Лорды и Наследники

Они постепенно утратили все свои способности, которые отличали народ Элементаля от людей. Равенство, справедливость, сострадание, безусловное уважение и преданность природе и животным. Алчность и жадность одолевали эльфинов так же, как и людей. На этот раз великое бедствие обрушил на Элементаль Лорд Амон, Хранитель Земли и Плодородия: он сверг Лорда Арына, Хранителя Затопленных Морей и Скал, нарушив равновесие в королевстве и захватив власть. Он вызвал сильнейшее землетрясение, вонзив свой посох в землю, и единственное, что ему досталось, находилось среди мира людей.

 

Пролог

 

Не ешьте их еду.

Не умывайтесь их водой.

Не дышите их воздухом.

Сделаете это – и станете одним из них.

 

Большинство из нас рождается на свет с более счастливой судьбой, чем мы себе представляем. Мы открываем глаза в новую жизнь, уже обладая именем, родословной, семьей и индивидуальностью. Мы не осознаем, что наделены благословением, которое жизнь дает нам при рождении, пока не теряем это. Мы не ценим нашу семью, которая с нами несмотря ни на что, которая знает, кто мы есть. Мы рождаемся такими, потому что они всегда рядом, говорят нам, кто мы и что делать. Мы – люди, живущие в этом мире, на самой верхушке пищевой цепи. Мы – охотники и хищники. Мы – правители. Мы – короли, королевы, хозяева, прожигатели жизни и властители судеб. Таковы были наши знания и привычки, пока природа не потеряла равновесие. Человечность. Человечеству было суждено продолжить цикл жизни. Но, живя под неведомым небесным куполом, мы никогда не задумывались о возможностях. Мы злоупотребляли природой, не ценили ее, убивали животных, вырубали деревья, растапливали ледники. Просто потому, что могли.

Природа отреагировала первой. Запасы воздуха потихоньку иссякали, мы лишились растительности и тех благ, которые она нам давала. Океан ответил следом, и засуха на равнинах стала невыносимой. Затем отозвалось и небо: одной ночью планеты неожиданно выстроились в ряд, – а мы только посмеялись над прорицателями и астрономами, когда они сказали, что это предвестие беды. Мы – люди, те, кто считает себя выше всего. Мы находимся на вершине цепи жизни. Мы мним себя уроженцами Земли, но в нашем существе хранятся частицы звезд. Мы – люди, но мы не одни. Мы не превосходящие, мы не могущественные. Мы все разрушили, и теперь они хотят отомстить.

Они хотят вернуть своих наследников.

 

 

 

Глава 1. Незримое и неслышимое

 

В последнюю ночь звездного фестиваля небо было совершенно спокойным. Это время года славилось самым ярким небесным циклом. Небо отражалось на земле, почти как в зеркале, а сама Вселенная стала свидетелем праздника света. Я сидела на каменной ограде, окружавшей наш дом, наблюдая за городом и вечером прощания. Погода становилась все холоднее, от пронизывающего ветра больно покалывало кожу, но я все равно вдыхала ночь, как воздух. Если верить моему деду, то ничто не могло сравниться с дружбой с ветром и волнами. Большую часть своей жизни он проработал смотрителем маяка, доставшегося ему в наследство от отца. Дедушка хотел, чтобы и мой отец принял наследие семьи, но он воспротивился и выбрал свой собственный путь, построив совершенно другую карьеру. Будучи совсем ребенком, я прикасалась к его старому, морщинистому лицу и уговаривала не грустить, обещала ему, что когда стану достаточно взрослой, то займу его место. Волны, которые были друзьями моего деда на протяжении всей его жизни, ополчились против меня, когда мне исполнилось пять, и схватили за горло.

Открыв глаза, я обнаружила, что лежу на камнях. Никто не знал, как я упала в воду и как выбралась из нее, единственное, что я помню, – это страх. Мне было так страшно, что даже спустя столько лет я до сих пор не могу опустить ноги в воду, не люблю путешествовать на корабле и не могу наблюдать за волнами. Каждый раз, когда я задерживала взгляд на пене, набегающей на берег, мне чудилось, что наши глаза встречаются, а мое сердце начинало биться так, словно хотело выскочить из груди.

Это были те самые волны, которые гнали моего деда от этой дружбы, которые затянули меня в свои объятия и пытались утопить. Но самым отдаленным местом, куда мы смогли его отвести, был трехэтажный дом на городской набережной. Открывая окна или выходя на террасу, он мог видеть и море, и маяк. Он и сейчас при любой возможности ходил к маяку, где давно уже не было смотрителя и даже навигационного маршрута. Словно хотел приветствовать старого друга.

– Он похож на гигантскую стрекозу. – Когда дедушка открыл белую железную дверь и вошел внутрь, я окликнула его. Звезды угасли, и корабли встали на якорь в гавани. Пальмы вдоль береговой линии покачивались под светом полной луной, нависшей над головой. Мой дед вернулся из места, которое он называл «Неугасимый огонь». Сквозь маленькие окна высокого бетонного строения на холме просачивался голубой свет, освещая море. Он как будто кричал всему миру, что он здесь.

– Тебе и четырех не было, когда ты впервые сказала это. – Он подошел ко мне со своей неповторимой благородной улыбкой и старыми глазами и позволил себе насладиться видом, которым любовалась я.

– Ты опять зажег свет. – Я указала подбородком на маяк, который находился довольно далеко отсюда, но все еще слабо мерцал.