Лорды и Наследники
Он положил руку мне на плечо.
– Никогда не знаешь, когда тебе понадобится свет, Нова.
Я повернулась к нему, мысленно прокручивая в голове его слова, которые всегда имели скрытый смысл.
– Ты готова? – спросил он.
Когда я с большим энтузиазмом кивнула, он удовлетворенно улыбнулся. Дедушка жестом пригласил меня следовать за ним, и мы вошли в уже открытую дверь дома. Отец еще не вернулся из командировки, так что мы могли подняться на крышу и делать все, что захотим, до самого утра. А я еще несколько недель назад знала, чем хочу заняться этим вечером.
Пока дедушка настраивал угол обзора на большом телескопе, я, как обычно, наблюдала за ним. Я заранее выставила время, чтобы не пропустить метеоритный дождь. Он должен был начаться через час, и мы сможем увидеть его только из этой части города. Пока дедушка регулировал приборы, я начала изучать свитки на его столе в этом импровизированном месте, которое он превратил в кабинет. Мой дед был столь же одержим прошлым, сколь и старомоден, поэтому он до сих пор писал пером и чернилами на пожелтевшей соломенной бумаге. Несомненно, самым важным здесь были черновики его романов, которые он годами писал на маяке. Несмотря на все мои настойчивые просьбы, он отказывался печатать их.
– Эльфины… – сказала я, осторожно проводя пальцами по бумаге. – Ты снова их достал. – Дедушка был одним из тех, кто не перестает копаться в старых страницах истории. Мечтатель, не сомневающийся в правдивости легенд. Из тех, кто верил, что в мире все еще есть магия.
– Если бы ты не была похожа на своего отца, то увидела бы их, – сказал он тем милым ворчливым тоном, свойственным пожилым людям. Еще в детстве дедушка начал учить меня их алфавиту, но мой отец попросил его не забивать мне голову подобной ерундой, отчего они опять сильно повздорили. Я понимала буквы не хуже ребенка, который только учится читать. Тем не менее мне удавалось разобрать структуру некоторых тщательно нарисованных планет на больших листах бумаги.
– А Айзер не придет? – обратилась я к нему.
– Ты же ее знаешь. Ее больше интересует земля, чем небо. – Прямая противоположность мне. Самой величайшей страстью, связывающей меня с этим миром, было небо. Я никогда не могла оторваться от магии звезд и таящейся в них великой тайны. Для меня настоящей магией было само небо.
– Это очень странно, – сказал дед более мрачным и задумчивым голосом. – Я нетерпеливо поерзала на месте, желая увидеть, на что он смотрит. – Планеты выстроились в одну линию. – Его слова показались мне еще более странными. Я подняла голову и посмотрела в окно в деревянной раме, пытаясь разглядеть хоть что‑то. Я хотела увидеть метеоритный дождь, а не планеты…
– Что это значит?
– Тебе лучше не знать, Нова… – Он глубоко вздохнул. – Никто из нас не хотел бы этого видеть.
– Нет… – Я перевела на него недовольный взгляд, но он уже развернул телескоп и даже начал разбирать его, как будто собирался почистить.
– Сегодня на небе ничего не видать. – Выражение его лица обеспокоило меня: дедушка побледнел, словно получил плохие вести и пути назад нет. Он не позволит мне сегодняшним вечером смотреть в телескоп.
– Скоро начнется метеоритный дождь. – Я показала часы на запястье, как будто это могло помочь, но он даже не пошевелился.
– Не начнется, – просто сказал он.
– Тогда я иду на ярмарку, – проворчала я.
Он посмотрел на меня голубыми, как небо, глазами, мгновение поколебался, а затем поджал губы, словно что‑то пришло ему в голову.
– Иди, – согласился он. – Но будь осторожна. – Он обратил взор на небо, которое голубым куполом находилось над нами. – Никогда не знаешь, где истина настигнет тебя.
– Ага, – пробубнила себе под нос. Мы жили в маленьком городке, и зло еще не успело протянуть руки так далеко.
Было уже за полночь, когда мы встретились с Айзер на нашем обычном месте на побережье. Каждый год в этот день проводилась ярмарка в честь Дня освобождения. В ночь празднования легендарного события в центре города устанавливались аттракционы и палатки, разворачивались кермесы[1] и по старой доброй традиции раздавались шербеты[2].
– Я обожаю эту ночь, – сказала моя лучшая подруга, шагая рядом со мной. Ее каштановые волосы были собраны в небрежный пучок, чтобы спастись от жары.
– Я тоже, – отозвалась я, откусывая мороженое. – Сладости стоят дешево, а музыка не смолкает всю ночь напролет.
Айзер лишь усмехнулась в ответ и побежала к ярмарочной площади впереди меня.
Каждый год все проходило по одному и тому же сценарию. Возводились синие, серые, красные и коричневые палатки в белую полоску, где показывали тысячу и одну разновидность жонглирования. Сперва Айзер потащила меня в сторону черного шатра, называемого астрономической башней. Очередь была такая длинная, что ждать не хотелось, – мне не терпелось поскорее попасть на колесо обозрения и подняться в небо.
– Вытрись. – Когда она протянула мне влажную салфетку, которую достала из сумки, я запихнула в рот остатки мороженого.
– Нам снова будут гадать по ладони? Или искать ответы в воде и рассказывать, что в нашем будущем полно домашних заданий и экзаменов?
Глаза Айзер заискрились от возбуждения, когда она начала объяснять:
– Нет, мы составим натальную карту. – Ее энтузиазм был ощутимым.
Я снова увидела в толпе сумасшедших фанатиков и, подтолкнув локтем Айзер, указала на них. Несколько человек жгли благовония из диковинных трав, собранных в центре ярмарки, и окуривали ожидающих людей.
– Им это никогда не надоест, – усмехнулась я. Их старинные наряды были красивы, но то, чем они занимались, казалось мне довольно забавным. Тем не менее при виде них у меня по коже побежали мурашки. Они разводили костры, расставляли вокруг них чаши с кристально чистой водой, мазали лица грязью и возились с флюгером. Они ждали, когда Элементаль придет и заберет их; готовили алтари и говорили, что благословляют свою сущность. В их понимании, своими действиями они почитали четыре основные стихии, лежащие в основе бытия.
– Пошли, наша очередь. – Когда мы вошли в палатку, мое зрение затуманилось. Внутри пахло ужасно. Ведущую роль здесь играли благовония, а за самодельным столом сидел мужчина и что‑то чертил на пергаменте перьевой ручкой. Черные глаза человека, сидевшего со скрещенными ногами за низким столиком, были устремлены на нас. Если бы на нем не было рубашки и брюк, я бы подумала, что он из другого мира. Его косой взгляд так долго блуждал по Айзер, что я на мгновение подумала, что он собирается высосать ее душу или, в лучшем случае, кровь.
[1] Благотворительная ярмарка, на которой продаются изделия ручной работы.
[2] Прохладительный напиток в странах Ближнего Востока, его готовят на основе фруктового или ягодного соков и других растительных компонентов.
