожалуйста, пусть так случится».

– Рисование этих картинок напоминает тебе о прошлом, – отрезал Джеммел. У пожилого мужчины была взъерошенная седая борода, а шевелюра выглядела настолько неухоженной, что даже казалась намного опрятнее, когда ее трепал ветер.

– Так и есть, – подтвердил Кельсер. – Я никогда ее не забуду.

– Она предала тебя. Живи дальше.