Кудесник
Подобные предписания получали многие предприятия и ведомства. Например, конструкторское бюро Тульского оружейного завода получило даже не письмо, а приказ, разработать в годичный срок оружейный комплекс – ручной автомат‑карабин‑пулемёт для подразделений пограничных войск со скоростью пули не менее 1200 метров в секунду и калибром в 9 миллиметров. Разработку такого странного оружия пробил Виктор своим авторитетом, помня о том, что автоматы пограничникам не очень‑то и нужны, а вот иметь оружие, способное прошить автомобильный мотор или остановить человека одним выстрелом, очень даже необходимо. Оружие с такой дульной энергией вполне в состоянии заменить на поле боя и крупнокалиберный пулемёт. Оно также в десять раз проще для освоения стрелком, потому как до трёхсот метров даёт, фактически, прямой выстрел. Конечно же, Виктор предварительно обсудил вопрос с парой пограничников, ветеранов из компании Судоплатова, но те лишь подтвердили убыточность концепции пехотного автомата в пограничных войсках. Также для досмотровых подразделений и для таможенников Виктор предложил автомат с дозвуковой пулей калибра 12.7 миллиметров, способной превратить внутренности человека в фарш с одного попадания. Этот заказ получили в Ижевске и, по слухам, уже что‑то такое начали отстреливать в заводском тире. Сама реализация планов Николаева практически ничего не стоила стране. Конструкторы оружия, работавшие на заводе, постоянно что‑то изобретали и, фактически, занимались всякой ерундой, время от времени выдавая на армейские испытания то страшных уродцев, то вполне годные экземпляры.
А вот тема беспилотников жила своей жизнью, и участок КБ Сухого переформировали в цех, наладив опытно‑промышленное производство беспилотных летательных аппаратов трёх типов: разведчика, управляемого самолёта‑снаряда и ретранслятора, резко повышающего дальность применения аппаратов первых двух типов. КБ Туполева попыталось сделать что‑то своё, но получился опять бессмысленный и тяжёлый агрегат габаритами с настоящий самолёт и возможностями, как у модели из кружка «умелые руки». Но Пётр Николаев уже нашептал туполевцам предложение сделать систему беспилотной посадки реактивного самолёта, что в перспективе могло помочь сконструировать многоразовый сверхзвуковой разведчик, да и для многоразовой аэрокосмической системы не будет лишним.
А ещё инженеры Сухого несколько неожиданно для армии сделали зенитный снаряд с коррекцией в полёте и радиолокационным взрывателем[1]. Сто миллиметровая зенитная пушка рвала одним таким снарядом ракету – мишень, что вызвало у военных глубочайшую задумчивость. Дело в том, что попасть по летящей ракете из пулемёта практически невозможно, а другая ракета просто не успевает догнать. А вот снаряд, летящий со скоростью около шестисот метров в секунду, очень даже способен пресечь её курс. Так что «сухие» получили свою порцию приятных подарков от страны и совместно с Уралвагонзаводом приступили к созданию подвижной зенитной установки под сто миллиметровую пушку и активный снаряд. Заодно военные получили ответ на свой вопрос: «А что мы будем делать с такими же вражескими беспилотниками, когда они появятся на поле боя?»
Ещё одна тема, которую вынужденно курировал Виктор, – развитие вычислительной техники. Благодаря довольно резкому вмешательству и смене руководства Минэлектронпрома, наконец‑то выработали единый стандарт на промышленную вычислительную технику, вычислительную технику интенсивной эксплуатации и на бытовую. Причём разъёмы, несмотря на разницу в конструкции, подходили друг к другу, и это позволяло подключить промышленный магнитный накопитель к институтской ЭВМ и даже к школьной. Да, промышленность освоила и выпустила первые партии школьных вычислительных машин «Смена» с цветным телевизором в качестве монитора и принтером на термобумаге. Машина получилась несколько громоздкая, но уже с набором программ: табличный редактор, редактор текстов и среда программирования. Но гордостью Виктора был экран с поворотным основанием, с частотой кадров в пятьдесят герц и разрешением шестьсот на четыреста точек, что позволяло операторам беречь глаза.
В целом, введение отраслевого стандарта позволило создавать из машин вычислительные структуры именно под требования заказчика, и первым таким заказчиком стало Министерство внутренних дел, пожелавшее перевести свои картотеки полностью в цифровой формат.
Для них и создали первый в этой реальности «Центр Обработки Данных» с десятками накопителей на магнитных дисках и с резервированием базы. Министерство не пожадничало, и для ЦОД даже оборудовали операторский зал с рядами столов, оснащенных терминалами, и с десятком принтеров. Следом возбудился Минречфлот, имевший, как и ГАИ, сотни тысяч транспортных средств по всей стране фактически без какого‑либо учёта. А когда в очередь встал Совкомфлот, то Глушков своим приказом создал «Управление внедрения вычислительной техники» и больше этой темой не занимался.
Следы своего вмешательства Виктор видел уже повсюду: в магазинах, где можно свободно купить мясо и фрукты, и на улицах, где ходили ярко и со вкусом одетые люди. Но, в первую очередь, произошли действительно тектонические подвижки в обществе. Немцы, финны, болгары и все те, кого допустили к выгодным контрактам в России, ударными темпами строили квартиры и военные городки для выводимых подразделений, и в первое время от них даже ездили проверяющие на предмет того, действительно ли в построенное жильё селят только офицеров и их семьи. Но всё оказалось предельно прозрачно, и, если Советский Союз желал поселить в отдельные квартиры учителей, врачей или каких‑то других людей, то площади выкупались у застройщика по вполне рыночным ценам.
Любые проверки, какие желали провести инвесторы, согласовывались в кратчайшие сроки, и ограничения ставились только на посещение военных частей. Но там и смотреть нечего: казармы, клуб, медсанчасть, банно‑прачечное отделение, столовая, да штаб. Всё типовое, всё строилось по пяти утвержденным проектам.
Но более всего на подвижках в обществе сказалось изменение роли партии. Теперь КПСС из надзирающего и карающего ведомства превратилась во влиятельную, но не всесильную организацию, сильно к тому же сократившуюся численно. Но, с уходом большого количества партийных бюрократов, стали приходить другие: рабочие – в низовые организации, партийные активисты – в комитеты среднего уровня, и, в целом, компартия ещё только примеривалась к своей новой роли, пробуя разные формы работы.
Но природа не терпит пустоты, и место «руководящей и направляющей» занял Верховный Совет, который в СССР нёс и законодательные, и исполнительные функции.
В связи с резким ростом управленческой нагрузки на аппарат Верховного Совета, Виктора уже не раз пытались привлечь к текущей работе. Даже звонили на телефон в машине, чтобы вызвать «на ковёр», но, согласно приказу председателя, информационное управление подчинялось исключительно самому председателю и более никому, так что Виктор, пусть и в предельно вежливой форме, но отправлял всех лесом, ссылаясь на приказ Брежнева.
Он спокойно готовился к отъезду в пансионат на отдых, когда позвонил лично Брежнев, чего раньше никогда не случалось:
– Витя, тут на связь со мной вышел Никсон, ну ты знаешь…
– Да, Леонид Ильич.
– Так вот, он хочет, чтобы ты встретился с одним деятелем, Джорджем Бушем. На нашей территории, естественно. Но со звукозаписывающим аппаратом.
[1] В реальной истории примерно такой же снаряд (Краснополь), только для наземных целей, начали создавать на три года позже.
