Кудесник

– Да тем, что это, скорее, кузница номенклатуры, а не рабочих кадров. Берут в Комитет людей из Плехановки? Нет. А откуда берут? Да из тех же технических и юридических ВУЗов. И по итогу, наша главная кузница кадров штампует бесконечных референтов министерств и ведомств, а не реальных управленцев. И выпускники академии управления сразу прыгают со студенческой скамьи в уютные кресла, а не на стул руководителя предприятия или госучреждения в районных центрах. И получается, что у нас три замкнутых страты: люди, пробившиеся с самого низа до уровня директоров заводов, пусть даже очень крупных, потом те, кто сразу сел в кресло республиканских и союзных ведомств, и, наконец, партийная номенклатура, реально руководящая производством и госучреждениями. И это я ещё не беру разделение по отраслям: производственники, торговцы, медицина, военные, безопасность… Честное слово, Леонид Ильич, это – натуральные касты. Везде кланы, порука…

– Хм… – Брежнев нахмурился. – А если проверю?

– Да, вон, парней из охраны спросите, – предложил Виктор.

– А и спрошу, – Брежнев обернулся. – Серёжа, а ну иди сюда.

Из кустов мгновенно и беззвучно, словно привидение, показался огромный, словно матёрый медведь, офицер КГБ и, мягко ступая, подошёл к беседке.

– Скажи, да не вздумай врать, есть у вас в Комитете кланы?

– Семьи? – уточнил охранник и кивнул. – Есть, конечно. Не так, как в Минобороны, но есть. Московские, молдавские, украинские…

– Спасибо, Серёж, – генсек хмуро кивнул. – Иди, – и, покачав головой, произнёс:

– Скажи, Витя, как так получается, что мы годами, десятилетиями живём с этой грязью, а ты всё это вскрываешь и выкладываешь прямо на стол? Ладно, – он хлопнул ладонью об стол, – то не твоя забота. Есть, кому разобраться.

 

* * *

 

Запись разговора с Ниной Харрис, сделанная на миниатюрный диктофон, получилась вполне качественной. Голос Виктора Николаева звучал так, словно он находился рядом.

Джордж Герберт Уокер Буш тот, что ещё не был «старшим», остановил магнитофон и задумчиво посмотрел на Нину, которую Никсон вытащил из разведки. И женщина, в общем, не подвела. Да, ей не удалось уложить Николаева к себе в постель, но, судя по разговору, это вообще из области фантастики. Зато она добилась того, что Виктор чётко обозначил границы и возможные области сотрудничества, что очень важно. Одна информация об операции ЦРУ в Южной Америке уже дорогого стоит. Специальные люди сейчас будут трясти ЦРУ, но, если всё подтвердится, ведомству грозит самая чувствительная чистка со времён создания организации. Даже сама концепция двух путей в развитии региона, такая простая и такая наглядная, уже тянула на «Почётную медаль конгресса».

– Скажи, как он тебе? – Буш развернулся в кресле к Нине.

– Он… – женщина помедлила, – он, конечно же, нас ненавидит. И к тому списку грехов, что уже озвучен, он ещё явно готов немало добавить. И всё же он – вполне здравомыслящий молодой человек, без идеологических шор и догматизма. Я бы сказала, сэр, что он – из наших, из разведки, – пояснила она. – Когда я его назвала суперменом, не дрогнул ни единой жилкой, даже внутренне. И именно поэтому, когда я спросила его о способах сотрудничества, думал совсем недолго. Сразу предложил вариант с химическим заводом и пятилетним прогнозом. И, судя по его репликам, он неплохо ориентируется в нашей кухне.

– А как человек?

– Как человек… – Харрис задумалась. – Он, конечно, самец. Взгляд уверенный, но не давящий. Жесты скупые, короткие, лицо как правило расслабленное, без выражения, даже когда говорит что‑то эмоциональное. Но мимика есть, и она принудительная, а не эмоционально выраженная. Контроль пространства – хороший, в основном боковым зрением и слухом, что говорит о высокой степени концентрации и внимания. Рядом уронили поднос с посудой, так он даже ухом не повёл, хотя я, например, немного дёрнулась от резкого звука. И на меня отреагировал нормально. Любит красивых женщин, но гормональное у него под жёстким контролем, что для его возраста совсем нехарактерно. В общем, реально – он мне не по зубам.

– Хорошо, Нина, что вы не стали набивать себе цену, – Буш кивнул. – Поверьте, я это оценил. Трезвый взгляд на мир – вообще редкая вещь в наше время. Так что проверку вы прошли. Теперь, что касается Виктора. Связь с ним не теряйте. Наши люди будут также следить за его появлением в людных местах, чтобы вы могли выйти на контакт, но только по моей команде. Самодеятельность тут не нужна.

 

Джордж Буш отпустил сотрудницу, вытащил из магнитофона кассету и, выйдя из защищённой переговорной, поднялся в кабинет, предоставленный ему на время визита в СССР. За провокацию с Уотергейтом и с ЦРУ с демократов практически не спросили. Можно сказать, что мусор замели под ковёр. Но вот сейчас появилась возможность основательно почистить руководство Центральной разведки, и республиканцы её конечно же не упустят. Глупо лишаться такого мощного инструмента воздействия на ситуацию. Ну, и самое главное, что ЦРУ и США в целом, как гарант стабильности и мира, – модель куда более перспективная, чем та же разведка, разжигающая войны по всему земному шару.

Буш написал текст и отдал личному помощнику для шифровки. Следовало отправить запись как можно скорее и сделать это, минуя ЦРУ. А значит, в Штаты полетит кто‑то из его людей под охраной парочки морпехов. Игра начиналась серьёзная.

 

НИИ специальных технологий создали для решения всего трёх вопросов: создания мощных светодиодов, сверхмощных магнитов из редкоземельных металлов и литий‑ионных аккумуляторов. Всего того, что Виктор знал по этим трём темам, оказалось достаточно для начала работ, но до промышленного воплощения идей все три коллектива пока не добрались. Мучились и с созданием пористого сепаратора для аккумуляторов, и с долговечным люминофором для светодиодов. Только редкоземельные магниты как‑то уже начинали выпускаться мелкими партиями, и первые электромоторы уже испытывались в лабораториях и вот‑вот должны встать в исполнительные механизмы космических аппаратов. У остальных успехи были куда скромнее. Сами аккумуляторы сделали, но пока они получались лишь не намного лучше, чем свинцовые, а в планах стояло сделать их, как минимум, втрое эффективнее. Светодиоды тоже не поражали яркостью и светили на уровне лампочек для телефонных станций. Впрочем, и это очень неплохо, и завод «Светлана» уже налаживал производство светодиодных сигнальных ламп.

А буквально на днях директору института пришло распоряжение из Президиума Верховного Совета о создании в институте лаборатории по изучению возможности создания полупроводниковых матричных видеокамер, причём, как в видимом, так и в инфракрасном и ультрафиолетовом диапазонах.